Евгения Трошина
Из цикла рассказов «Милосердные сестры»
«В интернете — ваше объявление: нужна кровь для спасения больной женщины. Куда можно подъехать, чтобы сдать?» — взволнованный мужской голос в телефонной трубке. Переадресовала его к нашей Юлии, у которой мама в больнице. Он перезвонил, они встретились — и остались навсегда вместе.
А до этого, года за три, Юля пришла к нам на курсы сестер милосердия и спустя некоторое время сказала: «Вы стали смыслом моей жизни, это — то, чего требует моя душа. Но что мне делать? Я с красным дипломом окончила институт, и теперь мои родители не могут смириться с тем, что я пойду работать простой сиделкой и стану выносить из-под больных судно. Они хотят, чтобы я занималась карьерой и завоевывала достойное место в обществе. А мне в этом году исполнится тридцать три. Христов возраст. Я бы хотела посвятить себя милосердному служению людям, но не могу оставить родителей. Как мне поступить?» — спрашивала она. «Тебя уже позвал за Собой Господь, Он смотрит на твое сердце. Что в нем таинственно совершается теперь? Доверься Богу, и пусть исполнится Его святая воля. А Сестричеству ты будешь нужна во всякое время», — делилась я с Юлей своими мыслями.
За несколько дней до смерти Юлина мама благословила ее работать сестрой милосердия. Она сказала: «Меня скоро не станет. Я бы не хотела, чтобы ты жила одна. Тебе нужна будет семья, дети. Надо выходить замуж. В остальном — поступай, как велит тебе твое сердце». Рядом с Юлей стоял Георгий.
Юля уволилась с престижной работы, принесла свою трудовую книжку в Сестричество и стала незаменимой его сотрудницей. «Я хотела бы научиться молитве», — сказала она. И Бог поручил ей заботу о протопресвитере Виталии Боровом и его престарелой матушке, потом — о протоиерее Герасиме, о схимонахине Калерии, о схимонахине Серафиме...
Юлино лицо всегда отличалось безоблачностью. Только иногда тень пробежит по нему и исчезнет. Строгие, проницательные и очень умные глаза в сочетании с беззащитной и ласковой, открытой целому миру улыбкой.
Однажды утром я позвонила Юле: «Сегодня видела тебя во сне. Ты усердно молилась в каком-то сельском храме…» — «Да, мы с Георгием действительно были далеко от Москвы, ездили к старцу, всю ночь провели в храме, молились и получили благословение заключить брак и взять себе на усыновление детей-сирот, чтобы создать свой Дом ребенка. Мой отец очень рад, что у меня будут дети и что желание моей покойной матери исполнится», — поведала она.
Влюбленные не гуляли ночами под луной по аллеям парка, не встречали рассветы под пение соловья. Была скромная свадьба, тяжелая беременность и… внутриутробный диагноз: у малыша опухоль, необходима операция сразу после родов. И была молитва, когда мы все учились просить Бога о спасении матери и ее ребенка. И была радость о том, что Господь помиловал мальчика и он выздоровел…
Я всегда понимала, как важно присутствие Юли в Сестричестве, ее пример совершенного бескорыстия и жертвенности. Был случай, она позвонила мне ночью: «Я сейчас в метро. Встретила девочку-подростка, она поссорилась с родителями, ушла из дома, и ее какие-то парни тянут за руки. Здесь компания человек семь, явно выпившие или под действием наркотиков. Я не отдаю. Куда, в какой храм ее можно отвезти сейчас?..»
Мне казалось, что Иулии суждено стать невестой Христовой и пойти по узкой и тесной дороге монашества. Мне легко было думать об этом. Как-то мы вместе поехали в морг, чтобы обмыть и облачить усопшую. На удивление нам, после смерти она преобразилась практически до неузнаваемости: ее лицо очень похорошело, стало светлым и улыбающимся. И это так контрастировало с ужасающим видом окружающих мертвецов, что было ясно: перед нами угодница Божия. Но Юля вдруг опечалилась и вздохнула: «Как же ей не к лицу этот мрачный платок!» Она сняла со своей головы белоснежный нарядный платочек и надела его на усопшую, отложив в сторону прежний, темненький: «Счастливая! Она рождается в жизнь бесконечную и скоро предстанет пред Господом, будет с Ним. Пусть и за меня, грешную, замолвит словечко!..»
Если на Небесах кто-то молится о нас, то здесь, на земле, мы знаем об этом. Так и наша — всех, пребывающих на земле — молитва необходима усопшим. С каждым годом жизни наше молитвенное общение становится всё теснее, всё понятнее сердцу.