В последнее время от американских детективных сериалов у меня все чаще остается впечатление, что меня обманывают (если не сказать иначе) и вместо детектива с фоновыми социальными проблемами и личными драмами героев, я смотрю сериал про популярные социальные темы и личные драмы героев с фоновым детективом.
В «Мейр из Исттауна» социалка была, и #драма была, но не в ущерб детективу, в «Бескрайнем небе» детектив потерялся за общей абсурдностью сюжета, а вот «Кларисса» - это просто апофеоз всех громких вопросов, либерализма, толерантности и прочих животрепещущих тем американского демократического общества. Один из бросающихся в глаза примеров этого – состав группы Крэндлера: 1 белый, 1 женщина, 1 индус, 1 латино и 1 афро как полуофициальная помощница, что называется, чтобы никому не было обидно. Здесь каждая реплика, затрагивающая внутренние проблемы персонажей и социальные темы – как готовый слоган для рекламы, политической пиар-компании или чего угодно еще, но для детектива это чересчур. На выходе всё это настолько прилизанно, правильно и выверенно, что воспринимается бездушно (что касается переживаний за героев) и душно (что касается чрезмерной идеальности и приторности происходящего).
Итак, Кларисса Старлинг после нашумевшего дела Баффало Билла возвращается в ФБР: здесь ее ждут поддержка в лице прокурора (она же мать выжившей жертвы Баффало Билла), скепсис со стороны Пола Крэндлера, настороженность со стороны коллег и необходимость посещать психиатра.
Первое дело, на которое выезжает Кларисса с новыми напарниками, наводит на мысль о маньяке и вскоре эта гипотеза подтверждается – находят тела других жертв. При этом Старлинг мучают нестыковки, невозможность выстроить цельный психологический портрет преступника, из-за чего она приходит к выводу, что «маньячный» след – фальшивый. Все жертвы – женщины, родившие детей с патологиями, именно эта общая особенность привела группу Крэндлера к идее поиска медиков, у которых наблюдались погибшие. Но в процессе #расследования оказывается, что след ведет еще дальше, не к самим медикам, а к тем препаратам, которые они используют, а именно к новому медикаменту «Репризол», разработанному фармгигантом.
Тем временем дочь прокурора не может справиться с пережитым в плену у Баффало Билла, периодически названивает Клариссе, из-за чего та тоже теряет покой и душевное равновесие. Работа с психиатром не дает никаких улучшений, мало того, Кларисса чувствует себя сильнее и умнее своего терапевта, поэтому бросает консультации, но новые испытания вынуждают ее вновь обратиться к врачу и уже со вторым специалистом она находит общий язык и путь к выздоровлению. Правда и здесь возникает загвоздка – Старлинг сталкивается с обрывочными воспоминаниями из детства, они ни о чем конкретном, но вызывают тревогу и подозрения, что тот идеальный образ отца, который сопровождал ее всю жизнь и был ей опорой – не более чем фикция. Так что к рабочим проблемам, полученным в ходе спецопераций психологическим и физическим травмам, добавляются еще и тайны прошлого.
Следуя своим принципам и поддаваясь своим комплексам, Кларисса не один раз рвется в бой, в одиночку ввязывается в опасные авантюры, но выглядит это, как я уже говорила, бездушно, потому что воспринимается это как ожидаемый сценарный ход, и Старлинг в любом случае выпутается из всех неприятностей, потому что – а как иначе?
Вкупе со всеми речами о справедливости, равноправии и принятии себя «Кларисса» запомнится не как история агента Старлинг, ее борьбы с внутренними демонами и преодоления страхов, а как гимн всем современным течениям, BLM, национальным и прочим меньшинствам, против которых я ничего не имею, но зачем же преподносить этот #сериал как #детектив, как продолжение в духе «Молчания ягнят», если основная тема вовсе не эта.