Летний вечер. У деревенского клуба толпится народ. Сегодня концерт местной самодеятельности, потом кино и танцы. Пожилая пара степенно направляется в зал, за ними, хихикая, устремилась группа девушек.
- Я так волнуюсь, - шепчет одна, - Первый раз танцевать выйду…
- Перестань, мы же репетировали сто раз! – успокаивает другая, - Бежим…
Зал постепенно заполняется, торопливо рассаживаются остальные. Скоро начнётся концерт. Многим из зрителей интересно увидеть своих родных и знакомых на сцене, какие такие таланты в них открыла хореограф. Предвкушая начало, перешёптываются. И только одна женщина серьёзна. Она грустно смотрит на односельчан и вспоминает события двадцатилетней давности…
***
Небольшая деревня вытянулась вдоль реки. Раннее летнее утро. В добротном бревенчатом доме живёт семья: муж, жена, две дочери и бабушка. Девочки дошкольного возраста, а в эти годы, как известно, жизнь легка и беззаботна, сплошной праздник.
Лиля проснулась. Солнце ласкает лицо тёплыми лучами, пробираясь в щёлку между шторками. Вылезает из-под одеяла, босиком шлёпает на крыльцо. Зажмурившись и потягиваясь, вдыхает свежий деревенский воздух. Он пахнет сосновой хвоёй, вчерашним костром, парным молоком, луговыми цветами и немного навозом.
Вернулась в дом. На столе стоит кувшин молока утренней дойки. Ещё тёплое, только из-под коровы. Это бабушка побеспокоилась. Она любит внучек и балует их, чем может. Стоя на цыпочках, делает несколько глотков. Вытирает рот рукавом ночнушки. Идёт будить старшую сестру. Роза на два года старше Лилии, и уже строит из себя взрослую. Ведь ей осенью в школу, а Лиля пойдёт только на следующий год.
Родители решили назвать девочек в честь любимых маминых цветов. У неё пол огорода засажено розами и лилиями. Отец семейства Михаил даже ругается.
- Лучше бы укропу посадили, - шутливо ворчит он, - А цветочки у нас, вон, на двух ножках бегают.
- Не знаю, пап, - говорит Лиля, - А, мне нравятся мамины цветы. Укроп, что с ним делать? Терпеть не могу укроп. Я его стараюсь отовсюду вырвать, правда не очень хорошо получается, он мелкий. А вот цветы - это же красиво! Выглянешь в окно, а там, каких только оттенков нет. Глаз не оторвать.
Лиля любит помогать маме с цветами: пропалывать, поливать, ухаживать за саженцами. Одинаково заботится и о розах, и о лилиях. Сестра же Роза не в восторге от цветов, и помогает только из-под палки. Считает, что сажать надо только то, что можно съесть.
- Розы же не съедобные, - рассуждает она деловито, - Зачем сажать, тратить силы? От них никакой пользы.
Так беззаботно и весело жила семья до тех пор, пока с Розой не случилось несчастье.
Девочка возвращалась из магазина по обочине дороги. Как вдруг из-под забора выскочила собака и залаяла. Роза испугалась. Шарахнулась от неё на дорогу. Она всегда боялась собак, как огня. Мимо по дороге ехал лесовоз. Отцепилось крепление, торчит бревно. Роза не успела отскочить, её ударило бревном. Девочка отлетела в сторону и упала.
***
Когда Розу привезли из больницы, она могла передвигаться только на коляске, и на одну ногу у неё стало меньше. У Михаила не выдержали нервы. В тот день отец пошёл, и ни слова не говоря, пристрелил собаку, которая испугала Розу. Никто не мог его остановить. Хорошо, что соседи оказались понимающие, и не подали в суд на отца убитого горем.
Когда Лиля узнала, то плакала, жалко собаку. «Ведь она не виновата, что девочка её боялась» - думает она. На этом инцидент можно было бы считать исчерпанным, но всё только начиналось.
Роза и раньше-то не отличалась покладистым характером, а с тех пор, как стала калекой, вообще из капризной превратилась в истеричную и деспотичную: то подай, это принеси. Для Лили жизнь превратилась в ад. Отец любил обеих дочерей, и однажды, он посадил её себе на колени и сказал:
- Понимаешь, малыш, - начал он, уговаривая Лилю, - Не злись на сестру. Так случилось, но теперь я объявляю тебя старшей сестрой.
Сначала девочка обрадовалась и думала, что в школу пойдёт вместе с Розой.
- Нет, Лиля, - сказала мама, - В 5 лет в школу не берут. Я уже спрашивала.
В этот год никто из них в школу не пошёл. Протез Роза сразу отказывалась носить, больно. Она не могла в нём сделать и шагу. А коляска не помещалась в классную дверь. Поход в школу отпал сам собой.
