В 1960 году на экраны Советского Союза вышла “Простая история”. Колхозная драма, запомнившаяся “Песней о любви” на стихи Николая Доризо и фразой: “Хороший ты человек, Андрей Егорыч, но не орел!”
Как человек, худо-бедно владеющий разными языками, я проявлял интерес к кулинарии этих народов. Каждую страну хочется попробовать на вкус. И было бы скучно, если б мой рацион ограничился щами да кашей - пищей нашей. Но иногда хочется не дофинского гратена, а просто черного хлеба с солью и зеленым луком. Или картошки с кольцами лука репчатого и селедкой. Еда не гурманская, но родная. Вот такие же эмоции вызывает советский кинематограф. Смотреть только его - упаси Боже! Разнообразие тем: колхоз, завод, война - быстро приведет к эстетическому голоданию. Но иной раз - хочется и все тут.
Возьмите любой мало-мальски известный фильм, созданный в СССР, и посмотрите на комментарии к нему на YouTube. Там творится беснование. Краткое содержание: ах, как же хорошо и дружно мы жили, а сейчас все за копейку удавятся.
Путать художественное произведение (с идеологической подоплекой) и документальное свидетельство - это отдельный талант. Хотя понять комментаторов могу, ведь примерно то же самое пишут пожилые немцы о фильмах, снятых в ГДР. Как бы ни вырос уровень благосостояния в Восточной Германии с тех пор, а людям все равно будет казаться, что в молодости было лучше. Окажись восторженный российский пенсионер в столь вожделенной им послевоенной стране, он через минуту запросится обратно. Исключение возможно, если вместо 80 лет ему снова станет 20. Тут и я бы согласился.
“Простая история” свое время запечатлела достаточно точно. Это оттепельное кино. Эпоха чувствуется во многих кадрах. Снимать как при Сталине уже не хотели. Тут и движения камеры более раскованные. Например, главная героиня Саша (Нонна Мордюкова) бьет по щекам своего ухажера, а оператор совершает рывки своим аппаратом. И словно это мы получаем пощечины. Актеры играют по-современному. Опять же некритически мыслящий зритель готов восторгаться артистами первой половины 50-х, но нет - тогда в каждом кадре была театральщина. Здесь - уже естественные интонации. Мордюкова в роли председателя колхоза “Заря” очень хороша. Авторы пытаются нас уверить, что она победительница по жизни. Но мы-то видим трагедию одинокой женщины.
В “Простой истории” даже эротика есть. Разумеется, в том виде, в каком она могла быть тогда. Очень-очень целомудренном. Но это уже большой шаг к показу живого человека, а не набора идеологических штампов. Это послевоенная деревня - в ней много вдов. Поэтому ничего удивительного, что к Саше по ночам приходит сосед. А в сцене на реке на экране даже промелькнет обнаженная женщина, прикрывающая грудь рукой. И клубничкой на торте станет девочка, которая пришла в книжную автолавку за “Мадам Бовари”, “Декамероном” и “Блеском и нищетой куртизанок”.
Хотя официальным и единственно верным художественным методом в стране считался социалистический реализм, на самом деле это был соцклассицизм. Героям любили подкидывать для разрешения конфликт между чувством и долгом. Очень знакомо по литературе XVII века. Вот и Саша встретила хорошего человека, но как же она может оставить свой колхоз? Надо ж жить для общества, а не для себя!
Любовная линия вообще проведена очень тонко. Без поцелуев, признаний. Понять чувства героев помогают камера, актерская игра и, конечно, уже упомянутая песня.
Читайте также: “Чужая родня”: первая экранизация Владимира Тендрякова