Глазами арабов
Три дня перед войной ВВС Египта изо всех сил делали вид, что ничего не происходит. Демонстративные полёты осуществлялись минимально возможными силами — так, чтобы любой ценой сохранить немыслимый раньше 95-процентный уровень оперативной готовности авиации. Даже записи в лётных книжках египетских пилотов гласили: «6 октября, 7 часов утра, демонстрация нормальной активности ВВС Египта».
«Форсирование Суэцкого канала», панорама в Каире. В реальности всё было куда менее пафосно — у Израиля просто не хватало сил для формирования подобной плотности огня.
Во второй половине дня пятницы, 5 октября 1973 года, или 9 числа месяца Рамадан 1393 года по Хиджре, главком ВВС Египта генерал-майор Мухаммад Хосни Мубарак собрал срочное и секретное совещание. Там присутствовало всё начальство: начштаба генерал-майора Мухаммад Набих аль-Масири, начальник оперативного отдела генерал-майор Салах Манаави, начальник отдела планирования операций, генерал-майор Мохаммед Шаабан, командиры авиабригад (авиаполков на наши деньги) и комэска иракской 66-й эскадрильи. Там Мубарак окончательно раскрыл карты: война начнётся завтра, то есть в субботу, 6 октября 1973 года в 2 часа дня. Он обрисовал им круг задач, поставленных ВВС, подчеркнул важность роли авиации в предстоящем наступлении и несколько раз повторил: «эта информация — секретная, и она не должна быть разглашена». Там же был озвучен график, в соответствии с которым до личного состава должна была быть доведена информация о начале войны. Первыми (почти сразу) об этом узнавали комэски и оперативные офицеры эскадрилий, в чьи задачи входило планирование непосредственно действий того или иного подразделения. Последними о грядущей войны должны были узнать египетские техники — до них её планировали донести уже после (!) начала операции. До последнего момента большая часть египетских солдат должна была считать, что они готовятся к учениям, а не к войне. Фактически, Садат и его генералы скрывали планы войны даже от своей армии — и преуспели в этом.
Именно так — до самого момента происходящее должно было выглядеть ни как война, а как учения, те самые очередные учения под кодовым названием «Тахрир 41». Как я уже говорил, египтяне всю вторую половину дня 5-го октября и первую половину 6-го октября симулировали активность, чтобы замаскировать приготовления и обмануть израильскую разведку. По каналам, которые заведомо считались прослушиваемыми, пустили сообщение о том, что командующий ВВС Египта в этот день вылетит с визитом в ливийский Триполи. «Симуляция» дошла до того, что его самолёт действительно был подготовлен, а пилоты находились в полной уверенности, что скоро им предстоит лететь к дорогому другу полковнику Каддафи.
В это же время египтяне скрытно перебазировали авиацию на передовые аэродромы, в лучших советских традициях 69-70 годов. Например, два звена МиГ-21 104-й бригады из Мансуры производили дежурное патрулирование приграничной зоны. После этого они сделали демонстративный заход на посадку … и на малой высоте в режиме радиомолчания перелетели в «приграничный» Бельбейс. Главком ВВС Мубарак прибыл в свой штаб в 12 часов дня субботы 6 октября 1973 года. Оттуда он сначала с беспокойством наблюдал вылет израильской дежурной пары «фантомов» с Рефидим, а потом вздохнул с облегчением, когда израильские самолёты вернулись обратно.
Приблизительно за час до начала операции был передан кодовый сигнал. По нему во всех операционных комнатах всех эскадрилий ВВС Египта были вскрыты конверты, и командиры эскадрилий, а потом и пилоты наконец увидели поставленные перед ними задачи. Всё было как на многочисленных учениях, только в этот раз — по-настоящему.
Хотя многие догадывались — например, в начале октября в Египте издали фетву о том, что лётчики могут не соблюдать пост в Рамадан. Идея то была понятная — из-за того, что им нужно усиленное питание перед началом войны и из-за больших затрат энергии во время полёта. Кстати, всё это было сделано вопреки мнению многих лётчиков, которые настаивали на соблюдении поста и в итоге действительно его соблюдали вопреки приказу сверху. Вообще забавно — у израильтян понятие «Пикуах Нэфеш» (нарушение святости Субботы из-за обстоятельств крайней опасности) стало неотъемлемой частью жизни строевых лётчиков. Хотя шаббат для пилота соблюдать наверное проще, чем поститься целый месяц.
Египтяне планировали, что первая, внезапная атака будет производиться тремя «волнами». При этом интервал между ними должен был быть минимальным. В составе первой волны (около 90 самолётов) шли группы самолётов ИБА и бомбардировщиков Ту-16, чьей целью было уничтожение израильской ПВО, РЛС и центров управления авиацией. Вторая волна — это ещё около 90 самолётов, в основном Су-7БМК и МиГ-17Ф, чьей задачей был вывод из строя израильских авиабаз, атаки по складам, инфраструктуре, скоплениям техники а также нанесение ракетно-бомбовых ударов по израильским фортам на Канале. Третья группа (около 40 самолётов) была «резервной» и должна была использоваться в случае, если у первой или второй «волн» возникнут проблемы с той или иной целью.
В дальнейшем, в данной статье будет приводиться большое количество топонимов, при этом некоторые из них — двойные (с названиями на арабском и иврите). Ниже приведены три карты, взятые из книг Тома Купера и интернета. Я заранее приношу свои извинения за их качество и неполноту, но это лучшее, что у меня есть.
Карта основных израильских объектов и позиции ПВО на Синае
В общем, примерно в 2 часа дня 200 египетских самолётов и 20 иракских «хантеров» экспедиционной эскадрильи взлетели и на малой высоте направились к заранее назначенным целям. Начать войну выпало тем самым экипажам Су-7БМК и Ту-16, причем последними когда-то командовал сам будущий президент Египта Хосни Мубарак. Египтяне выпустили две дюжины ракет КСР-2 и КСР-11 по известным им израильским позициям, складам и РЛС. Большая часть ракет была сбита зенитками, а также экипажами «миражей» и «фантомов». Особенно хорошо известен случай перехвата Эйтаном Карми одиночной ракеты в районе Тель-Авива, при этом вторая ракета упала в море. Некоторые израильские источники пишут, что целью арабов был сам город что, впрочем, сомнительно — скорее всего пуск был произведён по израильской РЛС раннего обнаружения в районе Мицпе-Рамон.
