Роман «Никто другой». Глава 11. Представляю вашему внимания свой новый роман «Никто другой». Всегда ли большая любовь бывает вечной и созидающей? На этот вопрос предстоит ответить главным героям.
Все события вымышлены мной. Все совпадения случайны.
Начало
Наташа, Тимофей и Галина Ивановна продолжали молча стоять у ворот. Вышел Николай Фёдорович, оценил обстановку, закурил.
- Что же будет-то, а, Коля? - встревоженно заговорила Галина Ивановна.
- А что будет? Будет и будет, не нашего ума дело, Галя! Мы с тобой никого не сводили и не разводили, - философски ответил Николай Фёдорович.
Махнув рукой, Галина Ивановна ушла в дом, но тут же вернулась с перекисью, ватой и чистым носовым платком, начала осторожно обрабатывать губы Тимофея. Наташа стояла молча, ни на кого не глядя, словно в оцепенении. Николай Фёдорович с интересом смотрел на Тимофея. Ему явно хотелось что-то спросить или прокомментировать ситуацию, но воспитание и чувство такта взяли верх.
- Ладно, пойдём в дом, ночь уже. Да и Илья один там спит, - Николай Фёдорович тщательно затоптал окурок.
- Можно, мы с Наташей ещё задержимся? У меня к ней разговор есть, - сказал вдруг Тимофей. Наташа, выйдя из оцепенения, удивлённо смотрела на него.
- Ты как, дочь? Не устала ещё разговоры говорить?
- Не знаю, папа, но выслушать нужно.
- Это правильно, Наташка! - кивнул отец и тронул за локоть жену. - Пойдём, Галя!
Наташа и Тимофей сели на скамейку.
- Наташа, понимаю, что я для тебя никто и звать меня никак, ничего пока не сделал особенного. Но прошу, поговори со мной честно. Максимально честно, потому что это очень важно.
- Хорошо, - кивнула Наташа. - Но зря ты так о себе. Ты не такой.
- То есть, ты не сердишься на меня за то, что я твоему...этому...пару раз вломил как следует, а он - мне?
- Во-первых, Андрей давно не мой. А во-вторых, я поступила безалаберно, согласившись говорить с ним один на один, и ты мне помог в трудную минуту. Спасибо.
- Но ведь ты его любишь до сих пор, я понял это из вашего разговора. Прости, я подслушивал. Чувствовал, что нужно тебя подстраховать.
- Даже если и люблю, это уже не важно.
- Как так? Любить - это самое важное.
- Ты говоришь, как последний романтик, Тима!
- Зато ты говоришь, как прожжённый циник, Наташка! Если ты любишь, и он любит, почему вместе не быть?
- Я люблю его, Тима, но не буду с ним вместе, даже если он действительно разведётся с Полиной. Не буду не из-за ребёнка и не из-за того, что я вся такая - в белом пальто. Нет, я не такая, я самая обыкновенная, неправильная, с недостатками. Просто у каждого свой характер, и у меня он свой. Я давно простила Андрея, почти сразу, и мне его жаль, я ему сочувствую. Больно за него. Он достоин лучшего, тем более, теперь, когда так жестоко научен жизнью. Хочу, чтобы он был счастлив. Но только не со мной. Не смогу быть с ним после всего, не могу переступить через то, что было. Понимаешь?
- Понимаю, Наташка! - Тимофей зачарованно смотрел на неё. - Понимаю. Я такой же. Не знаю, хорошо это или плохо. То есть, ты твёрдо для себя решила, что с ним не будешь?
- Да, твёрдо, Тима. Потому и хочу уехать.
- Наташка, тридцать километров - это тьфу, особенно для того, у кого есть машина. Думай, Наташка, думай.
- И что?
- А то, что он не отступится от тебя. Каждый день будет к тебе приезжать, а ты там одна, без поддержки. Да ещё жена его неуравновешенная может нагрянуть запросто. Для неё тридцать километров - не крюк. Что делать станешь?
- И что мне делать? - Наташа растерянно смотрела на Тимофея.
- Вижу, твой мозг включился в работу, это похвально. Значит, я могу перейти к главному. Сейчас я буду говорить, а ты будешь меня внимательно слушать и поправлять, если где-то ошибусь, хорошо?
- Хорошо.
