В сериале нам показали султана Сулеймана как общительного, деятельного и рассудительного мужчину. Не акцентируется внимание на его мнительности, но демонстрируют панический страх перед собственным отцом султаном Селимом. Он боялся как его самого, так и стать похожим на него. Прозвище «Грозный» («Беспощадный») уже говорит о том, какой славой пользовался этот падишах. По восхождению на престол он приказал умертвить своего отца, братьев и племянников (чего раннее никто не делал, внуки султана после казни своих отцов – шехзаде оставались живы), самому младшему из которых было от силы пять лет. При этом сам новоиспеченный повелитель сидел в соседней комнате и слушал их крики. Селим казнил своих чиновников настолько часто, что в народе появилось проклятие «Быть тебе Визирем при султане Селиме». Разумеется, что просто наличие такого папаши – уже психическая травма. Поэтому отличительная черта сериального и исторического Сулеймана – мучительный страх перед собственным отцом.
Вследствие чего появляются такие черты, как мнительность, недоверие, паранойя. В сериале не стали на этом зацикливаться, но историки описывают личность Сулеймана Кануни как опасливого, осторожного, замкнутого меланхолика «не от мира сего», он сочетал в себе качества, присущие жестокому тирану – не задумываясь казнил всякого, кто мог оказаться угрозой его жизни и власти. При этом чем старше он становился – тем мнительнее. В свои последние годы он создал особую дворцовую стражу – бостанджи.
Однако вместе с тем - как большого любителя женщин, временами благодушного, гордого и вспыльчивого, который существенно отличался от своих предшественников бо̀льшей цивилизованностью, ему были близки быт и традиции европейских монарших дворов - повседневная жизнь Сулеймана во дворце, с утра до вечера, следовала ритуалу, сравнимому в его детальной точности с ритуалом французских королей в Версале.
Сериальный султан и исторический – немного разные люди. Первый – экстраверт, холерик – меланхолик, но скорее холерик. Исторический – интроверт, больше меланхолик, но холерический темперамент также присутствует. В «Великолепном веке» не стали сильно акцентировать внимание на осторожности и безжалостности султана, он категоричен и правомерен, но не жесток. Исторический падишах был более беспощадным, судя по описаниям, и гораздо более опасливым. Могу предположить, что в детстве и юности он видел, как правит и ведет себя его отец, и это оставило жирный отпечаток на его личности.