Для выполнения задания Ту-16 разделились следующим образом: пара бомбардировщиков (ведущий п-к Рауф Хилми) ракетами КСР-2 наносила удар по району концентрации артиллерии и бронетехники в районе Белюзы; пара бомбардировщиков майора Ахмеда Джавахири ракетами КСР-11 атаковала радиолокационную станцию в Умм-Марджам (ЙАБА-511); одиночный Ту-16 майора Фаделя Фати применял ракету КСР-11 по радиолокатору в районе н.п. Абу-Родес (видимо ЗРК «Хок»); экипаж майора Джоржа Гаоли отстрелялся ракетами КСР-11 по командному центру Умм-Махаса и замыкающий Ту-16 майора Ахмеда Кераиди ракетой КСР-2 атаковал административный район Бир эль-Абейд.
Более подробно об израильских военных объектах на Синае здесь: https://oleggranovsky.livejournal.com/456239.html
Израильские ЗРК на параде
Другими целями египтян стали РЛС недалеко от авиабазы Рефидим, возле Офиры (ЙАБА-528), по базе ВМС в Шарм-а-Шейхе, были пуски по командному пункту и станции радиоперехвата в Ум-Хашибе, и другим целям. Часть ракет были сбиты ствольной артиллерией в районе Канала. В районе Офиры, в 528 одна из ракет попала в РЛС, погибло несколько солдат. Израильтяне решили, что это было результатом нападения египетских коммандос, в итоге «отбивать» станцию были отправлены танки, экипажи которых об ошибке расстреляли нескольких выживших. Одна из ракет попала в расположение штаба израильской танковой части в Балузе, там тоже были погибшие. Всего в результате пусков 25 ракет было выведено из строя 2 РЛС и погибло несколько человек. Вместе с «Кельтами» египтяне использовали некоторое количество ОТРК «Луна», но без особого результата, сказывалась относительно низкая точность.
Одним из пилотов, участвовавших в операции на Синае и погибшим там, был пилот Су-7 Атеф Садат, брат президента Египта Анвара Садата.
Анвар Садат на могиле брата
Что касается дальнейших действий египтян, то здесь я не вижу особого смысла системно перечислять все номера эскадрилий и полный список присвоенных им целей, и хочу остановиться только на самых важных. Если вас интересует список действий отдельных групп, вы можете найти его здесь: http://www.skywar.ru/Ramadanwar.html.
В 13:57, чуть раньше запланированного срока, первая четвёрка Су-7БМК атаковала Форт Будапешт (самый северный из израильских фортов на Канале и единственный, который египтяне не смогли взять) зажигательными бомбами ЗАБ-500-300ТШ. Израильские ПВО по странному стечению обстоятельств то ли не успели отреагировать, то ли имели запрет на открытие огня: для них война ещё не началась. Вслед за ними атаковали все восемь эскадрилий ИБА египетских ВВС. Как правило, удар наносился в составе звеньев, реже — парами.
Помимо собственно израильских войск, у египтян было три очень важных и очень специфических цели, три израильские авиабазы на Синае: Рефидим (Бир-Гафгафа, БАХА-3), вспомогательная авиабаза Бир-Тамада (БАХА-7), обе в центре Синая, и авиабаза Офир на юге, возле Шарм-а-Шейха (БАХА-29). Ни на одной из этих авиабаз не было «регулярных» эскадрилий, но могли дежурить израильские «фантомы» в рамках ротации. Авиабазу Рефидим атаковали 12 Су-7БМК 52-й эскадрильи. Им удалось добиться многочисленных попаданий по основной ВПП и командному пункту. Через какое-то время израильтяне смогли привести в порядок рулёжные дорожки и поднять дежурную пару «Фантомов» (один из которых сбил «Кельт» с египетского Ту-16). В итоге Рефидим стала единственной израильской авиабазой, которую противнику удалось вывести из строя: ВПП с большими ограничениями ввели в строй через 4 часа, а общий ремонт занял порядка 2 суток. Вот только проблема для египтян была в том, что на ход войны это никак не повлияло, на ней просто не было сколь-нибудь значимых сил.
Египетские танки пересекают Суэцкий канал
Вообще, выбор египтянами целей вызывает некоторые вопросы. Так, очень большой наряд сил (порядка 30 Су-7БМК) атаковал вспомогательную авиабазу Бир-Тамада, при этом порядка трети самолётов в первой группе имели своей целью позиции израильских ЗРК «Хок». Оставшимся удалось достаточно эффективно отбомбиться по авиабазе, сбросив на неё 120 500-килограммовых бомб … но только практического смысла в этом не было никакого. Куда больший эффект мог бы иметь удар по израильскому КП Южного фронта и подразделениям РЭБ и разведки в районе Умм-Хашиба или подразделению воздушного контроля на Джабль Ум-Марджам (оно же ЙАБА-511, «Йехидат Бакара Эйзорит» — подразделение воздушного контроля). В итоге 511-х бомбила четвёрка Су-7БМК из той-же 52-й эскадрильи, да и то случайно — египтяне не сумели найти свою цель (батареи ЗРК «Хок» севернее Рефидим) и попытались вывести из строя ближайшую РЛС.
В это же время египетские МиГ-17 (в составе 4 эскадрилий 306-й бригады ИБА) атаковали цели в районе Канала — израильские форты, позиции артиллерии, ЗРК и ААА. Благодаря тому, что МиГи подошли к целям на малой высоте, у расчетов ПВО было мало шансов нанести им серьёзный урон. Из порядка 80 атаковавших машин была потеряна только одна (!), без учета потерь над Офирой, где пара поднявшихся в воздух за секунды до атаки «фантомов» устроила настоящую бойню, сбив семь (по израильским данным) или четыре (по египетским) МиГа. Бой над Офирой это вообще отличный пример того, что могло бы случиться, если бы израильтяне успели поднять авиацию до начала атаки.
