Известный факт, что Византия была завоевана турками. И нынешний Стамбул – это православный тогдашний Константинополь. У России одно время были планы вернуть всё на круги своя. И даже больше. Раз Москва стала Третьим Римом, то планировалось отвоевать Царьград и сделать Черное море внутренним – российским, как однажды оно стало турецким. Именно при Мехмеде Втором Фатихе. Последнее из имен означает «Завоеватель». Именно таким и был наш Мехмед.
Он рано взошел на престол, сменив Мурада Второго – своего отца. По слухам, тот, несмотря на то что был мусульманином, увлекался алкоголем. Это и сыграло с ним плохую шутку. Собственно, Мурад из-за этого влечения и ушел в мир иной. А Мехмед был не таким. Но только сначала. Прошло время, и он стал напоминать своего отца. Впрочем, я забегаю вперед.
Амбициозный молодой человек
26-летнего Мехмеда подробно описывал венецианец Лангуси. Он охарактеризовал нашего героя как человека скорее высокого, чем среднего роста, подтянутого, с орлиным носом, с большими, но подозревающими всех и вся глазами. Похоже, Мехмед идеально подходил на роль восточного правителя. Только осману этого было мало. У него в голове однажды родились амбициозные планы. И он захотел их воплотить в жизнь.
Осада и взятие Константинополя
Это очень долгая и интересная история, о которой хорошо бы рассказать в отдельной статье. У нас здесь совсем другая тема. А для Мехмеда взятие Византии хоть и было важной историей, но не единственной в жизни.
Царьград был обречен. У Мехмеда было 160 тыс. человек. А у Византии, от силы, 6 – 7 тыс. и это с добровольцами.
Константин Шестой спешно пытался заручиться поддержкой хоть кого-нибудь в Европе. Он готов был отдать часть своих земель в обмен на помощь испанцев и венгров. Какие-то договоренности вроде бы были достигнуты. Но на помощь так никто и не пришел. Подсобить Константину прибыли малочисленные отряды венецианцев и генуэзцев. Этого было мало.
Единственное, что спасло Византию от быстрого разграбления – это осадное положение. Как известно, обороняться всегда легче. Византийцы держались. Мехмед не принимал активных действий, пытался выманить осажденных из города. Ничего не выходило.
Нужно отметить еще, что византийцы были сильнее на море. Их большие корабли легко справлялись с шустрыми, но мелкими суденышками турков.
В конце концов Мехмеду всё надоело. Он приказал штурмовать город. Всё получилось по задуманному лидеру турков плану.
Константина, кстати, в его городе-тезке не нашли. По одной из версий, он пал на улицах Царьграда. Возможно, что пытался скрыться, переоделся в простолюдина и нарвался на горячих турков. Может быть, правителю все же удалось бежать. Сейчас уже ничего нельзя сказать по этому поводу.
Известно, что Мехмед смог взять город. Все православные вещи из него были выброшены. А Святая София стала мечетью.
Дальнейшие завоевания
Мехмед Фатих не собирался останавливаться на этом. Он прошелся по Балканам, по Восточной Европе, покорил Грецию. В Крыму он тоже навел шороха. После этого Черное море стало полностью турецким.
Любопытно, что некоторые византийцы – из знати, даже не пытались противостоять турку. Они сдавались на милость победителю и принимали ислам. Вот так просто.
На самом деле, есть в этом одна уловка. Известно, что мусульмане с единоверцами всегда были обходительны. Поэтому принятие ислама было спасением.
Жизнь покорителя народов
После того, как Мехмед завоевал множество разных земель, он успокоился, обосновался в своем дворце и встречался чаще с наложницами, чем с представителями своего народа. Можно сказать даже больше, султан стыдился показываться на людях. Дело в том, что он раздобрел, стал полным, увлекся алкоголем, цвет лица его стал желтым. Обо всем этом писал кто-то из его приближенных.
Что касается алкоголя, то это, конечно, удивительно. Мусульманин не должен был увлекаться этим веществом, пробовать его, в принципе. Как говорил сын Мехмеда Баязид: «Отец сам себе царь». Это значит ровно то, что Мехмед не верил в Аллаха, но, будучи главой мусульманского государства, чтил обряды.
Знаменитого турка не стало в одном из походов, но вот о причине его смерти мнения разняться. Ему тогда было 49 лет. Учитывая особенности жизненного ритма – почтенный возраст.
Интересно получилось с наследниками. Мехмед не оставлял завещания. Но заблаговременно распорядился, чтобы трон занял тот, кто устранит всех конкурентов.
Это звучит по-варварски. Если же посмотреть с другого ракурса, то закон был довольно разумным. Если нет других претендентов на престол, значит, нет и опасности переворотов. Смута же никому не нужна.