Я подошла к машине, и кинула все на сиденье, и со слезами на глазах спросила Витьку:"И что я теперь с этим должна делать?". Витьку разбило от смеха. Он убрал колбасу и деньги на полку позади сидений и сказал:"Садись". Я села, но никак и ни за что не хотела понимать, откуда взялось это богатство, и что с этим делать. Удивительная вещь, человеческая психика, вот воровать, это нормально, котлеты через проходную в протезе таскать, тоже хорошо. А вот если колбасу тебе официально в руки вручили, да ещё и денег дали, так это не понятно, и начинается истерика.
Витька подождал пока я успокоюсь, пересчитал деньги, поделил их пополам, одну часть взял себе , другую дал мне. Достал ножик и разрезал колбасу на две одинаковых части, себе и мне. Потом объяснил, что все в нашем деле делится пополам потому что водитель отвечает за сохранность мясопродуктов в машине а экспедитор за финансовую часть. А если ездишь постоянно с одним водителем, то и недостачи делятся. Я потихоньку успокаивалась. Вообще, Виктор был одним из тех водителей, с которым было надёжно и спокойно.
Далее он сказал, что колбасу надо увезти домой, потому что нельзя заезжать на мясуху с другим весом, ведь машину с утра уже завесили. Хорошо, что мы жили в центре города, и заезд по домам занял не более получаса. В то голодное время полпалки колбасы были таким богатством, что моя мама взяв её в руки , даже спрашивать не стала, откуда это, просто побежала прятать её в холодильник, чтобы мои родственники не съели её за один раз. Я , глядя на маму тоже была счастлива.
На мясокомбинат мы вернулись часов в шесть. Наталья проверила документы, которые я привезла, похвалила меня и конечно поблагодарила за то, что я помогла ей в патовой ситуации. А меня не надо было благодарить, я и так была счастлива, от денег, от колбасы, от того, что у меня все получилось. В кармане у меня лежала целых двадцать семь рублей! А получка моя была 90! За один день , просто за три часа, мне на голову упала одна четвёртая часть получки! Я даже мечтать об этом не могла! Вот в таком счастливом настроении, я пошла дорабатывать, писать свои отчёты.
Все у меня сложилось и получилось махом. Отчёты сошлись. И я пошла закрывать склады. Я стояла на пороге склада и думала, а нужно ли мне сегодня что нибудь? Ведь у меня была сегодня колбаса, целых полтора килограмма! Но тут я вспомнила, что завтра мне не грозит работа экспедитора, это было просто случаем, и пошла выбирать что нибудь поинтереснее. И , о боги, на глаза попались языки, сегодня воистину был мой день! Мне было странно одно, и тогда и сейчас, как покрывались недостачи на том предприятии? Ведь воровали все, не только я.
На следующий день я работала без особого энтузиазма, вчерашний опыт не давал покоя. Экспедиторов по прежнему не хватало, но такой засады, как вчера, не было. Вечером к нам в каморку пришли начальник отдела сбыта и наша начальница, и как будто специально для меня, повели разговор об экспедиторах. За два дня уволили четверых, экспедиторов всегда было за что увольнять, но об.этом я узнаю позже. Так вот, если так дело пойдёт дальше, то на следующей неделе некому будет работать. Я писала циферки и слушала, мой мозг кипел. Я хотела работать экспедитором!