Ещё один классический пример — атака четвёрки МиГ-17Ф на муцав (форт) Телевизия. Каждый самолёт нёс пару 250-килограммовых бомб и восемь НАР. Для «Скайхока», который занимал аналогичную нишу в ВВС Израиля такая нагрузка считалась бы смешной. В итоге единственное, чего удалось добиться египтянам — это предупредить израильский форт о начале войны. Иногда египтянам сопутствовал некоторый успех — например, четвёрка МиГ-17Ф атаковала штаб 401-й бронетанковой бригады и причинила определенный ущерб, выведя из строя несколько танков. В свою очередь, иракские «хантеры» из 66-й эскадрильи сумели вывести из строя как минимум одну пусковую установку ЗРК «Хок».
Примерно через пол часа египетские самолёты начали возвращаться домой по согласованным с ПВО коридорам. Теперь у египтян было три новости: как водится, одна хорошая и две плохих. Хорошая новость заключалась в том, что ВВС Египта во время атаки понесли минимальные потери — были сбиты три Су-7БМК и один МиГ-17Ф, плюс ещё сколько-то в Шарм-эль-Шейхе. Плохая новость (о которой египтяне тогда не знали) заключалась в том, что египетская внезапная атака причинила израильтянам скорее моральные страдания, чем реально значимый урон. Временный вывод из строя Рефидим, повреждения на Офире, уничтожение двух обзорных РЛС ракетами «Кельт» создали некоторые неудобства, но ни ключевая инфраструктура, ни войска не понесли сколь-нибудь серьёзных потерь и ущерба. Была ли проблема в нехватке разведданных или неумении расставлять приоритеты — я не знаю.
Другая плохая новость заключалась в том, что до войны египтянам так и не удалось нормально наладить процесс опознавания собственных самолётов частями ПВО. Вообще, процесс взаимодействия ВВС и ПВО в арабских странах был налажен совершенно чудовищным образом и выглядел примерно так: египетские дивизионы всю войну обстреливали практически любой самолёт, который оказывался в зоне их досягаемости кроме случаев, когда командование ВВС заранее (!) предупреждало их о том, что в зоне их работы будут находиться самолёты ВВС Египта. Если летящие со стороны египетских авиабаз (то есть с запада на восток) самолёты ещё могли быть предположительно дружественными, все остальные считались принадлежащими противнику.
Проблема была ещё и в том, что египетский воздушный контроль практически не имел связи с собственными ПВО. Если израильский диспетчер мог в любой момент связаться с конкретной батареей и сказать: «так, парни, в этих стреляем, в этих не стреляем», то у египтян процесс мог занимать от нескольких часов до суток (!). В результате, где-то через пол часа после начала войны доблестные египетские ПВО увидели на радаре крупную цель, летящую со стороны Средиземного моря, опознали её как «израильский бомбардировщик» и немедленно обстреляли её. Проблема (для египтян) была разве что в том, что этой целью оказался … собственный Ту-16 (!!!), отклонившийся от маршрута. Вообще, историй о «дружественном огне» у египетских пилотов — вагон и маленькая тележка.
Вспоминает пилот МиГ-21 Самир Азаз Михаиль из 46-й эскадрильи с авиабазы Мансура:
За несколько минут до назначенных 14:00 я поднялся в воздух в качестве ведущего звена. По плану, мы должны были лететь на малой высоте до самого канала, а там — защищать наши ударные самолёты от возможных израильских атак в районе Исмаилии. Мы патрулировали там даже дольше запланированного чтобы убедиться, что противник не преследует наши истребители-бомбардировщики на обратном пути. Потом наземный контроль приказал мне возвращаться, но на обратном пути мы попали под огонь собственных ПВО, когда ракета комплекса SA-3 (С-125, прим. авт.) разорвалась прямо между мной и моим номером 3. Уже на земле мы выяснили, что по плану в тот момент, когда мы возвращались домой, в воздухе уже не должно было быть египетских самолётов, и расчёт ПВО выпустил по нам целых 6 ракет и лишь по счастливому стечению обстоятельств никто не пострадал.
То есть воздушный контроль прекрасно знал, что звено МиГ-21 будет возвращаться позже назначенного времени, пройдёт через район действий собственного ПВО и то ли не знал о приказе «сбивать всё, что летит с востока», то ли просто не стал заморачиваться. А вообще момент интересный — судя по всему, египетские истребители практически не появлялись над Синаем, а ждали своих подопечных над Каналом.
По разным оценкам, от четверти до трети всех (!) потерь ВВС Египта за войну можно отнести на счёт собственных ПВО, то есть число сбитых доблестными египетскими расчетами египетских самолётов сопоставимо с числом сбитых израильских.
Сирийский фронт
Сирийские ВВС действовали, в целом, аналогично своим египетским коллегам. Их главным успехом можно считать уничтожение израильской колонны грузовиков, в составе которых находились все имевшиеся на Голанах трофейные ПТУР советского производства. Значимого ущерба нанесено не было. Единственным существенным результатом было уничтожение трофейных израильских ПТУР «Шмель» советского производства, которые могли оказать сколь-нибудь серьёзный эффект на произошедшие позднее события.
Кроме стратегически важного форта на Хермоне, ВВС Сирии атаковали коммуникационный центр в Тель Абу Нида, КП южного сектора Голанских высот в Тель Фарес, штаб танкистов и тыловую базу в Нафех и подразделение воздушного контроля на горе Мирон. В Нафех было двое убитых, шестеро раненых, прервано электроснабжение и нанесён некоторый ущерб. По КП на горе Мирон сирийцы просто промахнулись, бомбы упали ниже по склону горы.
Глазами израильтян, или история о мальчике, который слишком часто кричал «волки»
Война Судного дня началась в 14 часов дня 6 октября 1973 года. Её начало ознаменовал массированный артиллерийский обстрел израильских позиций на Голанских высотах и Суэцком канале и удар египетской и сирийской авиации по авиабазам и войскам израильтян.
Египетские танкисты форсируют Суэцкий канал
На раннем этапе подготовки операции египетские военные решили обсудить потенциальный план со советниками из СССР. Ответ был весьма демотивирующим: советские специалисты оценили потери египетской ударной авиации во время такой атаки в 40%, посчитав, что большинство египетских самолётов будут перехвачены ещё до выхода к цели. Советники предлагали египтянам ограничиться ударами по позициям в районе Канала чтобы минимизировать потери собственной авиации. Египтяне покивали головами и сделали по-своему.
