На гребне октября
На марафоне я чувствовал себя неуютно. Агенты, работающие со мной, выбились из сил, а прошло всего-то два дня. Горы отчётов по каждому присланному произведению отсылались в агентство. Разнообразие предполагаемых вариантов зашкаливало, но каждый нужно было проверить. Если что-то пропустим, то никогда не узнаем, кто среди поэтов выйдет на связь с Рене или Каман. Большой потерей стало отсутствие связи с Малютиным, позывной Критик. Ничего не объясняла даже его последняя шифровка: «Автору не писалось…, совсем не писалось. Вдохновение улетело куда-то…» Естественно, теперь всё приходилось делать самому. От шквала информации разум готов был взорваться на миллионы рифмованных четверостиший. Каким-то чудом мне удалось внедриться в КРД, не поэтом, конечно, а автором абсурдной прозы. Третий день стал ещё тем испытанием. Я пытался писать акроминиатюру. Беспрецедентный поступок с моей стороны. Работа оказалась сложная, требующая внимательности. Я справился, надеюсь.
Шёл второй день марафона. Ломов и шифровальщики.
— Шеф, мы закончили анализ поступившей информации, — едва войдя в кабинет, заявил Ломов.
— Ёшкин кот, докладывай скорее.
— Ловко стихоплёты пытались сбить нас со следа, но мы…
— Вы молодцы, давай ближе к делу.
— Так-то да, шеф, однако бухгалтерия требует ваш автограф под расходами.
— Охренели они там что ли? Не отвечай, позже разберёмся, рассказывай что выяснили.
— Раскрыли агента Лучика и его мать.
— Отлично, давай подробности.
— Йако.
— Да, я знаю, что это слово означает вымышленное существо и что?
— Едва мне попалась на глаза фраза: «Стая воробьёв подхватила малыша и понесла куда указала Ворона, туда, где закат, прекрасно понимая, кто такой этот Лучик и кто его мама», я понял всё. Нужно было воспроизвести сцену. Мягкий знак им в глотку, меня на ямбе с хореем не подловишь. Мы купили ворону и воробьёв, малыша в аренду взяли, но ничего не вышло. Абсурдно, но ворона молчит, никуда не указывает, воробьи пыжатся, но малыша подхватить не могут. Решили докупить воробьёв. Академиков привлекли из НИИ. Финита ля комедия, ни адреса Лучика, ни тем более его родни, ничего узнать не удалось. Однако первая неудача меня не сломила. Находкой стало предложение: «Тихо всплакнёт одинокая ива возле тюремной стены — ей бы кусочек луны высмотреть неторопливо». Ансамбль букв и их количество меня не смутил…
— Ломов такие шифровки на раз ломает, да! — ухмыльнулся шеф.
— Отыскать ту самую стену и иву труда не составило, — продолжил Ломов, не замечая сарказма руководителя. Мы облака разогнали, чтоб луну лучше было видно, математически рассчитали какой её кусочек нужно созерцать, а вот кому смотреть не нашли. Обидно. Влюблённых всех перебрали, всех милых — тупик. И тут меня осенил. Шевельнув мозгом…
— И-го-го! — воскликнул, вскакивая шеф. — Фразу новую нарыл, да?
— Рано хороните меня шеф, — произнёс Ломов. — Отчёт уже в министерстве. Вам со мной дружить нужно, а иначе…
— А давай прежде дослушаем твой доклад, — усаживаясь в кресло, ответил глухо шеф.
— Ладно, — ответил Ломов. — Фраза «Хочешь рассмешить Бога?» в агентстве вызвала панику, а что если ОН реально за наших противников. Щадить, если таковой заговор действительно состоялся, нас не станут. Искать пришлось седовласого, а найдя разговор вести по душам, он такое любит, в общем, оказалось Фантастика виноват. Конечно же, мы его найдём, компов докупил, программы новые установим, но найдём, дело времени.
— И это всё? — поинтересовался шеф.
— Точка в деле, босс, и поставил её я.
Конечно, шеф сразу же позвонил мне. Очень красочно описал разговор с замом. «Никого Ломов не найдёт, частички фантастики у всех участников марафона в душе» — успокоил я руководителя. Ещё, попросил записать следующую фразу: «Там, где закатывают губы, я нихачу нахадитца». Цель определилась, агент Таниука, чётко заявила: «Я иду!» И это важно, так как Ломов сей факт пропустил. Своим промахом он подставил под удар агентов Джавдета и Саида, те не выдержав морального давления куплетов Рене, слились с марафона. Так что теперь у шефа на руках есть козырь и не один. Очень сомневаюсь, что Ломову простят потерю других опытных агентов, о чём сообщил внедрённый в КРД агент. Разобраться, правда, сразу не смогли, информацию нужно было забрать в определённом месте, которое сразу не нашли. Изначально выходило что бесконечность — это Космос. И мы отправили на поиски пару-тройку космолётов к ледяным планетам, искали закат меж мирами, до солнца долетели, вернувшись, колодцы рыли, даже в бездну спускались, а в итоге нужно было под вербой искать, что у главного офиса росла. В общем, спеклись агенты Кайманов (Кай) и Гера (Герда).