О чем молчат учебники, но знал Василий Шукшин.
Со школьной скамьи мы привыкли к трактовке связанных со Степаном Разиным событий как «крестьянской войны». В рамках советской (читай, марксистской) историографии, которая более скрывала, нежели открывала, всё было просто: угнетенный класс - беглые крестьяне - казаки (Попробуй, кто скажи казаку, что он крестьянин! Хоть сейчас, а тем более в XVII веке.) восстали против гнета феодалов. И всё. На большее марксистского подхода с одной стороны не хватало в силу его ущербности. С другой, если начинать искать вглубь и вширь, то начинали открываться реальные движущие силы, которые не оставляли от «классового подхода» камня на камне и, следовательно, делали несостоятельным марксизм, который в СССР был заявлен в качестве официальной идеологии. А это уже было опасно. Тем интереснее становятся находки исследователей неофициальных, не связанных корпоративной, кафедральной этикой, которым были чужды понятия «диссертабельно» / «не диссертабельно», которые не знали, что можно, а что нельзя. Они просто искали и находили, не ведая о главных и негласных табу и запретах. А найдя – выносили на всеобщее обозрение.
Роман Василия Макаровича Шукшина «Я пришел дать вам волю» написан еще начале 1970-х. В общем, он вписывался в действующие идеологические установки и по книге даже собирались снимать кино. Внезапная смерть помешала осуществлению планов режиссёра. Тем не менее, роман трудно отнести к числу тех, что активно продвигались советским агитпропом. В школьные программы по литературе он включен не был. В качестве литературы для чтения в рамках курса истории он не предлагался. Лично я о существовании книги «Я пришел дать вам волю» узнал только в 2000-е, войдя в круг профессиональных историков и литераторов. А до того моё представление о Шукшине оставалось на уровне бытовых рассказов и фильмов «Живет такой парень» и «Калина красная». Рискую навлечь на себя критику профессионалов, но лично я считаю что после «Я пришел дать вам волю», Василия Шукшина можно спокойно ставит в один ряд с Михаилом Шолоховым с его «Тихим Доном». На мой взгляд, по художественным достоинствам, по уровню поднятых проблем это произведения одного уровня.
Когда я углубился в роман, то в третьей части, в числе действующих лиц с немалым удивлением обнаружил «царевича Алексея Алексеевича» и «патриарха» (насколько понятно из биографии этого «патриарха», автор причислил его к своим, если не прямым предкам, то дальним сородственникам). И тут мне стало интересно. В школе и иных источниках ни о каких реальных, самозваных, истинных, мнимых царевичах в контексте Разина не говорилось совершенно. И сейчас не говорится, достаточно открыть посвященную Степану Разину страницу в Википедии. Понятно, что автор имеет право на художественный вымысел. Однако я неплохо знаю, что такое советский исторический роман и знаю, насколько узкими были рамки для этого художественного вымысла. Однако и «царевич Алексей Алексеевич» и «патриарх родом с реки Шукши – притока Суры» действуют на протяжении практически всей третьей части романа. А значит, существенная мера реальности присутствует.
И я поступил просто. Поинтересовался в Интернете Алексеем Алексеевичем – сыном Алексея Михайловича Романова (Тишайшего). И, в отличие от советских и современных по Степану Разину, страница посвященная Алексею Алексеевичу четко гласит: «Его имя стало лозунгом восстания Степана Разина; разинцы объявили, что царевич не умер, а бежал к ним от происков бояр-изменников. Примерно в августе 1670 года появился первый лже-Алексей, о настоящем происхождении которого ничего не известно. Сторонники Разина называли этого самозванца «Нечай» («нежданный») и использовали это слово в качестве боевого клича. В дальнейшем, уже на закате восстания Разина, в августе 1671 года появился второй лже-Алексей, который на самом деле был дворянский сын Иван Клеопин, страдающий безумием»[1].
И тогда советско-марксистская версия «крестьянской войны» рассыпается и начинает просматриваться нечто принципиально иное.
А именно государственный переворот практически идентичный сюжетом с Лжедмитрием. Такой же «спасшийся царевич» и те же казаки в качестве военной силы. Только на 60 лет позже.
Получается, что Василий Шукшин знал об использовании самозванца в сюжете с Разиным, но в отличие от официальных источников об этом не промолчал.
[1] https://ru.wikipedia.org/wiki/Алексей_Алексеевич#Самозванцы