К слову, египтянам неплохо удалось скрывать подготовку к войне. В первую очередь потому, что об этой самой подготовке знала очень ограниченная группа высших офицеров. Большинство командиров эскадрилий поставили в известность за несколько суток, рядовых пилотов — за сутки. Авиацию (за редкими исключениями) перебазировали заранее так, чтобы запутать разведку противника. Сирийцы в этом плане были куда менее осторожны — например, в первых числах октября израильская разведка зафиксировала перебазирование двух эскадрилий сирийских Су-7. Тогда же израильтяне отметили существенно снизившуюся частоту полётов сирийских ВВС.
10 мая в Египте начались учебные манёвры «Тахрир 35».
«Будет война!» - заявил капитан Аарон Зеев Фаркаш, глава группы ПВО Египта в аналитическом отделении Разведотдела Штаба ВВС, своему начальнику, подполковнику Йехуде Порату.
Привычные процедуры были нарушены, и он почуял аромат «знаков приготовления» витающий в воздухе. «На прежних манёврах несколько кадровых командиров составляли группу контроля или были судьями. И вдруг сейчас, на этих манёврах, все кадровые командиры принимают в них непосредственное участие, и только офицеры резерва назначены судьями», – начал Фаркаш объяснять своему начальнику.
«Египтяне обновляют процедуры боевой связи, – продолжил он. – Объём задействованных войск больше, чем в любых других манёврах, впервые после Шестидневной Войны плавсредства дислоцируются около берега канала. Напоминаю, Йехуда, все учения по наведению мостов и форсированию водных преград в египетской армии всегда проводились отдельно от больших манёвров и на полуострове Эль-Балах или во впадине Фаюм. А на этот раз не так.
В мае войны так и не случилось. И потом — тоже. Египтянам удалось заставить разведку ВВС Израиля кричать «волки, волки!» так часто, что в какой-то момент их сообщениям об очередных свидетельствах приготовления арабов к войне просто перестали доверять. Да и многие представители израильского разведывательного сообщества, как я писал раньше, не особо верили в скорое начало войны.
В июне 1972 года в ходе операции «Аргаз» израильскому спецназу удалось похитить в Ливане несколько сирийских офицеров. Результаты их допросов тогда прямо указывали, что перебазирование сирийских войск на юг страны, случившееся в сентябре 1973 года и приведшее к бою над Латакией говорит только об одном — скором начале войны. Прошло несколько дней, война не началась и ЦАХАЛ снизил уровень боеготовности. Ещё через несколько дней подразделение радиоразведки ВВС на горе Кнаан зафиксировало необъяснимую активность сирийских ВВС. Сирийцы совершали множество коротких и одиночных вылетов. «Подождите, что-то не сходится … сирийцы же совсем недавно сократили количество учебных полётов, что вообще происходит?!» — подумали там. И тут кому-то в голову пришло единственное разумное объяснение: «Короткие одиночные полёты – это самолёты после ремонта, которые проверяют в воздухе». Всё сходится — сирийцы сократили количество вылетов для того, чтобы сохранить боеспособность своих самолётов и в то же время пытаются вернуть к боеспособному лётному состоянию как можно больше неисправных самолётов! Это могло говорить только об одном — намечается что-то серьёзное.
В тот же день Разведотдел ВВС получил развединформацию – боевое задание (на арабском - «Амар Киталь»), посланное из Штаба ВВС Египта в полк бомбардировщиков в Асуане.
- Египет на пороге войны, - сказал майор Авнер Йофи, глава группы ВВС Египта в отделении аналитиков разведотдела ВВС Израиля, своему начальнику подполковнику Йехуде Порату (подполковник Иехуда Порат, начальник аналитического отдела штаба ВВС, прим. авт.) Ливийские Мираж М5, способные поражать цели на дальних расстояниях, только что прибыли в Египет.
-Откуда тебе?..
- Обычные задания, с которыми мы знакомы, называются «Таалимат Амилат» (оперативная задача).
- Оставь свои филологические глупости, - ответил Порат - Нет никакой угрозы войны на горизонте.
«В Египте начались учения «Тахрир 41», а вдоль границы на Голанских высотах сирийская армия находится в полных боевых порядках, которых ещё не бывало, - докладывал бригадный генерал Рафи Ар-Лев, глава разведотдела ВВС, своему командиру, генералу Бени Пеледу. - Обе армии умеют перейти в наступление из учений или приграничных боевых порядков».
«И откуда у тебя уверенность, что они этого не сделают?», - спросил Бени Пелед.
«Разведуправление говорит, что ничего не будет», - ответил Ар-Лев.
«Логический анализ ситуации показывает, что Египет совершит ошибку, если начнёт войну. И если принять эту логику, то нет никакого смысла её обсуждать» — ответили в разведуправлении ЦАХАЛя. На дворе — конец сентября 1973 года, до начала войны меньше 2 недель.
Здесь есть ещё один тонкий момент: в распоряжении израильтян находились глубоко засекреченные «специальные средства» прослушки египетских линий связи. Грубо говоря, израильский спецназ долгое время занимался размещением на этих самых линиях связи прослушивающей аппаратуры. Большую часть времени она находилась в неактивном состоянии, а её использование допускалось только с разрешения лично главы военной разведки АМАН Эли Зейры. Эти самые «специальные средства» были одним из ключевых активов разведки, и перед войной 1973 года они не были использованы. А насчёт ливийских «миражей» Зейра самонадеянно заметил: «Если египтяне привлекут ливийских лётчиков для бомбардировки наших городов, пусть заранее пишут завещание». Вот прямо так.
Шестое октября. 8 часов до начала войны. Глава разведотдела ВВС Израиля Рафи Ар-Лев зачитывает следующее сообщение: «Сегодня одиннадцать транспортных самолётов АН с опознавательными знаками Советского «Аэрофлота» без каких-либо предварительных объяснений и объявлений, прибыли в течение ночи в Египет и Сирию, и с момента приземления заняты срочной эвакуацией семей советских советников». Что вообще происходит? Почему советы экстренно эвакуируют собственных граждан? Как это связано с тем, что последние недели египтяне и сирийцы перебрасывают к границе всё новые части, а их ВВС кардинально изменили характер своей активности? Может быть, стоит призвать резервистов? Может быть, стоит что-то сделать? И снова — «Не беспокойтесь» — следует ответ израильской разведки. «У арабов нет рациональных причин начинать войну».
