Начало. Глава 5
Что мне теперь делать?
Продолжать встречаться с Олесей означает потерять Артёма. А я ведь обещал ему, я ему поклялся, что обязательно заберу из детдома. А её мyж, насколько я понимаю, шутить не любит.
Отказаться от Олеси? Это всё равно что самому себе сердце вырвать! Что делать? Кто мне подскажет?
Вернулся Андрей.
— Эй, Дань, ты чего такой? Из опеки что ли позвонили, отказали?
Я помотал головой.
— Слушай, Андрюх, а давай сегодня вечером сходим куда-нибудь, пропустим по стаканчику.
— Ну, вообще-то, у меня были другие планы... Но я смотрю, тебе это нужно, так что, да, пошли.
Ровно в шесть вечера мы закрыли кабине и отправились в ближайший бар. Я не знал, стоит ли Андрею всё рассказывать, но мне нужен был совет. Совет друга. Мы выпили по стаканчику, потом ещё по одному. И я рассказал в какую ситуацию попал.
— Дааа, ситуация. И что, твоя Олеся так хороша?
Я молча достал свой телефон и показал ему фото. Он присвистнул.
— Я тебя понимаю. Королева! Я б от такой тоже голову потерял. Её муж сказал, что ты у неё не первый?
— Да. Но это неправда. Леся бы рассказала...
— Ты думаешь, она тебе всё рассказывает? Сомневаюсь.
— Ты просто её не знаешь!
— А ты, можно подумать знаешь.
Меня задели слова Андрея и я замолчал.
— Дань, ты на меня не обижайся, но таких Олесь у тебя будет ещё ох как много. Парень ты классный и только свистнешь, а пара-тройка смазливеньких возле тебя образуется. А мальчишку действительно жалко.
— Мне не нужен абы кто, мне нужна Олеся! И Артём.
Алкоголь уже туманил мой мозг. И на слова друга я реагировал не так, как надо. Я психанул и ушёл домой.
Но утром, когда проснулся, понял, что, наверное, Андрей прав.
Олеся мне говорила, что впервые решилась на uзмeнy мyжy. Но по словам её мyжa, я у неё далеко не единственный. Она мне говорила, что у них с ним давно ничего нет... Но он любит её, иначе не пришёл бы с разборками. А может в нём говорит чувство собственности? Он просто пытается таким образом удержать Лесю?
У меня и раньше сносило крышу, когда я представлял, как Олеся ложится с мyжeм в одну постель, а теперь я её просто ненавидел! А кто знает, может у неё одновременно со мной ещё кто-нибудь был? Как с этим справиться?
На этой волне грустных мыслей, я никак не мог собраться на работу. Пять раз возвращался в квартиру. То одно забуду, то другое. В итоге опоздал на летучку. И как назло, именно в этот день там присутствовали из управы. Взгляд нашего начальника не предвещал ничего хорошего. Главное, чтобы погоны не полетели. После летучки, подполковник приказал явиться к нему в кабинет. Чихвостил он меня в хвост и гриву! Оказывается, кто-то накатал на меня жалобу, что мол не реагирую на обращения граждан. Странно... Единственное обращение, на которое я не реагировал, это от моей "любимой" бабки с деменцией. Но она меня просто достала со своей фантазией! Короче, выходил я из кабинета со строгим выговором и наказом реагировать на КАЖДОЕ обращение.
Ну каждое, так каждое. Ужасно злой я пошёл в свой опорный пункт. Сегодня, ну всё к одному, у меня утренний приём. И, опа-на, "деменция" явилась. Стоит под дверями.
— Что у Вас опять случилось?
— Данил Сергеевич! Ну это ни в какие рамки уже не лезет! Они мой суп съели!!! Это безобразие!
Ааааааааа!!!!
— Как они попали к Вам в квартиру??? — я был ужасно злой и буквально рычал. — Как они могли зайти к Вам в квартиру и съесть Ваш суп? У них есть ключи? — она помотала головой. — Значит Вы их впустили сами?
— Нет. Я никого не впускаю к себе. Может меня убить захотят.
Это мне её сейчас хотелось убить!
