Начало здесь
За день до поездки пробежались с Викой по магазинам. Будь ее воля – смела бы с прилавков все и увезла старику.
Пока я пыталась решить какой сорт чая купить совершенно незнакомому мне дедушке, Вика накидала половину тележки.
Бегло осмотрев содержимое, я покрутила пальцем у виска.
- Чего опять не так? – насупилась подруга.
- Зачем старику, да еще в глухой деревне, кофе в зернах?
- Между прочим, это очень хороший сорт! – ощитинилась Виктория.
- Да ему по барабану! Твой дядя Костя, скорее всего, даже обычный растворимый не пьет, а уж таким тем более не станет заморачиваться.
Вика посмотрела, как рублем одарила, но сходила и вернула кофе на полку.
- Что еще не так?
Достаю из тележки флакон пены для ванны, показываю его подруге.
- А что? Чем тебе не нравится? Не супер, конечно, но лучше, чем ничего! Где он в деревне возьмет?
- Вот именно! – бросаю с раздражением.
Вика напрягается, но искренне не понимает в чем подвох.
- Скажи нормальным языком: что не так? – просит она.
- Где он в деревне возьмет ванну?
Вика берет из моих рук пену.
- Давай сразу все, что нужно поставить на место. Ты же, при любом раскладе, останешься права.
Достаю выбранный мною чай.
- Остальное расславляй по местам.
- А рис? А масло растительное? А…
Я прижимаю указательный палец к губам.
- Вспомни все, что мы с тобой вчера читали.
- А что мы там читали? Я как-то не улавливаю сути.
- Раз в неделю приходит машина, которая привозит почту, основные продукты питания…
- Так там же дорого, - прерывает меня подруга.
Соглашаюсь:
- Дорого.
И тут же добавляю ложку дегтя в бочку мёда:
- Общественный транспорт до населенного пункта не ходит. Местное население выходит на развилке, что в 3,5 км от деревни и идет пешком.
- Я все это знаю. Там лет десять уже автобусы не ходят, - огрызается Виктория.
- А ты знаешь, что вот эту 5-литровую канистру растительного масла, этот рис, этот сахар ты понесешь на себе?
- Почему я?
- А кто? Я?
Как бы я не усердствовала, а наша сумка получилась довольно увесистой.
Карамельки и печеньки к чаю (коих могут и не привозить раз в неделю), сгущенное молоко, купили старику банное полотенце в подарок и по парочке полотенец для рук и лица, десять пар носков…
Когда мы вышли на развилке, оказалось, что в сравнении с тем, что понесут наши попутчики – мы идем налегке.
Низкорослый, но коренастый седовласый мужчина с трудом поднял на установленную кем-то на обочине дороги широкую чурку свой увесистый рюкзак и надел лямки на плечи.
- Давай! – скомандовал он женщине, что вышла вместе с ним.
Она взяла в руки достаточно увесистый школьный рюкзак и помогла надеть его таким образом, чтобы он был спереди.
- Тяжело же! – вырвалось у меня.
- А что делать? С одним рюкзаком я не дойду – назад тянуть будет, - пояснил мужчина. – У Татьянки моей проблемы со здоровьем, ей больше трех килограммов нельзя, а нести придется пять.
- А что делать? – эхом повторила женщина.
- К вам е передвижка раз в неделю ходит, - напомнила Вика.
- Ходит, - согласилась женщина. – Только она с утра летит до Максимовки, а после обеда привозит нам, что там не разобрали.
- Две недели подряд соли не можем купить, - добавляет мужчина.
- а если с частником каким договориться? – интересуюсь.
- В селе одни старики остались. У кого и были машины – давно в негодность пришли. Либо машины, либо их хозяева.
- Либо и те, и другие, - добавляет женщина с улыбкой.
Мужчина вздыхает:
- Можно такси в райцентре взять, но они три тысячи просят. Где такие деньги взять?
***
Дядя Костя оказался хоть и сутулым, но все еще высоким и бодрым старичком.
Он долго всматривался в наши лица.
- Что это Вика – сомнений нет, а вот ты на Ингу совсем не похожа.
- Так я и не Инга, - соглашаюсь.
- Уф! А я думаю: память мне изменяет или глаза плохо видеть начинают?
- Это моя подруга Маруся, - представила Вика.
Мужчина накрыл на стол и сразу предупредил:
- У меня гостей селить некуда, потому жить будете в доме тетки Зои Перетягиной, а столоваться у меня.
- А эта тетка Зоя не будет против? - уточняет Виктория.
Дядя Костя улыбается в усы.
- Думаю, нет. Она уже четыре года, как отошла.
- Куда? – недоумевает подруга.
- В мир иной, -подсказываю я.
- Как же мы у нее жить тогда будем?
- Дом-то пустой стоит.
- А родственники не будут возражать?
- Так я ее единственный родственник. Не то племянник, не то сын.
- Как так?
- А вот послушайте.