А в это время египетская авиация уже завершает последние приготовления. Теперь все египетские пилоты знают, что меньше, чем через 12 часов начнётся война. Уже через несколько часов египтяне вскрывают конверты, получают боевые задачи, подвешивают бомбы и заправляют самолёты (кстати, технари всё ещё уверены, что это просто учения). Египетская армия напоминает муравейник — танки, понтоны, сотни резиновых лодок, десятки тысяч солдат и сотни стволов артиллерии готовятся к выполнению своих собственных задач, каждая из которых посвящена единой цели — выбить израильтян с другой стороны Суэцкого Канала. Сирийские танкисты на Голанах производят последние приготовления. Сирийские пилоты получают новые и новые цели.
В последний момент, за 6 часов до начала войны, в Израиле впервые с 1967 года объявляют «режим боеготовности №3» — это значит отмену всех отпусков в регулярных частях и срочное развертывание мобилизационных пунктов. ВВС отменяет все отпуска, пилоты и техники срочно собираются в эскадрильях. В итоге ВВС были единственными, кто встретил начало войны в относительной боевой готовности. Если на египетских авиабазах уже точно знают, что будет, то на израильских витают домыслы. Идём на Египет? Будет превентивный удар? Только Египет, или ещё и Сирия? ВВС на всякий случая готовятся к превентивному удару, «фантомы» срочно нагружают бомбами, готовят маршруты для подхода к цели, готовят карты, назначают пилотов на задания.
Авиация на то и авиация, что для её мобилизации нужно всего несколько часов. Армии нужны были сутки. А этих суток уже не было.
6 октября 1973 года, 14 часов дня. «Мокед» в миниатюре
«Уже без четверти два», – думал капитан Моти Кимельман, старший представитель ВВС на базе «Арарат», центре сбора информации Разведуправления ЦАХАЛ-а на горе Кнаан, припоминая предупреждение, полученное несколько часов тому назад из Штаба ВВС о возможном начале войны с наступлением темноты.
«Всё тихо», – сказал он себе, поглядывая на рабочие станции прослушки радиоэфира, за которыми склонились опытные солдатки-радистки с огромными наушниками на головах, и прислушиваясь к звукам пустого эфира, выведенным на громкоговорители пустующих станций.
Вдруг он слышит три слова, которые повторяются как припев. Но Кимельман чётко знает, что это не припев. Это радистки, одна за другой, перебивая друг друга, взволнованно повторяясь, громко сообщают в гулкую пустоту зала: «У меня сигналы!», «У меня сигналы!», «У меня сигналы!». И от этого у Кимельмана волосы на затылке встают дыбом.
Капитан Кимельман знает, что «сигналы» значат, что кто-то с той стороны границы не хочет, чтобы его услышали. И ему не надо объяснять, почему, ведь именно для этого он здесь, на этой горе, с радистками. «сигналы» не стихают. И Кимельман, который знает наизусть все виды «сигналов», слышит из открытых громкоговорителей «сигналы», обозначающие рулёжку самолётов, «сигналы» для взлёта. Он знает, какая рабочая станция настроена на какой аэродром, но «сигналы» идут от всех станций и из всех аэродромов противника.
«Все ВВС Сирии в воздухе!!!» - орёт он в трубку спецсвязи, соединяющей его напрямую с дежурным офицером Группы Предупреждения в Центре Управления ВВС.
«Всем, быстро сюда!» - пронёсся крик дежурного офицера разведки ВВС под сводом бункера.
«Все ВВС Сирии в воздухе!!!» - повторно, на срыве голоса, орёт Кимельман на другом конце линии, и майор Авраам Бендек, Глава Группы раннего предупреждения в разведотделе штаба ВВС, бросает трубу и одним прыжком преодолевает расстояние в три метра, отделяющее его от небольшого окошка в бетонной стене, отделяющей их закуток от основного зала центра управления. Одним махом он распахивает его и кричит сдавленным от волнения голосом: «Тревога!!! На взлёт!!! Поднимай истребители!!! Война!!! Война!!!».
Потом бегом возвращается к своему столу, жмёт кнопку специального интеркома, соединяющего его с кабинетом Командующего ВВС, и кричит: «Взлёты в Сирии! Взлёты в Сирии!».
Хватает ртом воздух, поворачивается к Дани Шмилю, своему заместителю, и говорит: «Они нас поймали со спущенными штанами».
«Со спущенными штанами» — потому что как раз в этот момент израильские эскадрильи готовятся к массированной атаке по Египту. Большинство самолётов находятся в неподходящей для перехвата конфигурации, они просто не готовы. Не напоминает Мидуэй? В ту же минуту с горы Хермон, «глаза» израильской разведки на Севере, сообщают о начавшемся ураганном обстреле. В штабе ВВС до последнего момента не верят, что всё это происходит на самом деле, что началась война, что прямо сейчас сотни сирийских и египетских самолётов летят прямо к ним.
На израильских аэродромах в спешке поднимают дежурные звенья и готовят вылеты всех других самолётов. И тут возникает проблема — по оперативным данным в воздухе несколько сотен арабских самолётов а всё, что им могут противопоставить израильтяне — порядка 60 «миражей» и дюжина «фантомов», из которых прямо сейчас готовы взлететь 6 или 7 дежурных звеньев. И всё. «Фантомы» стоят на своих авиабазах, нагруженные бомбами и готовятся к превентивному удару по египтянам. В панике, штаб ВВС начинает связываться с батареями ПВО на Голанах и отдаёт им приказ, который вызывает лёгкий шок: «Стреляйте во все самолёты, которые увидите». «Почему?» — спрашивают там. «Потому что все самолёты, которые летят к вам — арабские».
И в батареях ПВО начинают понимать, что чувствовали их египетские «коллеги» чуть больше шести лет назад.
На высоте 723 метра над уровнем моря и на расстоянии сорока пяти километров по прямой от Суэцкого Канала лейтенант Давид из Подразделения Прослушки Разведуправления ЦАХАЛа очень серьёзно отнесся к предупреждению о повышении боеготовности, которое пришло утром. Ещё вчера он, инструктор в учебке в центре страны, получил приказ оставить всё и немедленно прибыть в «Вавилон». И вот сейчас он тщательно прислушивался к шорохам в открытых громкоговорителях, зная, что туда надо направить всё своё внимание.
«Первый О-Кей», - слышит он из одного громкоговорителя.
