Часть 1
Наталья, как во сне, доехала до вокзала. Мысли путались, невыплаканные слезы стояли в глазах. Из-за них она плохо видела, шла, не разбирая дороги, толкая прохожих. Вслед ей летели ругательства и грубые слова. Она не обращала на них внимания, не слышала. Ей казалось, что она осталась там, в дверях своей квартиры, раскололась на мелкие осколки - не собрать в одно целое.
До автобуса в посёлок ещё полчаса. Наталья встала возле газетного киоска, глядя в одну точку, ничего не видя перед собой.
«Приеду, и мама скажет, что так и знала. Не послушала её, вышла замуж за Владимира. Если бы я знала… Как тяжело. Я не думала, что бывает так больно. Оставаться здесь всё равно не могу».
Мимо прошла девушка в облаке духов. Наталья вздрогнула. Даже огляделась. Точно такой же запах был в квартире, когда она вернулась домой раньше времени. Отпросилась с работы, потому что разболелась голова. Мечтала прийти и лечь на диван, вытянуть ноги, принять таблетку и уснуть.
Ей не нужно было вспоминать. Картина застряла в мозгу, стояла перед глазами.
***
Наталья мучилась головной болью с утра. Начальница отправила её домой после обеда. Всё равно нет проку от её вялой работы.
Она открыла дверь в свою квартиру и замерла, почувствовав чужой запах дорогих духов. Он раздражал ноздри, дразнил, тревожил душу. В глаза бросились красные туфли посреди прихожей. Они небрежно валялись, скинутые второпях.
Наталья смотрела на них, вдыхала запах духов и уже понимала, что увидит там, за дверью. Она стояла и не знала, что делать: уйти, крикнуть, предупредить, что пришла, или ворваться в комнату без предупреждения и увидеть в постели мужа с другой женщиной? «И что я сделаю?»
В этот момент из-за двери раздался грудной счастливый смех и игривое рычание мужа. Наталья очнулась и открыла дверь в комнату.
На диване лежал муж, а верхом на нём сидела девушка и медленно покачивалась. Его руки застыли на плавных изгибах её спины. Чёрные волосы водопадом струились ниже плеч. Девушка выгнула спину и вздохнула, а муж застонал.
Наталья приросла к полу, стояла и смотрела, забыв дышать. Девушка, наверное, почувствовала её взгляд и обернулась.
- Не останавливайся, — тихо просил её муж.
Несколько мгновений Наталья с девушкой не отрывали глаз друг от друга. Потом она развернулась и выбежала из квартиры.
Она шла, не разбирая дороги. И запах духов преследовал её. Он въелся в кожу, волосы, одежду, слизистую носа. Наталья задыхалась и шла, пока не оказалась на автовокзале. Решение пришло само собой – поехать в посёлок к маме. В городе оставаться не было сил.
***
Вдруг кто-то тронул её за руку. Наталья вздрогнула, очнулась и повернула голову. Рядом с ней стояла цыганка неопределённого возраста, в яркой цветастой одежде, голова повязана синим платком, из-под которого выбивались чёрные с проседью кудри.
- Дай, погадаю. Всю правду скажу, — сказала она и развернула руку Натальи ладонью вверх.
- Не надо, я сама всё знаю, — равнодушно ответила она и попыталась вырвать руку из цепких пальцев цыганки.
Не тут-то было. Та вцепилась ещё крепче и строго посмотрела в глаза девушке. «Бесполезно. Не отстанет. Пусть говорит и отвалит». Наталья перестала вырываться. Цыганка мельком посмотрела на ладонь правой руки.
- Неприятности вижу. Обман. Тебя обманули и ты обманешь. Вижу, ребенок у тебя скоро будет.
Наталья хотела посмеяться, сказать, что даже не беременна.
- Не перебивай, слушай. - Будто прочитала её мысли цыганка. - Ребенок - твоё спасение. Всё наладится. О худом не думай. Хорошая жизнь у тебя, длинная. Иди. – Цыганка отпустила руку Натальи и головой кивнула в сторону автобусной остановки.
Наталья послушно пошла и встала в конец уже выстроившейся на посадку в автобус очереди. Полезла в сумочку за билетом и тут только обнаружила, что нет обручального кольца. Плотно сидело на пальце. Она его никогда не снимала. Даже когда мылась, оно не соскальзывало. А тут не почувствовала, как цыганка сняла его. Наталья посмотрела на киоск, по сторонам. Цыганки не видать. Уже и след простыл. «Может это и к лучшему», — подумала Наталья.