- Ты твёрдо решила, Наташка, что у вас с Андреем разные дороги в этой жизни, но противостоять как следует его напору не можешь. Переезд в то село - это даже менее эффективно, чем просто остаться здесь, ведь там ты будешь одна, без поддержки и защиты. А я сейчас в раздумьях, искать ли вообще жильё в Сосновке, ведь мы с Мишкой всё равно потом поедем в Пермь, это дело решённое. Деньги у меня есть, на первое время хватит, я узнавал расценки на аренду жилья в Перми. Сниму квартиру, устроюсь на работу, обязательно на белую зарплату, и через полгода смогу подать документы в банк, купить квартиру в кредит. Деньги с продажи моей малосемейки пойдут на первоначальный взнос. Я в этих делах соображаю, когда комнату получал, всё сам контролировал. Понимаешь, куда я клоню?
- Нет, - бойко соврала Наташа. Сердце её трепетало, как птица в клетке. Из огня да в полымя, так получается?
- Давай уедем вместе, Наташка! И чем быстрее, тем лучше. Пусть все посторонние думают, что ты уехала в то самое село. Родителей ваших попросим, чтобы не рассказывали подробностей никому. Найдёшь работу, у тебя специальность хорошая, нужная. Может, и в институт поступишь хотя бы заочно. Там всё ближе и проще. Затеряешься в огромном городе, никто чужой не найдёт, не будет нервы мотать. А если и найдёт, так я рядом буду всегда, а потом и Мишка. Как думаешь? Соглашайся.
- Но Тима...- Наташа покраснела и остановилась, не в силах продолжать.
- Ах, вот ты о чём, - Тимофей насмешливо и грустно смотрел на неё. - Наташка, я же не животное, хоть и сравнивал себя с волчонком. Пальцем не трону. Думаешь, не понимаю ничего? Будем жить, как брат с сестрой. Считай, что я Мишка. Мне только нужно, чтобы ты готовила. Очень я это дело не люблю, хоть и самостоятельный. А ты прекрасно готовишь. Продуктами буду обеспечивать. Считай, что я таким образом за выгодой для себя гонюсь.
- Тима, а зачем тебе всё это? Вся эта возня со мной? Ты сам себе хозяин, можешь и один уехать в любой момент.
- А ты не понимаешь? - после небольшой паузы тихо спросил Тимофей.
- Нет, - опять соврала Наташа, сама не понимая, зачем толкает его на откровенность. Вроде, к кокетству она не была склонна никогда.
- Тогда считай, что из человеколюбия, - Тимофей смотрел прямо перед собой.
- Тима! - Наташа тронула его руку.
И он не выдержал, схватил её за плечи, прямо как Андрей, крепко, только совсем не больно.
- Потому что я тебя люблю, Наташка! С того самого дня, как увидел впервые в вашем дворе. У меня появилось тогда такое чувство, будто солнце наконец-то над моей жизнью взошло, светло стало. И с каждым днём всё светлее. Ты для меня всё, Наташка! Самый главный человек. Никто другой мне не нужен. И я для тебя сделаю всё, что ты захочешь. Всё. Мечтаю заботиться о тебе, защищать тебя. Только бы ты была рядом.
Наташа испугалась, что сгорит в его пылающем взгляде, опустила глаза.
- Но Тима, ты же понимаешь... И ты сам сказал...- нерешительно заговорила она.
- Понимаю. И сам сказал, пальцем не трону. Клянусь. Но не совру: я буду надеяться и ждать, когда ты сама захочешь стать моей. А если не захочешь, значит, так тому и быть.
Он напряжённо вглядывался в её глаза, и увидев, что Наташа сомневается, заговорил ещё горячее:
- Давай уедем, Наташка! Прошу тебя. Начнём новую жизнь.
Наташа вдруг подумала, что второе подобное предложение за вечер - это не просто так. Это, видимо, судьба.
- Хорошо, - наконец, решительно заговорила она. - Но только как брат и сестра, ты поклялся! И за квартиру я тоже буду платить, и продукты покупать.
- А вот это мы ещё посмотрим, - улыбнулся Тимофей. - Насчёт квартиры и продуктов.
Во взгляде его были такое облегчение и такая радость, что Наташе стало грустно: ведь она ничего не может ему предложить в ответ. Кроме готовки, разумеется. Они будут жить как брат и сестра.
Следующая глава