«Начинается!!!» - орёт лейтенант на весь зал. Проходят двадцать секунд.
«Возвращаюсь», - заявляет другой громкоговоритель.
«Они идут! Они идут! Они идут!» - орёт Давид в полный голос.
В трёх метрах от него, на небольшом возвышении, со своего кресла вскакивает лейтенант Дуди Ярон, представитель ВВС в Подразделении Прослушки Разведуправления, бросается с вытянутым вперёд пальцем к кнопке тревоги и жмёт на неё изо всех сил.
Завывающая и затухающая сирена повторяется эхом в расположении Подразделения. Следующим движением он срывает трубку прямой связи с Центром Управления ВВС.
«Атака! Атака!» - орёт он в трубку.
С расстояния в четыреста километров он слышит, как дежурный в Центре Управления кричит что-то в зал. Через несколько секунд он слышит голос Пата: «Принял! Мы знаем. На севере они уже бомбят».
Проходит минута, и вдруг тихий шорох громкоговорителей на всех оперативных каналах связи взрывается криками «Аллаху Акбар», которые отзываются ощущением леденящей дрожи на затылке.
А дальше на израильских авиабазах начался эталонный бардак.
Сразу после начала войны в штабе ВВС разгорается жаркий спор — что делать. Главком Бени Пелед требует поднять в воздух всё, что есть — включая загруженные бомбами «фантомы». Его оппонент, глава оперативного отдела штаба ВВС и опытнейший лётчик «миражей» Гиора Фурман говорит: «подожди, давай поднимем перехватчики и увидим, что будет». Пелед говорит «нет» и приказывает поднять в воздух все готовые к взлёту прямо сейчас самолёты. А неготовые «фантомы» срочно привести к конфигурации для перехвата.
Был ли приказ поднять в воздух все доступные самолёты первой в череде грубейших ошибок израильского командования, произошедших в течение нескольких следующих дней? У меня нет ответа на этот вопрос. Довоенные оценки предполагали, что для того, чтобы гарантированно защитить небо Израиля, нужно порядка 70 «миражей» и 8-12 «фантомов». Считалось, что такого количества достаточно, чтобы эффективно перехватывать достаточно крупные группы арабских самолётов при сохранении оперативной гибкости и наличии достаточного количества самолётов «на земле» для замены сбитых и израсходовавших боеприпасы, позволяя быстро вводить в бой резервы.
Но это в теории. На практике у израильтян элементарно не было этих 70 «миражей». В 14:00 6 июня 1973 года в распоряжении отдела ПВО штаба ВВС Израиля было всего 57 самолётов: 43 «Миража» и 14 «Фантомов». То есть этих самолётов не было достаточно для защиты воздушного пространства Израиля по довоенным оценкам. Другой момент: взлетевшие самолёты (и «перехватчики» и «бомбардировщики») уже нельзя уничтожить на земле. Израильтяне не были до конца уверены, что собираются делать арабы, атакуют они израильские авиабазы или нет и кто знает, ограничатся они Синаем или полетят дальше? От Рефидим до Хацора 15 минут полёта — всё возможно! Может, лучше от греха подальше взлететь, сбросить бомбы и встретить противника над собственной авиабазой?
Но вы можете спросить: зачем сбрасывать бомбы в море? Может быть лучше, как и планировалось, атаковать египетские аэродромы, чтобы их самолёты не могли взлететь, а лучше — разбивались и гибли при посадке? У меня снова нет ответа.
Мне кажется, самая главная проблема была не в расчётах, она была в головах. Бени Пелед понимал, какая на нём лежит ответственность. Он понимал, что в его распоряжении нет достаточного количества самолётов для того, чтобы защитить небо над Израилем. Он понимал, что если арабы вернутся (так, как вернулись израильтяне в 67-м), то ущерб может быть чудовищным. И Бени Пелед предпочёл не рисковать: «Поднимайте всех, кто готов, бомбы сбросьте в море!»
Приблизительно к 14:30 становится понятно, что происходит нечто совершенно немыслимого масштаба и выходящее далеко за пределы обычного представления о возможностях арабских стран. Египетские самолёты атаковали подразделения в Ум Хашиба и авиабазу Офира. И удалённую от канала авиабазу Рефидим. Сирийские самолёты атаковали форты на горе Хермон, в Абу Нида, Таль Фарес и тыловую базу\центр управления израильтян в Нафахе (через два дня уже на территории самой базы остановится сирийский бронированный кулак). И не смотря на всю тяжесть причинённого ущерба, это не самое плохое.
От сухопутных войск приходят сообщения, точнее — настоящие крики о помощи. Форты на линии Бар-Лева находятся под ураганным огнём артиллерии египтян и буквально не могут «поднять головы». Сколько смогут продержаться их крохотные гарнизоны «мирного времени» — непонятно. Проходит немного времени, и уже приходят сообщения от танковых взводов, которые спешат к ним на помощь, и попадают под кинжальный огонь египетских ПТУР, которые, кажется, уже повсюду на восточном берегу Канала. И вдруг становится очевидным, что это не очередное обострение, не «йом крав», «день боёв», после которого всё возвращается на круги своя. Что египтяне бросили всю свою авиацию в первую очередь для атаки на израильские КП и авиабазы, что прямо сейчас два египетских армии форсируют канал, а сирийский «паровой каток» из пяти дивизий летит к Иордану, а на его пути чуть больше сотни израильских танков.
Обе армии, египетская и сирийская, большими силами наступают на захваченные у них Израилем территории. И им глубоко плевать на очень важное мнение главы израильской разведки АМАН, который ещё утром заявлял, что войны не будет, потому что у арабов нет разумной причины её начать.
Генерал Давид Элазар, который в тот момент находился в центре управления ВВС, во второй раз за день спросил главкома Бени Пеледа: «у нас же 4 эскадрильи под бомбами, может мы всё же сможем нанести удар по сирийцам?».
«Нет, невозможно» — последовал ответ — «сейчас все самолёты брошены на защиту нашего воздушного пространства».
Все довоенные планы можно было выбросить в мусорку. Начиналась импровизация. И в этот момент в культурном фундаменте ВВС Израиля, основанном на спокойствии, разумности и грамотном планировании, появилась первая большая трещина.
