Костлявая лапа сомнений в собственной исключительности настигла меня через год после окончания музыкального училища. Судьба"подарила мне шанс" поработать во Дворце Культуры руководителем хорового кружка.
Однажды пришлось мне готовить к концертному выступлению двух теноров. Большие любители академического пения, два таких фактурных мужика, в возрасте. Один работал стоматологом, второй – кадровый военный в отставке. Пели мы, в основном, советскую массовую песню, и тенора в свободное от дуэта, время, похвально тащили мужские партии в маленьком самодеятельном хоре. Собственно, их шутки-прибаутки обеспечивали высокую явку на репетиции хора основного состава: дам за-бальзаковского возраста. За это я была тенорам благодарна: они, сами того не зная, помогали мне, как сейчас говорят, сохранять контингент.
Поэтому, когда они обратились ко мне с идеей выступить дуэтом, я решила, что это хорошая идея, и мы вступили на скользкий путь подготовки самодеятельного концерта.
Среди необширного репертуара, которым предполагалось повергнуть в изумление почтеннейшую публику, были два известных романса: «Нелюдимо наше море» К. Вильбоа и «Белеет парус одинокий» А. Варламова.
Наступил ответственный день, в зале стала собираться зрители, за кулисами – артисты, теноров пришлось силой вернуть из буфета в гримерку. И все было хорошо, пока нам не принесли концертмейстера.
Мы предприняли несколько попыток вернуть его из страны синего тумана в ответственную действительность, но, сколько его сажали на стул к инструменту, столько раз он валился с него на пол, громко стукая о сценические подмостки своими различными костями.
Стало ясно, что аккомпанировать тенорам сегодня придется мне, потому что «люди готовились, публика не виновата, а эта сволочь, когда проспится, будет уволена и т.д»
Дали занавес, зал дал аплодисменты, я дала первые аккорды вступления, и переволновавшиеся тенора во все свои легкие дали первую строчку романса. Правда, каждый – своего: один вдохновенно изрек «Нелюдимо наше море!», второй(не менее вдохновенно) – «Белеет парус одинокий»… Начало было положено. Во всех смыслах…
В принципе, концерт удался. Тенора как могли, пели, шутили и совершенно покорили зал, особо впечатлительные дамы дарили им цветочки… А я изо всех сил пыталась что-то сыграть, на ходу вспоминая тональности, вступления, проигрыши, агогику, динамику… И своего преподавателя по аккомпанементу, который во время моего студенчества был со мной недостаточно строг!
После концерта, когда я пробиралась подальше от ехидной критики, мне попалась какая то бабуся, которая сочувственно погладила меня по руке:
- Ничего, миленькая, попробуй поступить в музыкальное училище. Ежели возьмут, когда-нибудь непременно выучишься!