В биографии Антона Павловича Чехова есть один (хотя на самом деле он далеко не один, но сегодня мы остановимся на конкретном) интересный момент. В 1899 году император Николай II лично подписал указ о даровании ему потомственного дворянства. Однако об этом долгое время даже было неизвестно. Почему и отчего же Чехов не принял титул?
Чехов не был потомственным дворянином. У него не было даже капитала, который позволил бы спокойно заниматься литературным творчеством.
Годы жизни Чехова пришлись на те времена, когда в России происходили существенные перемены в культурной жизни. Сформировался особый общественный слой – интеллигенция. К нему относился и Чехов. Отец его в то же время относился к купечеству, он был купцом третьей гильдии, то есть мелким лавочником. Но будущий писатель с ранних лет не проявлял любви к предпринимательству. Он стал не торговцем, а врачом. А позже оставил медицину, посвятив себя литературной деятельности.
Как свидетельствуют мемуаристы, Александр III читал чеховские рассказы вслух; посмотрев на сцене придворного театра «Предложение» - это было в 1889 году, - он «много смеялся» и просил передать Чехову особое благоволение. Позднее, судя по дневниковым записям директора императорских театров В. А. Теляковского, царская семья посетила представления всех чеховских пьес, от «Дяди Вани» до «Вишневого сада». Все это, нужно думать, также учлось при награждении «потомственного дворянина» Антона Чехова.
В императорской семье Николая II часто читали произведения Чехова, и даже иногда ставили по ним домашние спектакли.
Так император в 1899 году, как мы уже говорили, решил даровать одному из любимых авторов дворянское звание. Однако он был не то, чтобы отвергнут, а просто проигнорирован писателем. Антон Павлович никак не отреагировал на появление этого указа и вообще нигде о нем не упоминает, хотя прекрасно знал о его существовании. Только в записной книжке: «Желание служить общему благу должно непременно быть потребностью души, условием личного счастья; если же оно проистекает не отсюда, а из теоретических или иных соображений, то оно не то».
Указ о даровании Чехову потомственного дворянства был написан тем причудливым, ненатуральным языком, какой употреблялся на Руси только для царских указов,- языком, закрученным в завитушки и кружева
Поскольку в России нельзя было жить совершенно без всякого чина - или, как говаривал Чехов, «без никому», - то был у него и чин, как бы заимствованный из собственных рассказов: отставной сверхштатный младший медицинский чиновник.