Учительница приходила домой занималась с Розой и немножечко с Лилей, чтоб девочке было легче в следующем году. Всегда хвалила Лилю:
- Такая девочка смышлёная, - улыбается она, сообщая матери, - Не смотря, что совсем кроха, а такая старательная. Всё хватает на лету. Умничка!
Розу эти похвалы бесили. Она швыряет на пол карандаши, тетради, а Лиле приходилось их подбирать. Девочка заметила, что сестра умышленно разбрасывает всё, чтобы поиздеваться над сестрёнкой, а всем говорит, якобы уронила нечаянно.
В очередной, пятый раз подряд, поднимая тетради и карандаши, Лиля возмутилась:
- Прекрати, Роза! – кричит она в сердцах, - Ты же лишилась ноги, а не руки. С чего это вдруг ты стала такая неуклюжая?
Мать слышала, и влепила ей хорошую пощечину. Лиля расплакалась и убежала. А Роза злорадно усмехается.
- Бегай, бегай, - крикнула она вслед сестре, - Пока твои ноги целы.
Мать и ей отвесила оплеуху. Убегая, Лиля слышала, как сестра вскрикнула.
Обстановка в доме накалилась. Каждый день они бегали вокруг несчастной Розы, а та делала всё, чтобы все ругались между собой.
Как-то утром, Валентина обнаружила, что все её розы уничтожены, просто вырваны с корнем. Роза заявила, что видела, кто это сделал, и указала пальцем на Лилю.
- Поглядите, поглядите, - говорит Роза, - Она свои лилии не тронула… А меня ненавидит, вот и вырвала все розы. Она это сделала, мама.
Лилю наказали, но позже вечером, когда ей разрешили выйти из угла, она показала матери на песке следы от шин коляски. Все ахнули. Такой подлости от неё никто не ожидал.
Первым не выдержал отец. Он просто не вернулся с работы. По почте прислал письмо, где сообщил, что больше не может жить в такой обстановке. Хочет начать новую жизнь, пока ещё не совсем состарился.
Валентина поседела в одну ночь. Стала хмурая, ходила сама не своя. Всё валилось из рук. Цветы в огороде завяли и совсем засохли, было не до них.
***
Лиля проснулась от яркого света, что пробивался сквозь штopы с улицы. Лежит на кровати, чувствует, что что-то не так.
«Странно» - думает девочка, - «Если утро, то почему я так сильно хочу спать? Да и свет какой-то холодный и голубой. Совсем не походил на солнечный». Девочка вышла на улицу и видит, что вокруг ещё темно, на дворе ночь. «Откуда тогда синий свет над нашей деревней?» - гадает она. Замечает огромный диск в небе. Пошла поближе, чтобы разглядеть диковину. Нечто огромное по форме тарелки, с яркими огоньками по бокам, висело в воздухе и направляло из своей середины голубоватый луч на каждый дом, словно пытаясь его просветить, изучить, что находится внутри.
Девочка постояла ещё немного и пошла домой спать, решив, что это сон.
Утром всех разбудил ужасный переполох в деревне. Кто-то бегал по улице и кричал, что начался конца света, кто-то упал на колени и молился, глядя на тарелку. Другие убегали с чемоданами прочь из деревни. Старухи за воротами кричали:
- Явился антихрист!
Тарелка по-прежнему висела. Лиля спросила маму:
- Мам, а мы? Что с нами будет? Мы тоже куда-нибудь уедем?
- Нет! – грустно качает она головой, - Нам некуда ехать.
К вечеру суматоха стихла. Деревня почти опустела. Осталось несколько жильцов, которым тоже некуда бежать. Но и это ещё не всё. Сбежала продавщица – в магазин теперь не попасть. Запас продуктов дома скоро закончился. Осталось только молоко и яйца, которыми кормила бабушка. Роза вела себя безобразно. Она капризничала, кричала, требовала конфет. Делала вид, что её проблемы совершенно не касаются. А в доме давно не было даже хлеба.
Валентина ходила по двору, как сонная, что-то бубня себе под нос, не отзываясь на оклики дочек и старухи матери. Тягостная, безвыходная обстановка её сломала.
***
Бабушка вбежала в дом с перекошенным от ужаса лицом.
- Лиля, девочка беги! – кричит она задыхаясь, - Там, на мосту твоя мама…. Скорее! Там ваша мама стоит…. Беги!
Лилия сорвалась с места, в чём была, и побежала. Мать действительно стояла посередине моста и смотрела в воду.
- Не подходи! - крикнула мать, не глядя на дочь.
Лиля остановилась, как вкопанная. Протянула руки навстречу матери.
