Приветствую вас, друзья!
После того как я узнала, что у мамы деменция, передо мной встал вопрос, как не потерять темп своей жизни. Мне нужна помощница. И я занялась поисками сиделки.
Сначала обратилась в агентства по подбору персонала. Встретилась с несколькими претендентами и отказалась от них сразу. Убогая лексика, грубоватое общение, вздернутое нервическое поведение… Не располагали они к себе. Доверить им маму я не могла.
В отделе опеки попросила порекомендовать нужного человека. Безрезультатно.
И, наконец, мне прислали женщину. Приятная, немногословная, вроде дело знает. Бывшая медсестра.
Я сразу предупредила, что мама в добрые-то времена была с тяжелым характером, а сейчас и подавно. Но я делаю все, что от меня зависит, чтобы ей было спокойно и комфортно. Потому установила две камеры в квартире. И они работают постоянно.
Это была чистая правда. Мой поднаторевший в слежке приятель-детектив Петр, установил на виду два муляжа и тщательно замаскировал две настоящие камеры. Причем, посоветовал об этих деталях не распространяться.
И вот мы подписали договор, в котором помимо взаимных прав и обязанностей присутствовало согласие сиделки работать под прицелом видеокамеры.
Наконец она приступила к работе. Мы с Петром устроились у монитора. Сначала все шло вполне приемлемо. Но меня настораживал ее блуждающий взгляд. Петр, человек бывалый, пояснил: “Она ищет камеры. Найдет, будет позировать перед ними, а там, где камер нет, проявит свое настоящее лицо. И сразу станет ясно: сиделка ли она. Немного подождем”.
Сиделка быстро обнаружила муляжи камер на кухне и в маминой комнате.
А дальше все пошло как и предсказывал Петр. Она предупредительно пододвигала стул маме, десятый раз спокойно отвечала на один и тот же мамин вопрос: “Когда вы меня отпустите домой?”.
Но мы ждали, как она поведет себя там, где, как она полагала, камер нет. И вот после завтрака как обычно мама пришла в гостиную, она любила сидеть на диване, обложившись подушками, и смотреть концерт казачьего хора. Она могла увлеченно провести так час и даже больше.
Я припала к монитору. Что будет? Хотела верить в лучшее. Но перемена в поведении сиделки была очевидна. Она расслабленно плюхнулась в кресло и включила какой-то сериал, как она полагала, в свободной от наблюдения комнате.
Мама беспомощно пыталась справиться с подушками, но ей не удавалось их пристроить удобно. В конце концов она как-то криво-косо устроилась на диване. Взглянула на экран. Протянула к нему руку: “Показывают другое. Я хочу петь”.
Сиделка даже не посмотрела в мамину сторону, лишь сделала звук погромче. Мама схватилась за виски - эта громкость была слишком велика для нее.
Прошел час. Сиделка встала. Я обрадовалась: время принять лекарства. Но она вернулась с вазой фруктов и начала поглощать их, абсолютно не обращая внимания на подопечную. А мама упрямо повторяла свое: “Когда пойдем домой?”.
Маме пора было уже попить несколько раз - у дементных с питьем большая проблема. Я видела, как у нее нарастали тревога и раздражение.
Если не дать лекарства, то может развиться аффективная свечка - выброс агрессии, так мне пояснила врач.
И я не выдержала - со всех ног помчалась домой.
Благодаря трюку Петра поняла, что сиделка для меня - не вариант, и прекратила поиски. Пришлось проблему включенности в социум решать по-другому.
Здесь я рассказываю о других вариантах, к которым прибегают ухаживающие за дементными больными.
А вы смогли найти квалифицированную добрую сиделку?
Поделитесь , пожалуйста, опытом.
Благодарю за лайки и подписку.