Юля подошла к нему сама и нервно спросила:
- Слушай, мне это надоело. Зачем ты меня преследуешь?
- Я? - он сделал удивлённое лицо.
- Ты.
- Но это же ты ко мне сейчас подошла, - улыбнулся он, - а не я к тебе.
- Я подошла, потому что вижу, как ты за мной уже целый месяц волочишься. Зачем?
- Имею право. Я же разговорами тебя не беспокою, на нервы твои не действую.
- Действуешь.
- Чем?
- Тем, что постоянно попадаешься мне на глаза.
- Ясно. У тебя сегодня плохое настроение?
- Не твое дело.
- Конечно, не моё. Но все равно, меня это беспокоит.
- Тебя? – ей захотелось наговорить ему чего-нибудь такого, очень неприятного. – Кто ты такой, чтобы за меня беспокоиться?
- Я? – он пожал плечами, подыскивая подходящий ответ. - Я твой любимый в запасе.
- В каком ещё запасе?
- Ты что, забыла наш последний разговор?
- О, господи... Вспомнил, тоже. Всё. Хватит за мной ходить. У нас с тобой ничего больше нет, и считай, что и не было. Из вас двоих я давно уже выбрала Юру. Ты же всё знаешь.
- Знаю. - Он покорно кивнул. – Когда у вас свадьба?
- Какое твое дело? – Опять сказала она. Теперь ей захотелось его ударить, так он её раздражал своей покорностью.
- Ты что, с ним поругалась? – спросил он.
- Ещё раз говорю, не твое дело!
- Ладно, - он был как всегда миролюбив. - Но знай, если что, у тебя есть я.
Она промолчала, и с презрением посмотрела на него.
- Ты, что, все ещё надеешься, что я когда-нибудь брошу Юру ради тебя?
- Надеюсь. Но даже, если я надеюсь впустую, знай, если нужна будет помощь...
- Всё, хватит!
Она резко развернулась и пошла по тротуару, звонко цокая каблуками.
А он остался там, где и стоял.
Через пять минут Юля подходила к кафе, где её ждал жених.
- Привет, - радостно кивнул он. - Садись, я заказал пиццу. Как, дела с мамой?
- Плохо, Юра, плохо.
- Что значит - плохо?
- С мамой всё очень плохо. Боюсь, что нашу свадьбу придется на время отложить.
- Почему? - насторожился он.
- Сегодня мне сказали врачи, что маме грозит серьёзная операция. очень серьёзная. Понимаешь? Потом будет долгий восстановительный период. И я должна быть рядом с ней.
- Ясно, - недовольно протянул он. - Значит, ты выбираешь свою мамочку?
- Ты чего, с ума сошел? - замерла она. - Что ты такое говоришь?
- Почему я? Это ты с ума сошла. Я думаю, на несколько дней ты могла бы вырваться, если бы хотела. Сыграем свадьбу, и потом сиди с мамой сколько хочешь. Я же не запрещаю
- Ты не понимаешь, Юра. Дело не только в этом...
- А в чем ещё? - спросил он, недовольно сморщив лицо.
- Операция будет платная. Мне посоветовали отвезти её в Германию. Но для этого нужно срочно найти два миллиона. Я хотела у тебя попросить, чтобы ты взял кредит.
- Попросить меня? - он вытаращил глаза. - Почему это меня?
- На мое имя быстро столько не дадут. У меня маленькая зарплата. Ну, сам понимаешь... Обещаю, я потом деньги тебе все верну.
- Вернёшь? - он противно засмеялся. - Ты думаешь, я в это поверю? Мы же с тобой будем уже муж и жена. Хочешь, чтобы я за твою мамочку расплачивался?
Юля не верила своим ушам. А Юра, как будто не понимая её чувств, смотрел на неё таким взглядом, что она медленно встала, и ни слова ни говоря, медленно пошла к двери.
Она ещё надеялась, что он её окликнет, скажет, что пошутил, но не дождалась.
Слезы душили.
Юля сидела на скамейке какого-то парка, и не знала, что предпринимать?
В больнице угасала её мама, а она, дочь, не могла помешать этому угасанию.
- Все-таки, что-то случилось? – Сзади раздался опять голос "любимого в запасе". - Давай, быстро рассказывай, коротко и по делу. Что нужно сделать, чтобы ты перестала реветь.
- Мне нужно два миллиона. Рублей… - через паузу, глухо сказала она, боясь поворачиваться.
- На что? - спросил он с еле уловимой усмешкой. - Надеюсь, не на свадьбу с твоим Юрой?
- А тебе не все равно? – нервно спросила она.
- На что угодно, только не на это.
- На другое. На очень важное. Очень-очень...
- Два миллиона… - повторил он задумчиво. – Когда нужно?
- Завтра.
- Даже так… – он опять сделал паузу. - Хорошо. Завтра в девять утра жду тебя здесь же. Я приду с деньгами.
- Где ты их возьмешь? – Юля, почему-то, испугалась.
- Тебе не все равно?
- Конечно, нет. - Она очень хотела обернуться и посмотреть ему в глаза , но боялась. - Для тебя это же огромные деньги.
- Я займу. У меня много друзей.
И она, всё-таки, обернулась.
- Ты с ума сошел? - Юле стало страшно за него. - Не спрашивая зачем, ты готов занять для чужого человека такие деньги. А вдруг я их тебе никогда не отдам?
- Во-первых, ты мне не чужая. - Он легонько щелкнул её по мокрому носу. - Во-вторых, я и не жду, что ты эти деньги отдашь. А в третьих... До завтра осталось не так много времени. Я должен спешить. Так что, завтра, ровно в девять. Утра. Смотри, не перепутай.
Он, не прощаясь, быстро ушёл.
А она опять разревелась. Но вместе со страшной обидой на своего бывшего жениха, в её плачущем сердце рождалось какое-то лёгкое, светлое чувство... Чувство, что мама обязательно будет жить. И всё в жизни Юли будет хорошо...