Посвящается Елене Шаура
Если бы я был девочкой Леной из Хвалынска…
Если бы я был Леной, у которой есть брат-близнец, друг по играм, Леной, в которую влюбляются мальчики с самого детства, с нежными поцелуями в летнем лагере…
Если бы в меня на каникулах влюбился мальчик Саша Агранат из славного города Санкт-Петербурга — и окружил своим вниманием: как паучок — муху, оплёл мягкими и тонкими, эластичными словами культурного мальчика. Он показывал мне свои поделки: шкатулки и домики, которые он строил из ракушек. Гулял со мной часами, даже не взявшись за руку — и не предлагая поцеловаться…
Он собирал камешки, складывал их в свои шкатулки. Одну шкатулку он подарил мне — и я туда складывала свои сокровища.
Я прикипела к нему всей душой и хотела бы этих прогулок, мучительно ждала его первого поцелуя, первого шага навстречу мне, — а ему завидовала местная шпана, мои дружки по разбойному детству.
Они смеялись над его невинными прогулками, а он никогда не хотел примкнуть к нашей команде.
И вот они вынесли страшный вердикт: мне надо расстаться с Агранатом!
Или — или, я должна выбрать: он или они!
Возглавлял шпану мой брат, мой близнец, человек одной крови и силы со мной, и разорвать с ним отношения я никак не могла.
Я не могла пойти против брата, против команды, против своей разбойной шайки, против Хвалынска, — и осознав это, я плакала всю ночь.
Брат говорил мне:
— Пойми, Лена, ты для него никто, он из Питера, зазнайка — он с нами не хочет дружить, а тебя даже ни разу не поцеловал (шпана наблюдала за нашими прогулками).
Мне был поставлен ультиматум, для меня был уже составлен план: нам надо было взобраться на гору, на местный Синай, возвышающийся среди кустов и состоящий из гравия — и здесь я должна была вонзить в сердце Аграната кинжал своих слов:
— Нам надо расстаться, мы не можем больше встречаться…
Шпана должна была сидеть с кустах и наблюдать наше расставание, они хотели превратить мою личную боль в спектакль, они хотели видеть драму двух сердец, падение Аграната!
Утром, во время прогулки мы должны были взойти с Агранатом, юным человеком из других земель и стран, взойти на гору — и здесь я должна была сказать ему самые страшные слова, вонзить в сердце кинжал.
Всё так и было.
Мы стояли на вершине горы, я потянулась к нему и взяла за руку.
Я смотрела на него во все глаза, мне было больно — и интересно, что почувствует он, когда я произнесу эти ужасные слова: «мы не будем больше встречаться!»
Ведь для него это должно быть неожиданностью — считай, на ровном месте, когда ничего не предвещало расставания…
На горе Синай, на вершине горы из гравия на него сошло откровение:
— Мы не будем больше встречаться, ты — камень из Питера, а я — волна из Хвалынска — пролепетала я, глядя в глаза Аграната — и отпустила его руку… Успев заметить сузившиеся зрачки глаз, я отвернулась и, не глядя под ноги, понеслась вниз по склону, споткнулась — и полетела кубарем, поранила локти, разбила коленки, расквасила нос — я упала у подножья горы из гравия, я вся истекала кровью.
Родная шпана окружила меня, подняла и понесла на руках домой, как героиню Хвалынска.
Да, если бы я был девочкой Леной, у меня была бы до сих пор отметка — шрам на колене.
Любовь не проходит бесследно.
Первая публикация — журнал «Литературные знакомства» https://litznak.org/