За последние десять лет (да-да, не только во время пандемии) произошло самое поразительное изменение в повседневной жизни студентов и школьников - это то, что она исчезла. На протяжении десятилетий коридоры и аудитории школ и ВУЗов были заполнены группами обучающихся, приветствовавших друг друга, оживленно беседовавших и общавшихся.
Теперь, как правило, обучающиеся ходят по учебному заведению в одиночку, и в основном, если не полностью, молчат в минуты перед началом урока. Это молчание обычно не показатель серьезных студентов, просматривающих записи с лекций или домашнее задание. Молчание возникает из-за того, что, по-видимому, обучающиеся полностью поглощены своими мобильными телефонами. Это новый звук тишины.
Ловушка для смартфонов
Социальные психологи Джонатан Хайдт и Джин Твенж называют это "ловушкой для смартфонов". Они используют эту тревожную метафору, потому что подозревают, что именно такие социальные последствия использования смартфонов и социальных сетей привели к хорошо документированному и драматическому всплеску одиночества среди подростков с 2012 года, который был первым годом, когда большинство детей стали владельцами смартфонов (к 2016 году более 83 процентов подростков ежедневно пользовались социальными сетями).
Чтобы проверить эту гипотезу, Хайдт, Твенге и их коллеги изучили ответы на вопросы о школьном одиночестве более одного миллиона 15- и 16-летних подростков из 37 стран в рамках Программы международной оценки учащихся (PISA). PISA, находящаяся в ведении Организации экономического сотрудничества и развития, включала вопросы, касающиеся школьного одиночества (в 2000, 2003, 2012, 2015 и 2018 годах). Они рассудили, что если смартфоны и социальные сети играют заметную роль в этой вспышке одиночества, то подростки в этих странах должны демонстрировать одинаковые тенденции.
Всемирный рост подросткового одиночества
Исследования показывают, что в период с 2012 по 2018 год подростковое одиночество увеличилось в 36 из 37 стран. Единственным исключением была Южная Корея, где подавляющее большинство (87%) владели смартфонами до 2012 года.
В более широком смысле подростковое одиночество удвоилось по частоте во всем мире, как измерено PISA, между 2000 и 2018 годами, причём подавляющее большинство роста произошло с 2012 года. Таким образом, Хайдт, Твенге и их коллеги пришли к выводу, что рост подросткового одиночества, по-видимому, является частью широко распространенного явления во многих других странах.
Они также предоставили доказательства того, что использование смартфонов и социальных сетей значительно коррелировало с этими паттернами, в то время как ни один из набора других правдоподобных переменных не говорил об этом. Они рассматривали безработицу, неравенство доходов, ВВП и неполные семьи как возможные независимые переменные, но ни одна из них не была существенно связана с подростковым одиночеством, а безработица вообще была отрицательно коррелирована.
Размышляя о южнокорейском исключении, Хайдт, Твенге и их коллеги предполагают, что влияние на подростковое одиночество может быть в такой же степени групповой динамикой, как и влияние на доступ людей к новым технологиям или использование их. Они предполагают, что как только смартфон (и социальные сети) используют 3/4 подросткового населения, может произойти сдвиг в социальных нормах. Таким образом, в мире, где даже если подросток не имеет доступа к этим технологиям или не использует их, их широкое использование приводит к социально исключительной культуре, в которой онлайн-взаимодействие станет предпочтительной формой социального контакта. И ещё учёные отмечают, что во всем мире этот паттерн, по-видимому, оказывает большее влияние на женщин, чем на мужчин.
Читайте также: Вы в отношениях, но всё равно чувствуете себя одиноко?
Материалы статьи: Smartphones, Social Media, and Adolescent Loneliness
Больше публикаций на эту тему по хэштегу #социальные сети_давай обсудим #детская психология_давай обсудим