Федор Киcелев вслед за Анной Коренченко продолжает рассказ о быте улицы Чкалова - нынешнем Земляном валу.
Жил в доме № 23 на улице Чкалова (Земляной вал). Двор у него был (и есть) общий с домами 23 - 27. Дома №№ 23 и 25 были построены в 1938 году и предназначались в основном для работников ЦК ВКП(б) и технической интеллигенции. Квартиры в них 3- и 4-комнатные. Для семей работников уровня заведующих отделами предоставлялась отдельная жилплощадь. Для людей попроще - коммунальная.
Все квартиры, по тем меркам, были просторные, с разумной планировкой. Кухни разделялись перегородкой на две части. Одна из которых, как считалось, предназначалась для домработницы. Мусоропровода в доме не было, пищевые отходы собирали в баки, стоящие на межэтажных лестничных пролетах. Зато были в подоконниках на кухнях ниши с вентиляционным окошком на улицу для хранения продуктов - заменители холодильников. И был в кухне воздуховод с железной дверкой, для дымовой трубы печки-буржуйки. В годы войны, когда отопления в доме не было, этими буржуйками обогревали квартиры.
Когда в 1957 году появился Кутузовский проспект, большая часть высокопоставленных жителей домов 23 - 25 была туда переселена. Освободившиеся квартиры частично стали коммунальными. Видимо, небольшое количество комнат в коммунальных квартирах способствовало тому, что жили довольно дружно. И после расселения в отдельные квартиры продолжали дружить и встречаться. Во дворе дома дети "тусили" совершенно спокойно и безопасно. Мелкие разборки, конечно, бывали. Но крупных взрослые не допускали. А "залетные" граждане с Курского вокзала держали себя скромно. Максимум, просили рублик на билет до дома или ненужные ботинки вместо снятых с них спящих.
Школа № 330, бывшая Елизаветинская гимназия, находившаяся в переулке Гайдара, 9, (сейчас Большой Казенный) в предвоенные годы была женской и весьма элитной (совместное обучение мальчиков и девочек восстановилось во всех школах с 1954/55 учебного года). Директор школы Афанасий Трофимович Мостовой имел право безальтернативно "приглашать" на работу в нее учителей любых школ Москвы.
Да и в послевоенное время она была очень достойной по уровню обучения и взаимоотношений среди учеников и учителей. В доме напротив школы (Большой Казенный переулок, 8) еще жили Тимур и Егор Гайдары. Егор был кем-то вроде почетного председателя Совета пионерской дружины в школе. Помню довольно постное его лицо на каком-то торжестве в конце 1970-х, когда он принимал пионерский рапорт.