В течение часа после начала Войны Судного дня, большая часть израильских «фантомов» была поднята в небо в «ударной» конфигурации, с бомбами. Они взлетали в спешке, граничащей с паникой, парами, тройками, по приказу КП или по инициативе самих пилотов. Многие экипажи получили свои цели уже в воздухе — так, один из «фантомов», чей целью предположительно должна была стать египетская авиабаза Мансура, вместо этого был направлен воздушным КП на перехват воздушной цели над Мицпе-Римон.
Многим самолётам было приказано как можно скорее сбросить бомбы и идти на перехват ускользающих египтян. После того, как египтяне покинули небо над Синаем, их экипажи получили новые цели — на этот раз на земле. В итоге «фантомы» атаковали египетские войска единственным оставшимся видом вооружения — шестиствольной пушкой «Вулкан».
Триумф или провал?
Египетская и израильская оценки эффективности первого удара египтян сильно разнятся. Так, египтяне сообщают примерно следующее: «В ходе внезапной и скоординированной атаки нашим ВВС удалось уничтожить и вывести из строя множество объектов противника. Были выведены из строя три основных ВПП на 3 израильских авиабазах в дополнение к 3 вспомогательным ВПП на каждой из них. В результате действия эскадрилий МиГ-17 были выведены из строя порядка 10 позиций ЗРК «Хок», были поражены места дислокации полевой артиллерии, а также командный пункт Южного фронта израильтян в Умм-Хашиба. Также, были уничтожены несколько радиолокационных станций и контрольный пункт ВВС. Основной успеха стал принцип концентрации максимальных усилий и скоординированность действий авиации. В результате этого, потери при проведении были минимальными и составили не более 5 самолётов».
Надо ли говорить, что египтяне свои успехи мягко говоря … преувеличили, скажем так. Точнее, преувеличили во всём кроме своих потерь, которые и правда были минимальными. В реальности, если вы захотите описать египетскую операцию одной фразой, то она может звучать так: «бесполезно, но почти без потерь». Египтяне не вывели из строя ни одну из батарей ЗРК (уничтожив одну ПУ), не сумели нанести серьёзных повреждений инфраструктуре, вывели из строя две израильских РЛС (описано выше), уничтожили несколько танков и как минимум одну израильскую гаубицу. Истории про Умм-Хашиба — не более чем вымысел, КП работал всю войну практически в одном режиме.
Несмотря на грандиозный масштаб задуманной операции, по своему результату он даже близко не был похож на «Мокед». Справедливости ради, в ходе войны израильтянам удастся вывести из строя только одну авиабазу в Сирии, и то — после трёх дней непрерывных бомбардировок.
Что самое смешное, перед войной египтяне запланировали нанесение повторного удара приблизительно через час после начала войны. Вскоре по возвращении ударных групп его отменили. Почему? Все цели посчитали выполненными «с первого раза». В чем была реальная причина, я не знаю — то ли египетским пилотам очень не хотелось снова совать голову в пасть тигра, то ли они действительно посчитали что добились какого-то значимого успеха. На египетских авиабазах царил праздник и настоящая эйфория — мы молодцы, мы это сделали и смогли вернуться домой! Самир Азиз Михаиль, опытнейший египетский пилот-копт (подробнее о нём здесь), вспоминает:
5 июня 1967 года я узнал, что война проиграна в первые же часы. 6 октября я понял, что мы победим после того, как наши самолёты смогли поразить все цели и вернуться. Ночью на нашей авиабазе был настоящий фейерверк, и чувство счастья, чувство победы наполняло меня.
А что в реальности? Египетская тактика, удары с малых высот, имела один колоссальный минус — если пилоты ошибались в расчетах и промахивались с выходом на цель, то поиском этой самой цели им приходилось заниматься глазами под огнём противника. К тому же египтянам откровенно не хватало огневой мощи — даже звено МиГ-17Ф могло нести не более двух тонн бомб и 32 НАР, то есть меньше, чем один «Фантом». Не обладая электроникой «фантома», скоростью «фантома» и навыками израильских пилотов «фантома», египетские лётчики не смогли добиться сколь-нибудь серьёзных результатов.
Через несколько часов после начала операции «Бадр» египетская армия форсировала Суэцкий канал, захватила или окружила все израильские форты, а к вечеру — нанесла сокрушительное поражение израильской танковой бригаде, попытавшейся контратаковать египтян. Вот только заслуга ВВС в этом — минимальна.
Бойня над Синаем: печальная судьба египетских Ми-8
Любой разговор о действиях ВВС Египта 6 июня 1973 года будет неполным без упоминания попытки проведения массовой аэромобильной высадки бригады коммандос. Египтяне видели их действия так: аэромобильные группы, высаженные в тылу противника, устраивают засады на его танки и конвои, замедляют продвижение израильских частей к фронту, устраивают диверсии, и засады на самолёты в районе авиабаз (для этого ими были получены ПЗРК) и так далее. Из пяти батальонов коммандос три должны были высадиться в глубине египетской обороны на Синае, а два — принять участие в комбинированной воздушно-наземной операции по форсированию Канала на юге. В итоге, один батальон высаживался с воздуха, второй — переправлялся на резиновых лодках (я чуть было не написал «в составе амфибийной группы» :D)
Египетские Ми-8 на учениях
И вот тут египтяне в лице главкома Мубарака уже чудовищно накосячили. Дело в том, что изначально вся эта аэромобильная операция должна была происходить во время второй массированной атаки на израильские цели на Синае. Предполагалось, что израильские перехватчики будет на столько сильно заняты борьбой с египетскими МиГ-21 и попытками перехватить большие группы Су-7 и МиГ-17, что вертолётный десант сможет с минимальными потерями добраться до зон высадки. Возможно, вертолёты потом даже смогли бы вернуться домой. Проблема была в том, что, как я писал выше, вторую «волну» египтяне просто-напросто отменили, и после послать МиГи на Синай для защиты собственных вертолётов они тоже не решились. В результате произошло следующее: вместо достаточно разумной высадки во время всеобщей неразберихи (а в первые часы у израильтян бардак был ещё тот, вспоминаем историю про «сбрасывайте бомбы в море»), вертолёты полетели прямо в осиное гнездо, навстречу десяткам «миражей» и «фантомов» без какой-либо защиты.
