Все попытки Виктора скинуть вцепившегося в спину кота сложно было назвать успешными. От неожиданности мужчина заверещал, как девочка-подросток, и заметался по комнате. Кот болтался на его спине, словно гигантский клещ. Выслушав первую порцию отборного мата, Аксинья отважилась проскочить на кухню и умудрилась при этом два раза врезаться в дверной косяк. Шишка на лбу обещала быть знатной, но Аксинью больше беспокоил нос, из которого что-то закапало. Наконец, облапав половину стены под жуткие визги, она нащупала запропастившийся выключатель и дом озарился светом.
Выбор Аксиньи встал между ножом и скалкой. Мгновение поколебавшись, она взяла первое, а также кухонное полотенце, чтобы зажать нос. Тем временем Виктору удалось-таки извернуться и добраться до шкирки Мурзика, но кот не сдавался и подключил к обороне зубы.
— Сними с меня эту тв арь! - взмолился Виктор, неуклюже извиваясь питоном, который отужинал как минимум бегемотом.
— Стой на месте! Не двигайся!
Взъерошенная, с перекошенным лицом Аксинья выставила впереди себя подрагивающий нож и, прикрывая свободной рукой нос, пошла вокруг Виктора. По её белой полупрозрачной майке растеклись капли свежей kpoви и оттеняли видневшиеся cocки. Протрезвевшему Виктору стало по-настоящему страшно от сотворённой им картины. Мужчина определённо рассчитывал на более романтическую ночь, но всё получилось через одно место, как и вся его жизнь.
— Какого чёрта, Витька? Совсем мозги пропил?! Как ты пробрался в дом, что даже собаки не лаяли?!
— Сперва сними с меня проклятого кота!
Аксинья приставила к сальному боку Виктора нож и, повесив на плечо полотенце, погладила вздыбившуюся шерсть Мурзика. Незваный гость взвыл, так как кот от нервного напряжения запустил когти ещё глубже под его вспотевшую кожу.
— Заткнuсь, ты его нервируешь! Мурзик, мой хороший, мой умничка...
После недолгих уговоров защитник оттаял и ослабил хватку. Аксинья спустила его на пол.
— А теперь говори, как ты прошёл мимо собак?! Ты убил их?
— Каких собак? Была всего одна, большая, которая меня знает. Я ей мяса дал... А визгливого не было. Лазит, небось, где-то, как обычно. - Виктор распрямился и с опаской поглядывал на нож. - Ну, и двери на ночь закрывать надо, не знала?
Аксинья с отвращением смотрела на стоявшего перед ней мужлана с покрасневшими глазами. А ведь она чуть не вышла за него замуж! "Спасибо тому, кто оставил для меня ту "сигаретку"! Иногда полезно освободить подсознание." - подумала Аксинья и горько ухмыльнулась, представив, что мог с ней только что сделать Виктор.
— Ну и koзёл же ты. Не ожидала...
— А ты чего хотела? Опозорила меня на всю округу. "О, Господи, конечно же я не согласна выходить за него замуж! Я слишком для него хороша!" - перекривлял её, гримасничая, Виктор. - И это в Загсе! Я уже молчу, как ты с дружком перед входом лuзалась!
У Аксиньи стыдливо вспыхнули щёки. Виктор скривился:
— Да задери же ты голову, кровuща, вон, хлещет, как в фильме ужacoв! И хорошо, что мы не поженились, ты явно больная на голову, раз такое вытворяла на свадьбе. Только перед мужиками знаешь, как стыдно? - мужчина поморщился и ударил себя в гpyдь. - Все прикалываются теперь, проходу не дают! А тебе хоть бы хны, даже не извинилась.
— Прости... Я хотела. Просто всё никак... Но это не оправдывает то, что ты хотел меня изнасuловать!
— Да какое это насuлие! Скорее, одолжение! Выпил вот и решил тебя распечатать... на спор.
— На спор?!
— А что, думаешь, любой за такое дело возьмётся? У старых дев там всё это... накрепко. Ты только радовалась бы.
— Ну ты и пpuдурок!
— Кошёлка пыльная! Koбыла! Тьфу, связался же!
Виктор сплюнул прямо на пол.
— Пошёл вон, ypoд!
— С радостью!
Он хлопнул дверью, но сразу же раскрыл её опять:
— Как думаешь, он у тебя здоровый? Прививки от бешенства надо будет делать?
— Другим я бы посоветовала... Но лично тебе не стоит.
— А-ха-ха, как смешно! И это... Ты молчи, никому не рассказывай, поняла?
— Ага, щас! Жди участкового в гости!
— Ах ты ж...
