Война началась от того, что Гайдар написал "Голубую чашку". Самый странный его текст, который легко можно было бы назвать не «Голубой чашкой», а вполне себе «Над пропастью во ржи».
Почти мифологический поход отца и дочери. Вернее, отца за дочерью "куда глаза глядят".
Читая взрослыми глазами, понимаешь, о чем там на самом деле.
К матери прилетел ее любовник-летчик. И отец ушел, прихватив с собой дочь. Чтобы дать жене время подумать и выбрать. (Много лет спустя так же поступят отец и дочь, герои михалковских "Утомленных солнцем").
барабанщики летят на самолётах.
И я, барабанщица… здесь стою.
Так распевает маленькая спутница, постоянно напоминая отцу об этом летчике.
У Хемингуэя в "Прощай, оружии" есть возмутивший многих эпизод, когда у героя страдает и умирает жена, а он в это время мало того, что жрет капусту, так еще и подробно описывает процесс пожирания.
Все это подробное описание нужно было Хемингуэю для того, чтобы показать, как герой забивает себе голову хоть чем, лишь бы не думать.
Теми же причинами вызвано такое внимание отца к дочери, его микроскопическое внимание к деталям, их долгий путь и взрослая интонация. Он говорит не с девочкой, он говорит сам с собой. Он делает все, чтобы забыться и не думать о том, чем там занята его жена.
А я ее видела!
— Кого, радость моя?
— Рыбку-бананку.
— Не может быть! — сказал ее спутник. — А у нее были во рту бананы?
— Да, — сказала Сибилла. — Шесть.
Нет, я напутала, это Не Гайдар, это из рассказа "Хорошо ловится рыбка-бананка" Сэлинджера . Диалог Симура Гласса и девочки Сибиллы, ждущей "папу на ариплане".
(И снова самолет!)
У Гайдара чуть-чуть по-другому:
"Посмотрел я на Светлану и спросил, не видала ли она там заодно пароход с двумя трубами, серую обезьянку на дереве и белого медведя на льдине.
Подумала Светлана, вспомнила. И оказывается, что тоже видала".
Он все-таки возвращается. Но видит, как прямо над крышей жена установила вертушку. Вертушку, как пропеллер самолета своего любовника-летчика.
А потом она долго и до ночи говорит о чем-то, говорит впервые за время их приезда в деревню.
Он слушает, кивает и знает наперед, что это конец. В этот момент он уже придумал войну.
Рассказ закончится фразой:
"А жизнь, товарищи была совсем хорошая" и страшной датой 1936, прозвучавший как выстрел в комнате Симура Гласса.
Этой войной застрелился Аркадий Гайдар.
Почему? Причин тому не меньше, чем было у Симура Гласса.
И главная из них - в том, что книги его не про буржуинов, не про белых и красных, а про детей, которые в детстве - Светланки, барабанщики и мальчиши-Кибальчиши. А вырастают - в неверных жен и толстых буржуинов, озабоченных только одним вопросом: "Так что же мы за страна такая".