«Лошади — те же люди, только грациознее. Они бывают капризны, суровы или взволнованы. У них портится характер — с приходом поздней осени или старости. Они могут запомнить обиду или великодушно простить. Они знают — когда особенно хороши, и пользуется этим.
Любование племенной кобылой — отдельный восторг аристократа! Лошади осознают свои стати, уровень лошадиного IQ и меру своей полезности.
Знаете, они даже комплексуют, по поводу всего этого..
Фильм назывался «The Family Man». Нежная Теа Леоне, неуклюжий — но мачо — Николас Кейдж. Смотрела бы, и смотрела. Но тут, глубокомысленно — с края дивана, не ближнего — произнесли: «Ты не считаешь, что похожа на героиню?»
«..на героин.. Прости, что?» — отозвалась. Там — вдали, где кушетка; с пухлой многокрасочной подушкой под спиной — повторили: «На Теа..»
Я скривила «сковородничек» и промямлила — вовсе не хотелось от, до дыр заученного сюжета, отрываться — сухо: «Не думаю. Или, в каком месте?.»
Подоспел крутой вираж, дух захватывало от нашествия чудесностей и ошибок в мироздании!.
По милости природы я обладаю кукольной внешностью. Умеренный рост, пропорции «как у Барби». Личико выписано с осторожностью. В принципе, почти Теа. Добавить — чуть, капельку — в рыжину блонда. Смягчить тембр, слегка жеманности, вот этот интересный разворот на пятках, пару штрихов в имидж.. И — принимай Николас двойника. Жёнушкиного!.
Я уже погрузилась в эпизод и умеренно оседлала темп сюжета. Вот-вот, и этот набитый сноб у Леоне в руках..
Но меня снова отвлекли. Руки чесались нажать на stop. Чтоб этот умник не лишил меня удовольствия соучастия. Такова планида всех романтических особ!
«Ну посмотри! Рост твой, спинка прямая твоя. Разрез глаз и очертания губ. Щёки, то есть скулы.. опять же.. Небольшая — небольшая! — грудь. И поджарый зад.. А теперь отличия.. Они, как я вижу, есть. Тааак..»
«Милый», — возникла финальными, как намеривалась, «титрами» я. «А не пошёл бы ты. Смотреть футбол. Там, сдаётся, кто-то с кем-то. Дворовая с районной.. прости, не сдержалась..»
«Это тебе за отрыв на производстве! Кончай бодягу — даёшь слезоточивую концовку! Коленьке ещё эту дуру уговаривать!.» — смятенно ввинчиваясь «поджарым» задом в подушки дивана, дорешала я.
Но не тут-то было. «..волосы у неё прямые и светлые. Ты — рыжая бестия, в кудрях.. Цвет глаз похож, но твой погуще.. Она двигается чуть сложновато. Ты — сама свобода. Но в целом..» — договаривали мне в темя. Уже склонясь и форсируя собственный сюжетец.
«..отдохнул не плохо!.» — шепнула и уговорилась..
«Ты в курсе каков слоган фильма?» — выныривая из недр семейного ложа, уточнила я. «Какого?.» — рассмеялся, — «нет. Говори!»
«..«А вдруг...» Чёткое оформление произошедшего!» — накинула халат и покинула спальню..
При чём тут кони?! Собственно, ни при чём. Умные они, и комплексовать умеют. А это — как ни упирай! — признак. Врождённой интеллигентности…»