— Ну так как они могли съесть Ваш суп? И зачем он им вообще сдался???
— Я не знаю. Вы полиция, вот вы и разбирайтесь!
— А может Вы сами его съели и забыли?
— Я, по-вашему, совсем ку-ку что ли ?
По-моему, да.
—Пишите заявление! С подробностями.
Я подал ей лист бумаги и ручку. И она начала строчить. Мне было сказано реагировать на каждое, значит буду реагировать. Пропал суп из квартиры? Значит квартирная кража. Вот пусть следаки и разбираются, кто посмел его стащить.
Она вывела последнюю буковку и поставила подпись. Я взял её заявление, открыл журнал и зарегистрировал его. Затем выписал ей корешок, что заявление принято. Всё как положено. Бабка ушла.
Моя злость начала проходить. Надо к соседям сходить....
Что же мне делать? Как можно выбрать между любимой женщиной и мальчишкой? Артём ждёт моей помощи. Я не могу его подвести. Я взял трубку рабочего телефона и набрал Олесин номер. Она взяла далеко не сразу. Я уже было хотел повесить трубку.
— Алло, что с мамой?
Я понял, что ей неудобно разговаривать.
— Нам нужно поговорить.
— Да, да, конечно. Я подъеду. С ней всё в порядке?
— Во сколько ты сможешь подъехать? Будь там у матери, я подойду.
— Да, хорошо. Через час примерно.
— Хорошо.
Интересно, что она скажет мужу?
Я надел фуражку, куртку и отправился "реагировать на заявление".
Соседи той бабки, молодая пара. У них двое маленьких детей. Младший совсем недавно родился. Дома только жена с детьми. Она вздохнула и впустила меня в квартиру.
— Что там у неё на этот раз?
—Суп пропал.
— Вы серьёзно?
Я кивнул. Мне не до смеха.
— Напишите заявление, я тогда смогу подключить врача и её направят на обследование и, возможно, лечение.
Она кивнула.
— Да, давайте. Сил уже никаких нет. Она может среди ночи начать стучать по батарее, или телевизор врубить. Или пораньше с утра позвонить в дверь и сказать, что мы у неё чемодан украли.
— Да знаю я всё это. Она ведь ко мне как на работу ходит. А кто-нибудь из соседей может подтвердить Ваши слова?
— Думаю да, от неё уже весь подъезд стонет.
Я вытащил из своей папки лист бумаги и подал ей ручку. Она села писать. Да, не таким красивым почерком как бабка и, возможно, с ошибками. Но зато не бред.
— Поговорите с соседями, пусть дойдут до меня, напишут то же заявление. У меня завтра приём после обеда.
— Да, хорошо, спасибо.
Я улыбнулся и вышел.
Дошёл до дома матери Олеси. Её машина стояла возле подъезда. Значит она уже здесь. Дверь открыл отчим.
— А у нас всё в порядке. Я работаю. В магазин устроился грузчиком. Вон, жену спросите. Оля! Тут из полиции.
Вместо матери, вышла Олеся. Мы поднялись и встали возле окна между этажами.
— Данечка! Я всё знаю! — Леся кинулась мне на шею и зашептала.
Я взял её руки и снял с шеи. Держа их я начал говорить. А каждое сказанное мной слово оставляло огромный шрам на моём сердце. Но я должен был это сделать ради Артёма, ради мальчика, судьба которого зависла от меня и ради дочки Леси, маленькой девочки, которой нужна мама.
— Олеся, ты очень хорошая, но ты замужем и нам нельзя быть вместе. Всё что было до этого, было неправильно. Мы должны расстаться. Ты вернёшься к своему мужу и дочке, а я… — я с огромным трудом сглотнул горький комок. Хорошо, что здесь не очень светло и ей невидно мои глаза, которые предательски щипало. — А я оформлю опеку над Артёмом. С квартиры я съеду, только дай мне несколько дней. Прости.
У Олеси по щекам текли слёзы. Она молчала. Я уже собрался уйти, как она заговорила.
