Любка, после ухода Александра, немного посидела за столом и засобиралась в Зорино.
- Нужно к матери с отцом сходить, и заодно разузнать, что там в садике эти клуши про меня болтают, а то и правда ещё в опеку обратятся, тогда хлопот и позора не оберёшься.
Она быстро собралась и пошла в Зорино. Войдя во двор к родителям застала отца за уборкой в хлеву, она обратилась к нему.
- Добрый вечер пап.
- Ой дочка, привет, какими судьбами к нам пожаловала.
- Да дай думаю схожу, узнаю, как вы тут поживаете, мама где.
- В доме, на кухне что-то стряпала, ей опять нездоровиться, давление скачет, почти весь день лежала, только к вечеру немного расходилась.
- Ну я пойду её проведаю.
- Иди, иди, а я пока тут управлюсь, ты может хоть корову подои пока здесь, помоги немного матери. Вот думаю продать её, да мать ни в какую не соглашается.
- Хорошо пап, буду уходить подаю.
Она заспешила в дом.
- Значит мать ничего не знает, раз целый день лежал, сама она ни куда пойти не смогла, а к ней никто ни ходит, подруг у неё кроме свекрухи не было. Ну да это и к лучшему, меньше будет мне на мозги капать.
Мать варила на электрической плите картошку, услышав стук прикрываемой двери обернулась.
- Любаша, здравствуй дочка. Ты, наверное, за Леночкой в садик ходила, а где же внучка?
- Здравствуй мам.
Любка подошла и поцеловала мать.
- Да нет я в саду не была, Ленку сегодня в больницу забрали.
- Как забрали, а ты почему не с ней, не пустили, что-то очень серьёзное?
Засыпала мать Любку вопросами.
- Да обварили её там, а всё на меня хотят спихнуть, мол с утра не доглядела и такую в сад привела. А она здоровенькая была, вот ведь какие мам, не хотят вину на себя брать.
Врала Любка, скрывая то что Лена опрокинула на себя кружку, с кипятком, который она приготовила себе для чая.
- Ну а ты чего не с ребёнком.
- Так не сказали мне ничего, говорят найти меня не смогли. А что меня искать если я дома всё время.
Опять врала Любка, они в этот день с Иркой были у её подруги в Кочетовке.
- Они Настю нашли, и она поехала с Ленкой в больницу, сейчас там с ней находиться. А этот её муженёк, примчался ко мне и давай на меня орать, что я плохая мать, что дом загадила и за ребёнком не слежу. Кричал что Ленку после больницы они мне не вернут, а если буду настаивать на том чтобы её забрать, то опеку на меня натравят.
- Вот злыдни, ты погляди на них, это они специально, чтобы Витька не тебе деньги слал, а им, видать своих мало, чтоб они ими подавились.
- Я так думаю мам, у Настьки детей нет, и уже по всей видимости не будет, так они к моей Ленке подлабуниваются. Ну пускай пока у них поживёт, я возражать не стану, а как подрастёт, тогда я её к себе заберу. Как подрастёт то и хлопот с ней поменьше будет. Правильно я решила мам?
Говорила Люба Матери как бы оправдывая этими словами такое своё решение.
- Люб, ты что сдурела, они ребёнка у тебя заберут и больше назад не вернут, ты хоть это понимаешь. Нет я завтра схожу в Ольховку, к сватье дорогой, да прочищу ей мозги, чтобы она своего сыночка полоумного остепенила. А не уймутся, так я в милицию заявление напишу, что украли ребёнка у матери и отдавать не хотят. И в садик завтра схожу, я им там всем покажу, засужу негодяек за то, что ребёнка не доглядели.
Любка поняла, что она со своим враньём может попасть впросак, а мать испортить ей все планы, и помешает хоть на время избавиться от Ленки. Стала уговаривать её никуда не ходить, но Варвара была непоколебима в своих намерениях. Ничего толком не добившись, Люба подоила корову и ушла домой. к Ирке в этот вечер не пошла, понимала, что эти дни нужно быть трезвой, а то мало ли что Александр мог уже сделать, может правда в опеку обратился.
На следующий день, едва рассвело, Варвара засобиралась в Ольховку. Придя к Зацепиным, она, не здороваясь с порога налетела на Татьяну.
- Это что вы тут надумали, а, хотите у моей дочери ребёнка отобрать, на всё село её ославить. Что, Настя ваша разлюбезная пустопорожней оказалась, так вы мою внучку хотите к рукам прибрать. Я вам покажу, я на вас всех заявление в милицию напишу, пересажаю к чёртовой матери.
Татьяна глядела на красное от злости и натуги лицо бывшей подруги и никак не могла взять в толк о чём она говорит.
- Варь, постой, успокойся, а то тебя приступ схватит, тебе ведь нельзя волноваться. Да объясни всё толком, а то кричишь, а я понять не могу о чём.
- Воды дай.
Прохрипела Варька и опустилась на стул, что заботливо придвинул ей Сидор.