"А между нами снег" 120 / 119 / 1
Мариам вдруг засмеялась истерическими смехом. Али побелел.
Родион Орловский недоуменно смотрел на араба. Тот переводил взгляд с Мариам на Орловского.
Смех фальшивой Лили был настолько громким, что Али заткнул уши. А она подошла к нему и щёлкнула зубами, как будто волчица.
— Ты кого мне привёз? — голос Орловского звучал как будто из преисподней.
— Лилию Ивановну Покровскую. Вы же сами просили.
Теперь Орловский расхохотался. Когда успокоился, произнёс:
— Цирк. Это какой-то цирк. То шуты концерты дают, то торговцы коврами. Да, Али, я был о тебе другого мнения. Твоя хватка всегда поражала меня. Но, кажется, ты ничего не смыслишь в женщинах, только лишь в коврах.
Али так и не понимал, что происходит.
— Вон отсюда, — заорал Орловский, — и бабу свою забирай. Так из меня идиота ещё никто не делал.
— Можно я останусь? Всё объясню, — сказала Мариам.
Али пятился назад, мотал головой, потом схватился за голову руками и прошипел:
— Я убью этого пса. Он сделал из Али посмешище. Он перестал быть моим другом. Держись, Мустафа! Беги, Мустафа!
Выкрикивая всё это, Али выбежал из кабинета.
Орловский подошёл к Мариам.
— Ты кто? Откуда Али привёз тебя? Как ты согласилась на этот абсурд?
Мариам широко улыбнулась.
— Я ценная находка для человека, которому нужна настоящая Лиля. У меня с ней свои счёты. Она очень быстро охмурила моего мужчину.
Орловский присвистнул.
— Охмурить эта чертовка может. И свести с ума может. Я и сам попал под её чары. От неё можно ожидать всё, что угодно. В день знакомства с моим сыном она обрилась наголо и вышла к гостям в ночной рубашке. Я, конечно, был польщён такой смелостью. Это не делает чести её отцу и покойной матери, но она удивила. Ну это всё в пришлом.
Родион положил руку на талию Мариам, и подвёл её к креслу.
— Присядьте, милое дитя, я готов выслушать вас.
Мариам начала свой рассказ с того момента, как она попала к Мустафе.
Когда рассказывала о том, что Мадина похожа на Лилю, Орловский стал слушать с большим интересом.
— Заманчиво, очень заманчивые подробности.
Вдруг в кабинет ворвался разъярённый Али, схватил Мариам за руку и потащил к двери.
— Я накормлю тобой удава, паршивка.
Мариам визжала, пыталась вырваться.
Между Али и Орловским завязалась драка. Маленький юркий араб крутился под ногами рослого Родиона. Несколько раз пытался сбить его с ног. И у него получилось. Али повалил Орловского на пол и откусил ему ухо.
На громкий звериный крик сбежались слуги. Жены дома не было. Мариам, испугавшись, схватила со стола вазу и со всей силы ударила Али. Тот потерял сознание.
Всё произошло очень быстро.
Орловский просто стонал на полу. Мариам сидела в углу и рвала на себе волосы.
Смерть Али замяли очень быстро. Благодаря связям Орловского, Мариам тоже осталась на свободе.
Орловский был настолько зол, что никого не хотел видеть. Не мог даже смотреться в зеркало, чтобы не видеть своё ухо.
Но слухи об этом происшествии дошли таки до сплетников.
Стало также известно о том, что в арабской стране живёт девушка, похожая на Лилию Ивановну. Узнав об этом от Павла Трофимовича, Иван Григорьевич Покровский решил что пора ему распрощаться с жизнью.
Рыжебородый случайно зашёл в то время в дровник. Увидев Ивана Григорьевича вскрикнул. Даже не вскрикнул, заорал матом. Обрезал верёвку. Иван Григорьевич хрипел и кашлял.
— Что же ты наделал, Ваня?
Рыжебородой рыдал, бил Ивана по щекам.
Сбегал домой за водой и окатил Ивана Григорьевича.
Вечером рыжебородый отправил всех спать. Поставил на стол бутылку.
— Я буду твоим священником, отпущу все твои грехи, — сказал он Ивану.
До самого утра Иван и рыжебородый пели песни.
Продолжение тут
Все мои рассказы по главам здесь