Совсем не так давно мне довелось поучаствовать в дискуссии о порядке погашения денежного обязательства при условии недостаточности средств, направленных на погашение оного. Я заметил, что вообще говоря, этот вопрос урегулирован законодательством. получил не то возражение, не то просто реплику, что это регулируется договором, ответил, с указанием на ст. 319 ГК РФ, в которой этот порядок описан, а, стало быть, урегулирован. Да, разумеется, норма эта носит диспозитивный характер. Воспроизведу её.
Статья 319. Очерёдность погашения требований по денежному обязательству
Сумма произведённого платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем — проценты, а в оставшейся части — основную сумму долга.
Казалось бы, что всё расписано. Всё? — Есть указание на издержки по получению долга, есть указание на проценты, есть указание на самый долг. Всё? — Ан нет, не всё! А как следует втискивать в эту очередь такую замечательную вещь как неустойка? В законе, заметим, по этому поводу нет ни одного слова. Конечно, это можно урегулировать договором, но а если не урегулировано — что тогда?
И вот тогда я решил применить метод аналитической редукции понятий, учитывая, что процитированная норма, учитывает только отношение к поступающим средствам со стороны кредитора.
Что несомненно, так это то, что обязательства по неустойке суть обязательства из нарушения права. То есть это последствия того, что кто-то не удовлетворил кредиторские требования в срок и надлежащим образом. Обязанности по денежному обязательству, естественно, состоят в распоряжении определённой суммой денег. Например, в том, чтобы передать её иному лицу, уплатить ею.
Пусть в срок и надлежащим образом такая уплата не состоялась. Тогда при наличии соглашения о неустойке у должника может возникнуть обязательство, как видно из ст. 330 ГК РФ вне зависимости от доказанности убытков кредитора, уплатить дополнительно к первоначальной ещё некоторую сумму денег. Убытки, подчеркнём, при этом доказывать не обязательно. Доказывать не обязательно, но пусть они существуют, существуют как реальный ущерб и равны R, где R ⩾ 0. Пусть при этом сумма неустойки, подлежащая уплате, будет G ⩾ 0. Ясно, что возможны следующие соотношения:
- R = G;
- R > G;
- R < G.
Так как R и G суть рациональные числа, иных вариантов, как мы понимаем, нет.
В первом и втором из перечисленных вариантов соотношений неустойки и убытков сумма неустойка реально покрывает именно убытки в виде реального ущерба или его часть (поглощается возмещением реального ущерба), а потому является именно возмещением такового.
В третьем случае ситуация несколько иная. В части R действительно происходит возмещение реального ущерба, но остаётся ещё некоторая сумма от суммы неустойки g = G - R, причём g > 0.
Что это?
Отметим, что сумма g не есть часть суммы основного долга, не есть и часть суммы возмещения реального ущерба. Тем не менее, эта сумма подлежит уплате в силу именно договора (в случае законной неустойки — закона) и в общем случае является чистой выгодой кредитора. А имущественная чистая выгода субъекта есть не что иное, как именно его доход. И тогда g есть не что иное, как доход кредитора. Доход, который прямо обусловлен соглашением сторон или унормирован законом.
Теперь обратим внимание на такое понятие, использованное в ст. 319 ГК РФ как «проценты». Пусть не путает название: проценты есть также именно чистая выгода (то есть выгода сверх возмещения реального ущерба и основной суммы долга) по денежному обязательству. То есть тоже — доход. И вот тогда становится понятно, что когда сумма неустойки больше чем реальный ущерб, вызванный правонарушением, обусловившем возникновение обязательства уплатить неустойку, часть этой неустойки будет являться не чем иным. как покрытием реального ущерба, а вот оставшаяся часть — именно процентами, названными в ст. 319 ГК РФ и идти на погашение во вторую очередь вслед за покрытием издержек на получением долга.
Что же из этого следует? А следует нечто интересное. Получается так, что с одной стороны в силу ст. 330 ГК РФ кредитор не несёт обязанности доказывать наличие убытков при требовании об уплате неустойки, с другой — для определения очерёдности погашения долга, если только иное не указано в договоре, убытки в части реального ущерба определять как раз надо, иначе нельзя сказать чему равно то самое g, а с третьей — есть особенное регулирование в ст. 394 ГК РФ, которая прямо, хотя, разумеется, тоже диспозитивно регулирует соотношение между убытками вообще и неустойкой.
А вот как это совместить с отсутствием обязанности доказывать убытки при взыскании неустойки не знаю.