Но этот случай ее отрезвил. Она пришла в себя и зажала сумку подмышкой. «А то растаяла, как мороженное на солнце».
В автобусе было много свободных мест, все старались сесть впереди, чтобы меньше трясло и пыль не глотать. Наталья наоборот, прошла в самый конец салона, чтобы никто не мешал ей предаваться своему горю. Она посмотрела на молоденькую девушку с переносной люлькой в руках. Она села в середине салона. «С таким малышом в автобус села. Отчаянная. Может, как и меня, нужда гонит». И она тут же забыла про девушку с ребенком. Ей своих забот хватало. Но головная боль, нервное потрясение, равномерное гудение мотора автобуса укачали, и Наталья задремала.
На конечной остановке, перед посёлком, из автобуса выходили только несколько человек. Наталья не спешила, она пропустила всех и последняя пошла к двери.
- Девушка, не знаете, чей ребенок? – окликнул ее водитель.
Он прошёл в салон посмотреть, не забыл ли кто свои вещи, не намусорил ли. Заметил между креслами люльку.
Наталья помотала головой, дошла до дверей, уже хотела спуститься по ступенькам, но вернулась и заглянула в люльку. В ней спал кроха в голубом комбинезончике.
Тут только в памяти возник образ совсем молоденькой мамаши, лет восемнадцати, не больше. Скорее всего, вышла по дороге и специально оставила ребенка.
- И что мне с ним делать? – Беспомощно развёл руками водитель.
- Наверное, в полицию надо отнести. Дайте мне его, я его сама отнесу, чтобы нашли мамашу...
Водитель растерянно посмотрел на Наталью, ребёнка. Ему явно не хотелось с ним возиться. Она не уговаривала, просто стояла и ждала. «Ни в какую полицию его не понесу. Наверное, о нём мне говорила цыганка», — сразу решила Наталья. Водитель с сомнением посмотрел на неё. Обрадовался, что не придется возиться с младенцем, помог вынести люльку из автобуса.
По улицам поселка Наталья шла, не прячась от людей. Она здоровалась со знакомыми, стараясь не замечать косых взглядов. Наверное, сарафанное радио опередило её, потому что из ворот дома, навстречу выбежала мама. «Донесли уже!» - Догадалась Наталья и приготовилась к обороне.
- Дочка! Ты не писала мне, что... – Начала причитать мама.
- Мама. Давай в дом войдем, — устало сказала Наталья.
Дом у них деревянный, добротный. У отца были золотые руки, всё сам сделал, обустроил хорошо. Он умер три года назад.
А муж Натальи совсем не хотел и не умел ничего делать: ни забор подправить, ни крышу починить, ни огород вскопать. Поэтому перестал ездить к тёще, чтобы не позориться и не выслушивать упрёков.
Наталья медленно поднялась на крыльцо, зашла в дом и поставила люльку с младенцем на диван. Ребенок хоть и маленький, но нести было его тяжело и неудобно.
- А где же вещи твои? А почему одна? Где Володя? Почему не сообщила мне про ребёнка? У меня для него ничего нет. А молоко у тебя есть? – Мама внимательно посмотрела на Наталью. – А ну-ка, присядь, рассказывай
И Наталья всё рассказала. И про измену Владимира, и про цыганку, и про кольцо. Чего таить? С кем же и поделиться бедой, как не с мамой.
- А ты ее узнаешь, эту девушку, если увидишь? – Мама качала головой и хваталась за сердце.
- Я её мельком видела. Обычная. Вряд ли узнаю. Специально, наверное, села в автобус, чтобы оставить ребёнка, а сама вышла по дороге.
- А зачем ты его взяла? В полицию надо отнести. Пусть ищут мать.
- Потом, мама. Надо подумать, чем кормить его, — Наталья устало откинулась на спинку дивана.
- Нет. Надо сразу отнести, пока спит. Ты ушла от Владимира, а как, и где жить собираешься? А если мамаша опомнится? Ну, как искать ребёнка начнёт? Это не иголка, не спрячешь в стоге сена. Что люди скажут? Беременной тебя не видели, а теперь с ребёнком приехала. Сразу поймут, что украла его.
- Мама, перестань! Я его не крала! Лучше сходи в магазин или аптеку, купи смесь детскую. – Наталья забылась и начала повышать голос.
А ребёнок в люльке проснулся, зашевелился и залился плачем, похожим на мяуканье котёнка.
Продолжение следует