Детство моей мамы пришлось на военные годы. Она была совсем маленькая, но отдельные воспоминания врезались в её память яркими картинками.
Мне мама часто рассказывала о войне. Я слушаю в оба уха, поскольку такое сейчас редко услышишь.
Когда немцы вошли в ее деревню, они были самоуверенными и веселыми. Часто играли на губной гармошке и жарили кур в своей комендатуре.
Продукты у населения они не отбирали, а просто просили. Вряд ли кто осмеливался в то время что-то не дать. Давали в основном яйца, молоко, сало.
Офицер всегда ходил в перчатках и тщательно протирал каждое яйцо перед употреблением. Молоко же немцы просили сначала пригубить хозяев, а потом пили сами, поскольку боялись, что их отравят.
Маме тогда было 7 лет. Они с подружками сидели на завалинках и лузгали семечки. Гитлеровцы называли семечки сталинским шоколадом, и часто просили девчонок отсыпать им несколько горстей этого лакомства. Тогда моя мама первый раз в жизни попробовала шоколад. Один из немцев, наверное, усовестился, что так часто берет у девочек семечки, поэтому дал моей маме и ее подружке пол плитки настоящего шоколада.
Совсем другое дело было, когда немцы отступали через эту же деревню. Лица у них были хмурые, и на губных гармошках они уже играли редко.
Они опять ходили по деревне и выпрашивали поесть, но им уже не давали. Говорили, что самим есть нечего. Но даже в то время немцы насильно ничего не отбирали. Нужно отметить, что в той местности, где жила мама, леса были редкие и небольшие - партизанам прятаться было негде, поэтому немцы довольно мирно соседствовали с местным населением. Они просто не хотели восстанавливать людей против себя. Но есть им все же хотелось, поэтому они придумали следующее. Как-то вечером взвод немцев походил по дворам и задержал десяток мужчин. Их заперли в сарае и объявили, что отправят эшелонами в Германию. Если сельчане этого не хотят, то должны дать столько-то яиц, несколько свиней, сала и прочего.
Все понимали , что немцам не до отправки людей в Германию, но проблем наживать не хотели, поэтому и выдали немцам то, что они просили. Мужчин сразу же освободили.
Мама в конце каждого рассказа говорит, что война – страшное дело и лучше плохой мир, чем любая победоносная война.
Другие мои рассказы: