Проснулась, потянулась, выспалась. В коморке было холодно, в печке уже погас огонь и она остыла. Вспомнила про корабль и про своих друзей. На душе стало тревожно.
- Выдрыхлась? - спросил каркающий голос.
- Ага, холодно правда, зато не душно, - ответила я ворону, которого не было видно в темноте.
- Здесь остаешься или возвращаешься? - спросил он.
- Возвращаюсь конечно.
Сбросила с себя одеяло и меня сразу пробрало от холода до костей. Представила каюту корабля, дернула на себя ручку двери дрожащей рукой. Меня обдало влажным жаром и я шагнула в душное помещение каюты. Как только дверь за мной закрылась, так на меня сразу навалилась какая-то тоска и безысходность, в груди защемило, к горлу подкатил ком. Мне безумно захотелось плакать, и не просто скулить, а рыдать с придыханием и громкими всхлипами.
Стала вспоминать покойную бабушку, непутевую мать, даже отца представила себе, никогда мне не знакомого. Вспомнила и свою деревню и односельчан. Стало так тоскливо, что и жизнь не мила. Мои рыдания прервал Карл.
- Ты есть не хочешь? - поинтересовался он.
- Неееет, - ответила я, всхлипывая.
- А я хочу, да и тебе водички выпить не мешало бы. Давай выбираться из этой духоты. Наверху хоть есть, чем дышать.
Я вытерла слезы, которые все равно продолжали бежать из моих глаз и вышла из каюты. Поразила жуткая тишина, только волны бились о борт корабля, и шумел ветер.
- Где все? - я вытерла очередной ручей из глаз.
- А я почем знаю? - ответил ворон.
На палубе я чуть не споткнулась о кольца хвоста Наги. Удивилась тому, что она не побоялась перекинуться прямо на корабле. Она стояла, вытянувшись в полный рост и немного раскачивалась. В руках держала два горящих ятагана. Ярина всматривалась куда-то в покрытый туманом город.
Между кольцами ее змееподобного тела стояли матросы нелюди. Они тоже обернулись в свой нечеловеческий вид, и вели себя весьма неспокойно. Практически у каждого в руках был либо фонарь, либо факел. Меня увидел Гном, помахал маленькой ладошкой.
- Мы думали, что ты тоже ушла с остальными матросами и офицерами, - сказал он, - У тебя есть фонарь, свеча или факел?
- В каюте есть фонарь, - шмыгнула я носом, - Все плохо, все погибли, не зачем жить, - завыла я.
- Дайте ей в руки кто-нибудь фонарь, - гаркнула Ярина.
- Вот знаете, леди, сложно пройти между вашими кольцами, - сказал ей Колян.
- Если она сейчас сиганет в воду, то я тебе голову отъем, - сказала ему женщина змея.
Какой-то эльф ловко выбрался из ее колец, и легко до меня допрыгал. Он сунул мне в руку лучину и зажег ее от своего факела.
- Сходи в капитанскую каюту за свечами, - посоветовал он мне.
С лучиной стало как-то полегче, но все же тоска отступила на одну четверть и продолжала сжимать мое горло. Пробралась в капитанскую каюту. Схватила сразу канделябр с тремя свечами, зажгла их и уселась за стол.
Налила себе в стакан вина, разбавила его водой и выпила залпом. В голове образовалась мягкая вата, я сразу захмелела. Естественно, я же ничего не ела. Нашла в тарелочке засохший сыр и проглотила его за один присест. Вспомнила, что у нас в каюте лежат корзинки с фруктами и сладостями, но меня повергло в ужас, то что туда надо спускаться.
Прогнала мошек, выбрала целые ягодки из фруктовницы. Как только начинала накрывать тоска, хваталась за канделябр.
- Может свалить отсюда? - сказала я громко.
- Своих бросишь? - спросил меня ворон.
- Ну, Ярина может за себя постоять, - ответила я.
- А остальные? Ты остальных видела?
Меня прошиб холодный пот. Действительно, я никого не видела, кроме нашей змеи. Хотя я в тот момент рыдала, но все же своих я не заметила. Выбралась из капитанской каюты с канделябром в руках. Среди колец наги лежал, свернувшись калачиком, ирбис Монэ. Он тихо поскуливал и прикрывал лапами голову.