— Данил, я понимаю тебя. Всё правильно. Я вернусь к своему мужу, а ты получишь опеку. С квартиры не съезжай, живи там. По крайней мере, пока не найдёшь что-нибудь получше. И... Просто хочу чтобы ты знал, я люблю тебя!
— Прощай!
Я пошёл вниз по лестнице глотая слёзы. Леся, как же я тебя люблю!!!! Я тебя люблю!!!
Главное, чтобы эта жертва была не напрасной.
Я вернулся в кабинет и набрал номер её мужа.
— Алло. Это Данил. Мы расстались.
— Молодец. Ты сделал правильный выбор. Я сейчас же позвоню своему хорошему знакомому и завтра же ты получишь добро. Я человек слова.
Я по пути домой купил в магазине бутылку vodki, мне нужно было отключить мозг. Просто отключить мозг.
Я пил на кухне в полном одиночестве. Так плохо мне ещё никогда не было. Я уже выпил полбутылки, а мозг всё ещё оставался ясным. Сидел и смотрел Лесины фотки у себя на телефоне. Пролистывал их раз за разом. По сотому кругу. Я как будто был на похоронах своей любви.
Мне позвонили утром. Я ещё был дома.
— Данил Сергеевич, сегодня будет заседание по вопросу Вашей опеки над Шепелёвым Артемом. Вам нужно будет подойти к четырнадцати ноль-ноль в триста четырнадцатый кабинет. С документами.
— Да, я всё понял. Я буду.
Голова после вчерашнего болела. Но заблестел лучик надежды и мою головную боль как рукой сняло. Я бежал на работу в приподнятом настроении.
— Это что????? Я тебя спрашиваю, это что???? Ты совсем ополоумел????? Какой суп? Какого чёрта ты принимаешь подобную ересь? — орал на меня подполковник, так что грязные стёкла в окнах звенели.
— Вы мне вчера утром сказал, чтобы я регистрировал абсолютно все заявления от граждан. И что Вы сами будете решать, реагировать или нет. И как реагировать.
— Да как ты смеешь! Да я тебя.... Да я тебя в дежурные посажу! Нет, ты в уборщики у меня пойдешь! Уйди с глаз моих! — Он устало опустился в своё кресло и уже спокойно спросил. — Данил, ну что ты творишь? Почему не возьмёшь с соседей заявление и не отправишь её на принудиловку?
— Соседи не хотели писать заявления, жалели бабку. Но вчера написали. Я сегодня подожду, может кто ещё напишет и завтра дам ход делу. Она там уже пару лет всех достаёт.
— Ладно, иди, работай.
Я встал, отдал честь и развернувшись на каблуках, практически строевым шагом вышел.
Андрею снова пришлось меня прикрывать, пока езжу в опеку. Надеюсь меня там не задержат надолго.
Возле кабинета никого не было. Я постучался в двери и приоткрыл их.
— Да, проходите.
Там сидело три тётки со злыми лицами. Я прошёл и сел на стул в конце длинного стола. Они молча шуршали бумажками. Мне кажется, было слышно, как стучит моё сердце. Минут через пятнадцать они наконец отложили бумажки и начали задавать мне вопросы. Кучу вопросов.
— А с кем будет ребёнок, пока Вы будете на работе.
— Артём учится во вторую смену, к тому времени, как у него закончатся уроки, я освобожусь.
— А с утра?
— Артёму десять лет, скоро одиннадцать исполнится, неужели он пару часов не сможет сам собраться?
— Насколько мы понимаем Вы не женаты? А если женитесь?
— И что тогда изменится?
— Вы традиционной ориентации?
— Более чем.
И миллион других подобных вопросов. Глупых на мой взгляд.
— Подождите в коридоре минут десять. Мы обсудим и объявим Вам об своём решении.
Аааааа!
Время текло очень медленно. Наконец вышла одна из злых тёток.
— Зайдите.
Я вошёл.
— Данил Сергеевич, мы рассмотрели Ваше заявление. По нему положительное решение. Мы подготовим все документы. Через два дня они будут готовы и можете забирать ребёнка домой.
Я почувствовал, как на моём лице расплывается улыбка.
Моя победа!
Пусть не обошлось без жертв и помощи врага, но это была моя победа!