- Не надо, мамочка! – причитает девочка, обливаясь слезами, - Мама, не надо!
Мать безразлично посмотрела на девочку, и перелезла через перила. Мгновение стоит, делает шаг вниз.
Река течёт широкая, но неглубокая и каменистая, высокие берега. Если упасть обязательно ударишься о камни - разобьёшься насмерть.
Отчаянье и боль заклокотали внутри девочки, как вулкан. Она подняла голову вверх и посмотрела на тарелку, которая там висела. В это момент она не молилась, ничего не просила, не перечисляла все беды и несчастья. Просто всё само объединилось в одно огромное желание и выплеснулось вверх. Лиля почувствовала, как прямо из её груди выстрелил поток, такой силы, что его свет ослепил её. Он ударил в средину тарелки. Девочка упала без сознания.
Словно во сне она видит, что с помощью своего луча, проникла внутрь тарелки. Высоченные, очень худые существа серо-голубого цвета в серебряных скафандрах стоят возле стола, как в больнице. На нём лежит Роза. Они что-то делали с ней, передавая друг другу разные инструменты. Лиля вытянула шею, но всё равно не видно.
Неожиданно, один из них заметил ребёнка, и очень удивился. Наклонилась к ней, и подал металлический шарик. Размером, как раз с её ладошку.
- Вставай! – тихо говорит он внутри её головы, - Давай, скорее вставай! Ты лежишь на дороге, а там едет машина. Водитель тебя не увидит, быстро поднимайся!
Лиля резко открыла глаза и отскочила с дороги. Первое, что она почувствовала, как её обдало ветром, проезжающего грузовика. Печально смотрит в сторону моста, где погибла мать. Ошарашена. Глазам не верит. Мать всё ещё стоит на мосту, и не глядя на неё, кричит:
- Не подходи!
Лиля уже знает, чем всё закончится и кинулась к ней. Вцепилась руками в платье.
- Не надо, мама! Не надо, - умоляет девочка, лепечет сквозь слёзы, - Пойдём домой. Всё будет хорошо…
Валентина наклонилась, встала на колени. Обняла дочь, крепко прижимая к себе, и заплакала.
- Спасибо, Лиля, - благодарит мать, целуя дочь, - Спасибо, милая. Не понимаю, что на меня нашло… Прости.
Мать и дочь бредут домой. Ещё издали они заметили бегущую им навстречу девочку, но не обратили на это внимания. Это Роза прыгала на своих ногах. Лиля вопросительно глянула на мать – «Это мне кажется или мама тоже это видит?» По лицу матери бежали слёзы счастья. Она ничему не удивлялась, просто рада за дочь.
- Мама, я проснулась, а нога на месте! – кричит подбежавшая Роза и обнимает мать, - Как такое может быть, мама? Это чудо!
Валентина сняла с головы косынку и вытерла слёзы с лица, а девочки с удивлением заметили, что седые волосы матери снова стали каштановыми, как прежде.
Из соседских ворот с лаем выскочила собака, которую пристрелил отец. Все в изумлении смотрят на неё. Только Роза дернулась от страха. Лиля почувствовала в руке металлический шарик и направила его на собаку. Та поджала хвост и моментально скрылась.
- Больше ты не будешь её бояться, - сказала Лиля, обращаюсь к Розе.
На этом сюрпризы не закончились. Когда вернулись домой, то обнаружили, что сухие розы и лилии вновь цветут и благоухают. Лиля пыталась всё объяснить сестре и матери, но они никак не могли понять этого, и тем более поверить.
Вечером вернулся отец. Он долго стоял на пороге, молча, виновато переминаясь с ноги на ногу.
- Не могу жить без вас… - говорит он, - И никакая новая жизнь мне не нужна. Простите меня, мои любимые девочки! Прости, Валя!
Этой же ночью тарелка исчезла. Тихо, молниеносно, как и появилась. Вскоре жители начали возвращаться домой. Удивительно, но никто не помнил о тарелке, все напрочь всё забыли.
***
Занавес подняли. На сцену вышла нарядная ведущая, она же хореограф - Роза. Она преподаёт танцы в местном клубе. Пока она объявляла номер, Лиля смотрела на сестру и улыбалась. За все эти годы, что она училась в школе, потом в медицинском, потом, вышла замуж и родила дочь, сёстры ни разу не поругались. Больше нет причин. Их дочери сейчас выйдут на сцену, и заиграет музыка.
Лиля работает врачом в деревенской больнице. Когда появляется какой-нибудь тяжёлый пациент, она незаметно достаёт из кармана металлический шарик, и всё в порядке. Самая она, с тех пор, никогда ничем не болела.
Чудо это или сказка, но так всё и было…