Начало рассказа здесь.
- Вольф! Тебе плохо? – С тревогой спросила Ирма. - Почему ты молчишь? Ты собирался навестить людей, живущих в этом доме! Говорил, возможно, в нем живут твои родственники! Так иди же! Видишь, фрау смотрит на нас в окно!
Сомнений быть не могло. «Фрау», смотрящая в окно- его сестра. Лидочка. Вредная, досужая девчонка, сующая свой нос во все их мальчишечьи дела, как пионер Костя Иночкин, из кинофильма «Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен», с её неизменным: «А чё это вы тут делаете? А?» После чего Вовка, по праву младшего, получал вескую затрещину, если вершил, с точки зрения сестры, что- либо неблаговидное. Он морщился, потом изловчившись, дергал её за косу, и показывал почерневший от тутовника язык.
«Уходит детство через мой порог, и детские забавы позабыты». Пришло время романтической юности. Время стремлений, надежд, первой любви. И однажды, буйной, шальной весной, Вовка заметил как на берегу Дона, под раскидистой плакучей ивой, его строгая сестренка, целуется с закадычным дружком Толяном. А еще через год, она не пришла провожать их на вокзал. Дома, отвернувшись к стене, Лида сказала ему: «Володя, будь с ним осторожен. Скользкий он человек». Вовка сильно обиделся на сестру, услышав такие слова в адрес лучшего друга, но, вскоре все забылось. Впереди была целая жизнь.
В настоящее - Вольфа вернула хлопнувшая дверка.
У автомобиля, нервно теребя ручку сумочки из крокодиловой кожи, стояла Линда. - Папа! Ну, что ты сидишь? Делай же что ни будь! Или иди, или поехали! Здесь пыльно и грязно! И вообще, мне не нравится Россия! Я хочу домой!
Сильно кололо в груди. «Люди, живущие в этом доме», - сказанная фраза женой, полоснула, как бритвой по сердцу. «Это мой дом, моя колыбель, а люди в нём, названные холодным, бездушным словом «родственники», самые близкие ему люди на этой земле. Мама и сестренка. Видимо, ни отца, ни деда, давно уж нет в живых. И где их последнее пристанище, неизвестно. Как хочется посетить родные могилы».
- Сейчас, девочки, сейчас. Все нормально. Это пройдет. Нервы. - Вольф тряхнул головой. Воспоминания никуда не исчезли.
Там, на месте «Чикиного» дома, теперь тесный двор многоэтажки. «Где же он сам? Жив? Протирает лампасные брюки в генеральском кресле, или давно сложил голову в чертовом Афгане?»
Засада оказалась там, где ничего подобного ранее не случалось, и где её ждали меньше всего. Но, все когда-то свершается впервые.
Первая БМП крутнулась на месте, полыхнула как факел, теряя вращающуюся в воздухе башню, и почти перекрыла довольно широкую дорогу. Распахнулись десантные люки, и на землю посыпались живые горящие факелы. «Мать её!! Засада! Откуда?» - молнией промелькнула мысль. – Вперед!! Не останавливаться!! – хрипло прокричал капитан Куницын. Водитель БМПэшки таранил горящую машину, и нажал на газ. Следом, нарушив строй, мчались остальные. Из-за валунов, в беспорядке разбросанных вдоль дороги стали появляться бородатые физиономии в традиционных афганских паколях. К замыкающей БМП, по крутой дуге потянулся дымный след гранаты. Лишившись гусеницы, машина остановилась. Башня её закрутилась, плюясь семидесятитрехмиллиметровыми снарядами, не принося нападавшим ни малейшего вреда.
По броне дробно застучали пули. Куницын увидел, как впереди, на взгорке, один за другим показались четыре пикапа. Они круто развернулись, ощетинившись установленными на них тяжелыми пулеметами ДШК. «Сейчас повеселятся», - подумал капитан. - «С этими «дурами» шутки плохи». – Оператор!! Огонь! – Спаренный с пушкой танковый пулемет, буквально разнес не успевший развернуться пикап. И тут же, водитель-механик его БМП, словно кому-то поклонившись, уткнулся ничком в руль. То, что осталось в шлеме, трудно было назвать головой. Адский грохот наполнил отделение управления машиной. Какими-то огненными цветками, перемешанными с едким дымом, вспучивалась сталь, зияя пулевыми пробоинами от пулеметов ДШК. Заложило уши. Дым выедал глаза. Смолк башенный пулемет. Рация еще шипела. – Всем наружу!! Быстро!! – закричал Куницын, схватил микрофон, и нажал тангету. – Агат! Агат! Я Кедр! Ответьте! Рация отозвалась немедленно. – Кедр! Я Агат! Что у вас происходит?
- Попали в засаду! Духов, человек триста. Люди гибнут на глазах! Долбят, сволочи, из трех ДШК, и гранатометов! Почти всю технику, и половину бойцов уничтожили! Укрыться негде! Долго не продержимся! Шлите подкрепление!
- Кедр! Держитесь! Попробуем что-нибудь приду… - Пуля врезалась в рацию, мелкими осколками поранив капитану лицо и руки.
Все это побоище походило на простое, безнаказанное избиение. Тяжелые, крупнокалиберные пули раскалывали придорожные камни, как грецкие орехи, рвали в клочья металл, разрывали убитых и раненых, смешивая их с землей. Догорала уничтоженная техника. Капитан Володя Куницын лежал за катком развороченной гусеницы, видимый практически со всех сторон. Иногда, приподняв голову, посылал короткие очереди из ручного пулемета, и тут же вокруг него вздымались фонтанчики земли, заставляя снова прятать голову за каток. Выбрав момент, он мельком огляделся. Бородатые душманы в открытую сидели на камнях, что-то громко обсуждая между собой, и смеялись. Некоторые изредка указывали на него пальцем. Вокруг стояла непривычная тишина. И тут капитан понял, что остался один. «Они просто играют со мной в кошки-мышки!» - пришла в голову жуткая мысль. Он в отчаянии рывком поднял пулемет и нажал на спуск. В ответ, пулемет сухо щелкнул затвором. Душманы захохотали. «Это конец. Только не в плен!» Ему не раз приходилось видеть дикие последствия их кровавых забав. «Ну, откуда, откуда они пронюхали, что мы пойдем именно этой дорогой??» Капитану, даже в страшном сне не могло присниться, что неделю назад, в дукане, пьяный старший лейтенант Чикин, за двести долларов выболтал дуканщику всё о предстоящем рейде.
Капитан осторожно повел головой. Ни одной гранаты рядом с ним не было. «Эй! Шурави!» - вдруг услышал он чей-то голос. – «Сдавайся! Ходи сюда! Будем пить шароп! Патом голова отрежем, и поедешь Масква, в цинковый гроб!» Га-га-га! – «заржали» моджахеды. «Ну, вот и мой конец пришел», - отстранено и с грустью подумал капитан. - «И никто, ничего не узнает. Напишут – пропал без вести. Да ладно бы. А то и в предатели определят. Обидно!» Рука медленно потянулась к кобуре. Он успел почувствовать, как что-то тяжелое навалилось сверху. Потом – голова взорвалась яркой вспышкой, и сознание окутала густая тягучая тьма.
Продолжение рассказа здесь.
Уважаемые друзья и гости канала! Спасибо Вам за внимание и поддержку канала.
Канал "Стэфановна" предлагает Вашему вниманию рассказы:
Рассказ "Клоун" не так уж и плох, кто не читал, прочитайте. Думаю, Вам понравится.
Рассказ "Прощать ли?" набрал очень много лайков, читатели его оценили. Спасибо.
Это не только история про двух дочек Никиты Никитыча. В рассказе показана жизнь простых пенсионеров, которые не приемлют лежачий отдых, не путешествуют по странам, а ведут активный образ жизни на своём участке в деревне. Знаком Вам, уважаемый читатель, активный отдых на грядках? Тогда читайте, и возможно, Вы узнаете себя).