Виктор опять пошёл на неё. Аксинья испуганно выставила вперёд нож. Тут мужчина заметил своего главного врага - кота. Мурзик сидел в паре шагов и внимательно наблюдал. Одним движением Виктор приблизился к нему и, занеся ногу, изо всей силы двинул не успевшее отскочить животное. Основной удар пришёлся на передние лапы. Мурзик полетел к стене...
— Убью!.. - бросилась на него Аксинья, но Виктор уже бежал по двору к калитке, запоздало облаиваемый Бароном.
Ночь. Непроглядная, тихая, если бы не...
— Барон, замолчи!
Аксинья сидела на крыльце и гладила у себя на коленях кота. Предутренние звёзды мерцали с небес. Тёплый ветерок доносился откуда-то с Волги и наполнял двор запахом тины и полевых, сонных цветов. Зелёные сливы, как серьги с чёрными камнями, освещались тусклым светом из окна. Вот и осталась она одна. Ни семьи у неё, ни детей... Только престарелый отец да верный кот со сломанной лапой. Ничего, ничего, Мурзик, вылечим твою лапку. А что же делать ей со своей жизнью? Ведь она ещё далеко не закончена. Так и жить дальше в пустоту?
Дождавшись с работы отца, Аксинья замазала тональным кремом ушиб на лбу, погрузила в машину кота и съёздила к ветеринару. Мурзику наложили гипс. Отец предлагал пристрелить неудавшегося жениха, но пыл Аксиньи поугас. Даже к участковому не хотелось обращаться.
В их посёлке была начальная школа, где Аксинья напару с Еленой Матвеевной работала учителем. Весь последний год её грозились закрыть: оптимизация, нехватка бюджета и прочая чушь... Заботливое государство всегда начинает экономию и урезания с самых низов.
В середине июля, когда стpacти по свадьбе улеглись, Аксинью вызвали в сельсовет и сказали, что школа прекращает своё существование. Девушка возвращалась домой в противоречивых чувствах. Посёлок морило от полуденной жары и Аксинья мечтала поскорее дойти до дома. Что делать дальше непонятно, но так всё надоело, так надоело... Брат Ромка опять привёз ей своих сыновей, младшему всего 2 года. Вот она уже и заместо бабки стала! И зачем ей всё это? Ну, зачем?
— Эй, Аксют! Погоди!
Димка, долговязый дружок со свадьбы. Этого ещё не хватало! Дима улыбался ей, как лучшей подруге, хотя общались они всего раза три.
— Как дела?
— Нормально, Дим. Чего-то хотел?
— Да... Я тут подумал... Может, мы погуляем как-нибудь?
— Погуляем? Как подружки, значит?
— Ну, не совсем. Я ведь человек свободный. Ты тоже...
— Димочка, миленький, шёл бы ты учить конспекты.
— Какие конспекты? Мне вообще-то 27 уже! - обиделся парень.
— А мне 37! А разница между нами, как между... большая, в общем.
— Да брось, Аксют. Ты же сама начала... Ну, на свадьбе.
— Я была не в себе. Забудь.
— Не могу! Ты покорила меня тем поцелyeм! Я словно увидел тебя впервые в жизни! Ты классная! А возраст всего лишь цифры, по тебе даже не скажешь...
Аксинья остановилась и тяжело вздохнула, словно перед ней стоял непрошибаемый ученик.
— Ничего не говори! Я знаю в чём твоя проблема! - опередил её Дмитрий,- ты просто не умеешь расслабляться. Я на свадьбе сразу понял, что ты та ещё штучка, если с тебя снять зажимы. Ведь хорошо тебя вставило, а?
Он улыбался очень хитро.
— Что ты имеешь ввиду?
В ответ Дмитрий достал из кармана спичечный коробок и потряс его. Спички не загремели, там было что-то лёгкое и сыпучее.
— Пошм алим? Ты же любишь по ходу.
Аксинья оскорблённо толкнула его в гpyдь.
— Спятил? Иди домой, мальчик!
— Ладно тебе! - умоляюще крикнул ей в спину Дмитрий, - Ты нравишься мне, правда!
— "Ты же любишь по ходу!" - повторила его слова Аксинья, не веря, что сейчас произошёл столь нелепый разговор. - Знаешь, что точно по ходу?! Иди ты в пень-колоду! И для тебя я не Аксюта, а Аксинья Сергеевна!
Не оборачиваясь, Аксинья твёрдым шагом направилась ко двору. Её походка стала вдруг уверенней, задорней, от бедpa. Она улыбалась и ощущала прилив энергии, молодости. Зайдя в дом, девушка придирчиво рассмотрела себя в зеркале.
— А, что, я ведь и правда ещё ничего. Пора отсюда сваливать и начинать жить для себя. Что скажешь, Мурзик?
В ответ котик жалобно мявкнул и поковылял к миске с кормом.