Я оказался в этом городе случайно. Мимо проезжал много раз, но выйти из электрички как-то в голову не приходило. Однако сегодня железнодорожники мне это организовали – у них ремонт путей, видите ли! Электричка пойдёт дальше только через два часа.
Делать нечего – отправился осматривать местные достопримечательности. К счастью, погода этому способствовала – начало осени, солнечно, но уже не жарко. Начал с посещения местной пиццерии. Цены, конечно, рассчитаны на туристов, но готовят вполне пристойно. Вот только с кондиционером у них что-то случилось, поэтому взял я стаканчик с чаем и отправился на свежий воздух. Напротив пиццерии в небольшом скверике обнаружился памятник Ленину – неизменный атрибут каждого райцентра, а вокруг несколько лавочек. Большинство из них занято, и только на одной сидел одинокий пожилой мужичок с фотоаппаратом.
– Вы позволите? – кивнул я на лавочку.
– Пожалуйста! – мужичок охотно подвинулся.
Осторожно отхлёбывая ещё горячий чай, я огляделся. За деревьями сквера проглядывали купола церкви. Правее белел квартал многоэтажек. Слева небольшая площадь, на которой стоит кирпичное здание позапрошлого века с триколором на крыше – видимо, местная администрация.
Сосед по лавке внимательно наблюдал за мной, и, не выдержав, поинтересовался:
– Ну и как вам наш город?
– Что, сразу заметно приезжего? – в ответ улыбнулся я.
– Конечно, – мужичок кивнул на стаканчик в моих руках. – Местные в эту пиццерию обычно не ходят – знают места подешевле. Так как вам наш город?
Я немного смутился.
– Ещё не успел оглядеть местные достопримечательности.
– Да, у нас есть на что поглядеть! – гордо заявил мужичок. – Вот, например, в этом здании, по преданиям, бывал Николай Второй.
Он кивнул на дом с триколором.
– А Владимир Ильич у вас тут не выступал? – спросил я.
Мужичок явно почувствовал иронию в моём голосе, но сдержанно ответил:
– Нет, чего не было – того не было, врать не буду.
Я глянул на часы – до электрички оставалось больше часа.
– Ну а ещё что у вас тут интересного есть?
Мужичок хитро прищурился, явно что-то задумав.
– Есть тут одна достопримечательность, о которой вам не расскажут. Но я, так уж и быть, покажу.
Меня его ирония слегка задела.
– Что же это такое секретное?
– Денежное дерево, – чуть понизив голос, ответил мужичок.
– Это на котором деньги растут? – уже неприкрыто усмехнулся я.
– Именно! – с серьёзным видом подтвердил мужичок, и только глаза у него при этом озорно блеснули. – Не верите?
Я неуверенно пожал плечами. Что это – какая-то местная легенда или развод приезжих туристов?
– Вот вижу, что не верите! – воскликнул мужичок. – А оно есть! Пойдёмте покажу, здесь недалеко.
Он вскочил с лавки, я поднялся следом. Придерживая болтающийся на груди фотоаппарат, он затрусил куда-то за спину чугунного Ильича. Сойдя с асфальта на протоптанную тропинку, мужичок поозирался по сторонам и ткнул пальцем:
– Вот оно!
Дерево, на которое он указывал, особняком стояло у тропинки и ничем не выделялось на фоне другой растительности. Чуть тронутые осенней желтизной листья ничем не напоминали купюры.
– А деньги-то где? – скептически хмыкнул я.
– Не всё сразу, – не обиделся мужичок и обошёл дерево вокруг по пожухлой траве. Я решил подыграть и второй круг вокруг волшебного дерева совершил вместе с ним.
– Сейчас, сейчас! – пробормотал мужичок, и, внимательно глядя под ноги, отправился в следующее путешествие вокруг дерева. Я последовал за ним, тоже разглядывая траву под ногами. Сделав полный круг, мужичок снова вышел на тропинку.
– И что дальше? – поинтересовался я. Мужичок оглянулся на дерево, вокруг которого мы прогуливались, и воскликнул:
– Ага, есть!
В траве на том месте, где мы только что прошли, лежала скомканная пятисотрублёвка. Мужичок поднял её, аккуратно разгладил и гордо поглядел на меня.
– Ну что, убедились?!
Я в недоумении смотрел то на купюру в его руках, то на примятую траву под деревом. Меньше минуты назад я там прошёл, внимательно глядя под ноги – на траве ничего не было! Смятую купюру я бы точно заметил. Тем более, что дерево мы обошли два раза. Мужичок продолжал гордо глядеть на меня. И тут у меня мелькнула догадка – это он сам незаметно подкинул деньги!
– Да, бывают чудеса на свете, – усмехнулся я.
Он возмущённо фыркнул и зашагал в сторону чугунного Ленина. Спина мужичка отчётливо выражала презрение ко всем приезжим, не верящим в местные чудеса.
Я шагнул следом за ним, но что-то заставило меня оглянуться. На тропинке под волшебным деревом валялась смятая бумажка. Но ещё минуту назад там ничего не было! Ветром её не могло принести – листья едва шелестели. И мужичок её не подкидывал – его спина, всё ещё выражавшая презрение и обиду, виднелась среди кустов метрах в двадцати.
