Один современный старец из афонского монастыря Каракал рассказывал:
«В прежние времена обязательный послушнический искус перед постригом длился три года. Лично я пробыл послушником семь лет. Послушники оказывали доброе послушание и выполняли тяжёлые работы. Для заботы о послушниках монастырь выделял наиболее благоговейного из соборных старцев, и он обеспечивал послушников всем необходимым. Таким образом, у послушников не было абсолютно никаких контактов с людьми мирскими.
В те времена было немыслимо, чтобы монахи, а тем более послушники, болтали с мирскими посетителями на монастырских балконах. В те годы кусочек лукума можно было взять четыре раза в год: на Пасху, Рождество, на заговенье и в наш престольный праздник святого Гедеона.
Вы читаете отрывок из третьего тома «Нового афонского патерика», в который включены поучения и рассказы преподобного Паисия Святогорца, не вошедшие в его «Слова». Приобрести наши книги можно по ссылке внизу
Вообще распорядок дня в монастыре был весьма аскетичным. Конечно, монастырь мог покупать в миру разные вещи, но отцы, управлявшие тогда монастырём, не хотели ничего покупать, они считали всё это излишеством, роскошью. Не для себя, а чтобы угощать паломников, мы варили померанцевое варенье, варенье из айвы, делали масти́ку¹, воду с вишнёвым сиропом, джем.
1. Масти́ка— съедобная смола особого мастичного дерева, которое растёт на острове Хиос.
Кофе мы покупали в зёрнах, сами его жарили, толкли эти зёрна на мраморной доске, просеивали через сито и снова толкли в ступе. Кофемолок у нас и в помине не было. Вообще: всё, что было не монашеским, отцы не дозволяли.
У игумена не было отдельной трапезы или особых, отличающихся от остальной братии вещей, он жил как и все, жил как простой монах. Помню, тогда на трапезе часто подавали огромные кабачки, которые отличались сладковатым вкусом, и есть их было не очень-то приятно. А наш игумен, чтобы побудить отцов есть эти кабачки, во время трапезы всё нахваливал их и кричал трапезнику: „А ну-ка, принеси ещё тарелочку кабачков! Ах, какие вкусные кабачки!..“
Обычной нашей пищей были бобовые и дешёвая консервированная рыба. В Великий пост мы ели один раз в день, и весь рацион состоял из тарелки гороха и 10 грецких орехов, толчённых в меду.
У каждого из нас было тряпичное полотенце, которым мы после еды вытирали свои вилку и ложку. Вытерев, каждый клал их на полочку под столешницей на том месте, где сидел. В те времена не было бумажных салфеток и лишнего траты времени на мытьё посуды.
Отцы были очень нестяжательны. Некоторые шили одежду из мешков. Одни мыли своё тело раз в два-три месяца, другие — ещё реже, третьи— вообще никогда не мыли.
Ради аскезы отцы не разводили в келии огонь. Только в монастырской больнице была печка и ещё в притворе храма ставили жаровню с углями. Только при игумене Павле в монастырских келиях были установлены печки-буржуйки.
Когда между братьями случалось какое-то искушение или недоразумение, они клали друг другу поклон и тут же об этом забывали. А сейчас ведь как: и поклон положат, и всё равно продолжают держать друг на друга зло.
В те времена, когда на Духовном соборе монастыря отцы не соглашались между собой по какому-то вопросу, то они говорили: „Давайте оставим этот вопрос до следующего Духовного собора, а пока отслужим молебен, помолимся, чтобы Бог нас просветил“. Так отцы просили у Бога просвещения и избегали ошибок».
Нажать и купить книги преподобного Паисия Святогорца и наши другие издания