Я подошла к нему и села рядом. Погладила его по голове, почесала за ушком.
- Плохо, да?
Он кивнул, и уткнулся мне в бок.
- Гоши нет, и Сэта, - я тяжело вздохнула.
К нам пролез гном. Плюхнулся рядом.
- Сэт улетел в город, - сказал он, - А Гоша ушел с матросами. Людям тяжело, нам полегче, но тоже тяжко и тоскливо.
- Сэт улетел? - удивилась я.
- Да, обратился в черного ангела и улетел. Ох, у него и крылья здоровые, - покачал головой гном, - Мы тоже хотели пойти, но нам не дала ваша змеюка. Но нас так сильно и не тянуло. На нее почему-то совсем не действуют чары.
- Она же богиня, - усмехнулась я.
- Да, богиня, - сладко зачмокал гном.
Мне стало смешно, и я расхохоталась в полный голос. Мой смех, почему-то не утонул в тумане, и не потерялся в нем, а отразился в тишине и покатился по улочкам города эхом. Туман стал менее плотным, и не таким тягучим, как кисель.
- Быстро травить анекдоты, - скомандовала Нага.
- Сложно веселиться в такой обстановке, - заметил эльф.
- Да, мне все равно, сложно или не сложно. Я сказала, так надо сделать, значит надо выполнить приказ, - прикрикнула нага.
- Как тебе удалось рассмеяться? - спросил меня эльф.
- Гному нравится нага, - ответила я, и снова захихикала.
- Ничего тут смешного нет, - насупился коротышка, - Она действительно прекрасная женщина. Хоть у нее и бороды нет.
- А если бы борода была, то вообще королева? - рассмеялся эльф.
Тонким колокольчиком поскакал его смех по дорогам городка. Мне тоже стало смешно.
- Что вы там ржете? - поинтересовался фавн.
- Гном считает, что Ярине подойдет борода, - засмеялся эльф.
- Не говорил я такого, - гном пнул мужчину ботинком.
Тот дал ему сдачу, завязалась потасовка и народ стал подбадривать дерущихся, свистеть и улюлюкать. Нелюди весело смеялись, а от корабля отступал молочный туман. Нага тоже подсмеивалась над ребятами.
Откуда то потянуло дымом, запахло жареным мясом. Туман заклубился и стал стягиваться в глубь города.
- Как вкусно пахнет, - втянул носом воздух Гном.
- Воняет погребальным костром, - пихнул его эльф.
- Фу, гадство, - сплюнул гном на пол.
У него заурчало в животе.
- У нас сегодня никто есть не готовит? - спросил он.
- Сейчас солонины погрызем и фруктами закусим, - ответил ему фавн.
- У нас в каюте есть фрукты и сладости, - сказала Нага, - Пусть кто-нибудь спуститься и принесет сюда.
Народ переглянулся.
- Там сильно тоской накрывает, - ответил эльф.
- Я хочу есть и я принесу, - ответил Гном и полез вниз.
Через пару минут он приволок корзинку с фруктами.
- Тяжко, тяжко, - причитал он, - Сирота, я сиротинушка, ни детей малых, ни жены.
Потом он повертел головой, понюхал воздух.
- Но есть уж больно хочется, - он достал из корзинки заморский фрукт и вонзил в него свои зубы.
Фрукты мгновенно разобрали и принялись их есть. Стали шутить и смеяться. Туман исчез из города, а по его улицам пополз едкий дым погребального костра. Постепенно на пристани появились матросы. Они еле шли, волоча ноги, головы их были опущены, а руки болтались, как плети. Они расходились по своим кораблям, не разговаривая и не перебраниваясь с друг другом.
Нет, они не стали виталами, но взгляд их потух, и они напоминали живых мертвяков. Нага вернулась в свое человеческое обличие, но даже первые зашедшие на палубу матросы, не обратили внимание на ее вид, до перевоплощения. Вельможи и офицерский состав имели такой же жалкий вид. Винсент, Сэт и Гоша не вернулись.
Автор Потапова Евгения