При этом египетские техники сработали отлично — буквально в течение 20 минут большинство самолётов было перевооружено и готово к повторному вылету. Фактически, до самого вечера пилоты просидели в кабинах в ожидании приказа, который так никогда и не был отдан. Я уверен, что решись арабское командование на повторную атаку, то потери были бы в разы выше, но отправлять вертолёты без этой самой повторной атаки было просто-напросто самоубийством. Мубарак приказывает отправить три батальона своих великолепно подготовленных коммандос на вертолётах в центр Синая, как и было запланировано.
Вообще, судьба египетских коммандос в египетских же источниках описана не очень хорошо — гораздо больше об их действиях мы знаем от израильтян, и в этом есть некоторая логика. Наиболее известными считаются действия одной из рот 183-го батальона под командованием майора Хамди Шалаби, которая высаживалась на севере Синая. Египтяне попытались устроить засаду на израильские танки, смогли сжечь два «Центуриона» (погибло 7 танкистов, 21 был ранен), но были быстро атакованы с тыла ещё одной группой, в итоге египетская рота погибла практически целиком, при потере 10 человек убитыми и 2 БТР у израильтян. Чем в это время занимался остальной батальон — совершенно не ясно. Есть мнение, что бóльшая его часть или погибла при высадке, или была уничтожена в ходе более мелких стычек.
При виде такого подарка к колоннам вертолётов слетелась где-то треть всех израильских перехватчиков, которые в это время были в воздухе. Первые 24 Ми-8 из 119-й авиабригады, несущие с собой элементы египетских «сил молнии» (египетские коммандос) со всем их оборудованием, вооружением и снаряжением, должны были произвести высадки в нескольких районах в глубине Синая с главной целью — блокировать перевалы.
Среди этих областей на Синае — Вади Сидр, Калаат аль-Джунди, Аль-Рувайсат, Сахель аль-Тина, Абу Рудейс, горы Барака к югу от аль-Ариша, район аль-Тамада и северная дорога в тылу израильтян. Ни одна из задач не была выполнена. Израильтяне претендуют на 14 сбитых вертолётов только силами ВВС, плюс ещё какие-то потери были понесены от действий ПВО, ошибок экипажей и технических проблем. К сожалению, арабская сторона публикует описания лишь отдельных эпизодов боёв, но по ним видно, что эскадрильи Ми-8 понесли тяжелейшие потери и фактически в первый день войны они перестали существовать как организованная сила. Один из египетских вертолётов, аварийно севший на Синае, позже был перегнан в Израиль. Какое-то время он выставлялся в Хацерим, а потом был продан американцам.
Трофейный египетский Ми-8. У него подломилось колесо, в итоге уже в Израиле посадка производилась на покрышку.
После 6 октября Египет не предпринимал сколь-нибудь крупных аэромобильных операций. Перевозить стало просто некого и не на чем.
Потери
Говоря о результатах того дня, сложно не попытаться оценить, а какие потери понесли стороны. В том, что касается израильских потерь, всё достаточно просто и прозрачно. В тот день израильтяне потеряли пять «скайхоков» (два на севере, три на юге) и один «фантом» (повреждён близким разрывом ракеты, разбился при посадке). Все потери были понесены вследствие огня средств ПВО. Тут всё просто, да и сами египтяне о воздушных боях между МиГ-21 и израильскими самолётами не сообщают.
А что касается потерь египетской стороны? Тут всё сильно сложнее. Как я уже говорил раньше, полного перечня потерь египетских и сирийских ВВС, который хоть немного напоминал бы израильский перечень собственных потерь, фактически не существует. По этому довольствоваться мы будем косвенными оценками.
Всего в тот день ВВС Израиля (без учета ПВО) заявили сбитыми в воздушных боях 37-39 летательных аппаратов арабской коалиции. Из них: 8 самолётов Су-7 (все на южном фронте), 8 самолётов МиГ-17 (7 на юге, один на севере), 5 МиГ-21 (4 на юге, один на севере), 14 вертолётов Ми-8 (все на юге) и 2 ракеты «Кельт». Из них 15 на счету экипажей «миражей», 24 — «фантомов». Особенно отличилась 201-я эскадрилья, которая устроила полноценную бойню египетским Ми-8 над Синаем.
Для того, чтобы проанализировать израильские заявки, попробуем разбить их на 3 больших группы — «вертолёты», «бой над Офирой» и «остальные». Для чего это делается — понятно, что потери Ми-8 надо анализировать отдельно, в результатах боя над Офирой у меня есть некоторые сомнения и там предполагается бóльший оверклейм израильтян, а все остальные можно сравнивать между собой.
Итого получится: 14 потерь вертолётов, 7 сбитых над Офирой (6 МиГ-17, 1 МиГ-21), и 19 сбитых самолётов (8 Су-7, 7 МиГ-17 и 4 МиГ-21), и это потери за весь день, включая вечер. Теперь посмотрим, что нам говорят об этом египтяне. Различные египетские источники оценивают потери в ходе первого удара в 5-11 машин (например, skywar.ru даёт такую цифру: 2 МиГ-21, 3 Су-7БМК и 6 МиГ-17Ф, group73historians.com даёт цифру в 5 машин без разбивки).
Вообще, достаточно большую работу в этом отношении проделал Йони Динур, историк и экскурсовод. Он собрал более-мене подробный, но неполный список сбитых египетских пилотов:
https://sky-high.co.il/2021/04/14/אבדות-חיל-האוויר-המצרי-במלחמת-יום-הכיפ/
Смотрим. Мы видим, что семеро египетских пилотов в его списке аттрибутируются как погибшие в бою над Офирой плюс 6 известных сбитых самолётов в остальной день. Здесь невозможно сказать, на сколько полным можно считать этот список, по этому его справедливо будет учитывать как некую минимальную оценку. Повторюсь, с арабской стороны до сих пор не был опубликован сколь-нибудь полный список потерь среди лётного состава и матчасти. По этой причине «проверять» израильские заявки так, как это делают, например, историки Второй Мировой войны практически нереально. По сути, у нас есть информация только одной стороны, пусть и выглядящая достаточно точной.
В следующей части мы поговорим о том, как действовали ВВС Израиля в первый день войны, почему они показали себя столь неэффективно в сравнении с 1967 годом и главное — о том, можно ли было избежать всех тех проблем, с которыми они столкнулись 6 октября 1973 года.
Автор - Artem Nalivayko