"Вчера была консультация с психологом. Мне показалось, что мне она не подходит. Говорит: "Мы уже десять минут как общаемся, но ты не смотришь мне в глаза". Отвечаю, что не люблю камеры. "Почему не любишь? Я в недоумении. Ждет, чтоб я платила ей за вчерашний видеозвонок. У вас такие же психологи?"
Сильные чувства страха и печали мешают мыслить ясно, лишают сил, гасят радость. Человек плохо спит, много ест, взвинчен и конфликтен. Жизнь стоит на паузе в лучшем случае. В худшем - едет под откос. Конечно, правильно будет привести мысли в порядок, успокоиться, наметить план действий. Профессиональная работа над внутренней реальностью позволит не наделать ошибок, действовать рационально. Сэкономит силы, время, деньги. Проблема в том, что трудно разобраться, подходит ли специалист, к которому обратился.
- Почему ты улыбаешься?
- Улыбаюсь, когда наступает неловкая пауза.
- Меня ты этим отталкиваешь.
Самое важное на начальном этапе - помочь клиенту преодолеть дискомфорт. Раскрываться перед незнакомым человеком непросто. Нужно время, чтобы понять, кто перед тобой, оценить обстановку, привыкнуть, освоиться. Если же психолог акцентирует внимание на той естественной скованности, что чувствует клиент, то по сути делает дальнейшую работу бессмысленной. Такие вопросы усиливают реакцию тревоги и защиты. Возникает сильнейшее сопротивление. Тело ищет способ прервать общение и расслабиться.
Меня тянуло ко сну, и я зевнула. Обычно зевают, когда скучно.
- Почему ты зевнула?
- Мне захотелось. Мне просто хочется спать.
Психолог, который с первых минут многократно усиливает напряжение клиента, никому не подходит. У клиента возникают чувства печали, раздражения, досады, отвращения, а ведь разговор о проблеме еще не начат. Профессионал же видит дискомфорт клиента, который возникает при общении с незнакомыми людьми. Уважает это чувство, согласен с ним. Ищет способ, который поможет пришедшему на прием человеку справиться с волнением. Психолог сам прячет свои глаза, если видит, что его прямой взгляд смущает. Его работа - сделать так, чтобы беседа не была на допрос похожа.
"Я ходила к психотерапевту. В первый раз, когда мы сидели напротив друг друга, он пересел на кушетку сбоку и уткнулся в пол, чтобы я могла говорить и не смущаться. Часто, когда рассказывала что-то очень личное или больное, то не могла смотреть в глаза, смотрела в окно. Ни разу он не сделал мне замечания".