Фильм «Служебный роман» режиссера Э. Рязанова, 1977 год киностудия «Мосфильм».
В роли Ольги Петровны Рыжовой Светлана Немоляева, Юрий Григорьевич Самохвалов - Олег Басилашвили.
Если и была у Ольги Петровны любовь к Самохвалову, то в студенческие годы, когда она целовалась с ним в Кунцево. Получилось так, что у бывшей студентки Оли эти поцелуи стали самым светлым воспоминанием в жизни.
Вроде бы все хорошо у женщины - имеется муж, семья, квартира в ближнем Подмосковье. Семья есть, а любви нет, так случается иногда. Может быть была когда-то, а потом потерялась, а может и не было ее совсем.
Оля вышла замуж за неплохого человека, хотела быть не хуже других, но полюбить мужа, наверное, так и не смогла. Ольга Петровна не собиралась изменять ему. Не это было ее целью, точнее, цели вообще никакой не было.
Труженица отдела легкой промышленности пребывала в томлении, подобно Татьяне Лариной только с опозданием лет на двадцать пять. Ее душа тоже ждала кого-нибудь.
Герой появился в виде вернувшегося из Швейцарии Юрочки Самохвалова. Прежнее чувство, как говорится в любовных романах, вспыхнуло в груди героини с новой силой.
Женщина хотела любви, светлой, чистой, ей надо было говорить с кем-то о своем чувстве, может быть съездить еще раз в Кунцево. Полагаю, что до физической измены дело бы не дошло.
До этого места все выглядело довольно невинно. Ходила бы себе дама и вздыхала, но ей взбрело в голову писать любовные письма Самохвалову. Этого делать не стоило, то есть можно было писать в стол и далее фантазировать сколько угодно.
Ларина после первого послания услышала ответ Онегина и поняла, что дальше упражняться в эпистолярном жанре не стоит. Ольга Петровна не услышала и не поняла. Позже будет ходить с видом оскорбленной добродетели.
По ее мнению назойливо приставать к женатому человеку, который сто раз дал понять, что не желает с ней встречаться вне службы, очень даже нормально, разрушать чужую семью тоже вполне невинно. Она же любит, а значит, «трава не расти».
Разумеется Самохвалов не должен был давать читать ее письма даме из месткома, это излишество нехорошее. Но Юрий Григорьевич таков, каков есть. Лучше бы рявкнул: «Ты с ума сошла?»
Самохвалов был обескуражен - слова на Оленьку не действуют, она упрямо продолжает строчить послания и передавать их через секретаря.
Рыжова не остановилась даже когда поняла что над ней все смеются. Тут уже не великая любовь не знала преград, а великая дурость.
Самохвалов действовал сгоряча, ему следовало иносказательно посоветоваться с кем-то, с той же Калугиной, или Новосельцевым, а не передавать письмо Шурочке.
На месте Калугиной я ополчилась бы на Ольгу Петровну, которая совсем стыд потеряла. Но руководитель сама пребывала в состоянии влюбленности, ей было не до чужих семей.
Верочке, преподобной секретарше, вообще молчать следовало. Именно она первая прочла письмо Рыжовой и растрезвонила о нем, и она же смеет обвинять Самохвалова, сама то чем лучше его?
Тот хоть за семью боролся, а Веру вообще следовало уволить за такие вещи.
В этой истории некрасиво повели себя все действующие лица.
С Рыжовой все понятно, ее танком не остановишь. Но рядом был Новосельцев, он почему ее вовремя не поставил на место?
Самохвалов сначала увещевал влюбленную даму, потом совершил дикий поступок, обнародовал ее письма, хотя все и так все знали благодаря Вере.
Калугина, если уж справедливо считает поступок Самохвалова низостью, почему одобряет Ольгу? Если бы к ней явилась супруга Самохвалова, ей тоже посоветовала бы вооружиться тактом и терпением и дождаться когда ценный сотрудник Рыжова оставит в покое ее мужа?
Анатолий Ефремович, друг Ольги, все видел и молчал. Выглядеть героем в глазах любимой женщины он сумел, а поговорить по-дружески с Ольгой у него ума не хватило. Все хороши в этой некрасивой истории.
Рыжова вместо того чтобы уволиться, страдает не о своей глупости, а о том что ее герой оказался не тем, о ком она вздыхала. Интересно, что было бы, если бы Самохвалов продолжал молчать?