Я вернулся и поднял загадочную бумажку. Сто рублей! Не может быть! В задумчивости я обошёл денежное дерево и снова вышел на тропинку. На ней валялась ещё одна бумажка – ещё сто рублей. Подняв её, я уставился на крону волшебного дерева. Мне на лицо спланировал жёлтый листок.
Следующие двадцать минут я нарезал круги вокруг дерева, то вглядываясь в траву под ногами, то поднимая взгляд на пожелтевшую листву. И даже осторожно постучал по стволу дерева ногой. Но, видимо, на сегодня урожай денег закончился.
Я выбрался из зарослей к подножию Ильича и огляделся – мужичка с фотоаппаратом нигде не было. Я ещё раз вытащил из кармана две мятые сторублёвки.
Ну и ну. Что ж, это ведь необычные купюры, и их надо использовать необычно. По дороге на вокзал я зашёл в торговый центр и на эти деньги купил сувенир – стеклянную пирамидку в красной коробочке.
Железнодорожники не обманули – электричка уже стояла у платформы. На этом мои приключения закончились.
Когда я сейчас вспоминаю этот случай, то думаю – а может, мне всё это привиделось? Вроде пива к пицце я тогда не брал, но сама пицца была с грибами.
Но беру красную коробочку, стоящую у меня на столе под монитором, и достаю из неё стеклянную пирамидку – нет, это всё было на самом деле.
--
Автор рассказа: Дмитрий Леонов
---
Любимая бомжиха
Настя вышла замуж по любви. И всю жизнь прожила в любви. Такое сейчас редко случается, чтобы всю жизнь и по любви. Говорят, лучше соединять не сердца, а мозги. Говорят, браки, заключённые по воле родителей, самые крепкие. Родители дурного детям не посоветуют. Они-то знают: любовь любовью, а кушать хочется всегда. И детей кормить чем-то надо. И диван надо купить, и шкаф. А дальше – пошло-поехало. Пара наживает имущество, чтобы потом передать его по наследству. И если те, которым предназначено нажитое, слушают и почитают старших, то будут благоденствовать и жить в достатке.
Настя не послушалась ни мать, ни отца. Настя влюбилась в своего Григория, как сумасшедшая кошка. Однажды увидела его по дороге в техникум: высокий силуэт в коротенькой курточке и голубых джинсах, красивый мужской силуэт, очень мужественный, перевёрнутым треугольником. Сквозь пелену дождя сложно было увидеть черты лица и цвет глаз, но Настя вдруг почувствовала тягу к этому человеку. Она ужасно тогда покраснела и обрадовалась, что дождь лил, как из ведра.
Парень тоже на неё посмотрел. Может быть, она ему первому понравилась. А может, ему просто стало жалко Настю, всю промокшую до нитки. Он вдруг скинул с себя модную курточку и поднял ее над Настей. И так они добежали до Настиного техникума. Парень довел ее до самых дверей. Настя сказала, что у него классная куртка. Модная, и вообще. А хозяин куртки просто оставил ее Насте. И убежал в дождь в одной футболке.
Потом она не знала, куда эту куртку деть – в помещении в ней ходить было неудобно, но и пакета, чтобы упаковать в него вещь, не было. Настя плюнула и проходила в ней весь учебный день. Хорошо выделанная кожа приятно пахла, а дорогая тканевая подкладка благоухала чудным ароматом одеколона с нотками табака и морского бриза. Хотя Настя понятия не имела, как пахнет морской бриз.
Родители ее были простыми работягами и морю предпочитали шесть соток, засаженные картошкой, морковкой и сливовыми деревцами. Настя послушно полола картошку и морковку и не скучала по морю. Она его никогда не видела.
А тут чувствует – морской бриз.
После занятий Настя увидела его на пороге техникума. Дождь давно закончился, ярко светило солнце. И она как следует, разглядела незнакомца. Он был очень симпатичный, да не в этом дело. Дело в том, что он пришел к ней. К ней, а не за курткой. Он даже не вспомнил о куртке, пока они гуляли весь вечер. Они говорили, говорили о чем-то, а на душе Насти было спокойно, какое-то умиротворение, что ли. Так бывает, когда сделано большое дело. Или когда вернулся домой. Радость и покой. Наверное, чувствовать его рядом, разговаривать с ним, было настоящим счастьем.
Гришка был первым и единственным в жизни Насти. И так тоже бывает. Нет, они свадьбы не дождались, не вытерпели вынужденного целомудрия. Настя сама так решила. И после всего, когда он рассмеялся, сказав: «Теперь, я как честный человек, обязан…», Настя даже не сомневалась, что так и будет. Потому что, Гриша всегда делал, что обещал. Видимо, он просто никогда не обещал того, чего сделать не смог или не хотел… Она ему верила.
Свадьба была веселой и демократичной. Родители Григория оказались обеспеченными людьми, но их нисколько не смутило пролетарское происхождение папы и мамы Насти. Да, СССР закатывался уже в историю, грянули новые времена, подмяв под себя эпоху равенства и братства, но отец и мать Григория, никогда не страдавшие предрассудками, были милыми людьми. Для них имело значение лишь одно – чтобы Настя любила Гришу. Остальное все приложится.