Никто из окружающих даже не представлял, как сильно, где-то в горле, бьется сердце, когда, следуя правилам, Роксолана отправляла сыновей в военные поход с повелителем. Внешне, как этого требовали правила, смотрелась спокойно. Но едва шехзаде вместе с падишахом покидали дворец, давала волю чувствам, хотя сделать это было очень сложно. Одна она никогда не оставалась, не полагалось, лишь только когда молилась.
В эти моменты просила всех выйти, падала на колени, поднимала руки к небу и шептала известные ей с детства молитвы в надежде, что Христос спасет ее дорогих деток. Ведь Господь все видит и все знает, а матушка-заступница, потерявшая сына, обязательно защитит юных воителей от гибели.
В эти моменты в ее сердце начинало шевелиться нечто похожее на сострадание к своей вечной сопернице Махидевран. Ведь у нее только один сын Мустафа, а у нее их четыре! Впрочем, это вовсе не значит, что потерять их будет не больно. Но как бы там ни было, Хюррем очень гордилась своими мальчиками, особенно, когда они важно ехали рядом со своим отцом и также как он внимательно посматривая по сторонам. С каким достоинством они несли меч Османа и с какой радостью по возвращению рассказывали ей о своих подвигах! В подобные моменты она счастливо улыбалась и говорила:
— Ах, какие у нее прекрасные дети, настоящие наследники своего великого отца и не запятнают его расшитый кафтан.
В душе же проклинала жестокий мир, куда случайно попала...
Рокослана всегда знала все, что о ней говорили в кулуарах дворца недоброжелатели. Ее упрекали во многих грехах, но никто и никогда не сказал, что была плохой матерью и воспитала недостойных детей, которые не уважают своих родителей и трусливо ведут себя на поле боя. Все знали — шехзаде, рожденные ею от султана идеальны в своем поведением, отличные воины и высокообразованны.
Когда родился Мехмет, все вокруг были уверены — мальчик не жилец. Она и сама не верила, что ее первенец выживет. Никогда не забудет, как акушерка подала ей новорожденного. Рожденный намного раньше срока, малыш в аккурат умещался на ладони. Было страшно его брать на руки, не говоря уже о том, что пеленать или купать. Крошечный комочек с маленькими морщинистыми кулачками и красненьким личиком.
Молодая мама внезапно вспомнила, как у нее на родине таких вот недоношенных малышей заворачивали в теплую овечью шерсть и приказала принести руно ягненка. Привязывала его к животу и так носила, хотя это было очень тяжело.
Ведь султан жаждал ее каждую ночь и ему было все равно, каково это оставлять слабенького ребенка на попечение чужих рук. Это просто счастье, что эти руки принадлежали Дайе-хатун, полюбившей шехзаде Мехмеда, как родного ребенка. По несколько раз в день они с не по очереди растирали ему ручки, ножки и спинку, делая все так, как читала у Гиппократа и как делали повитухи в родном Рогатине...
Валиде посмотрела на нее как на сумасшедшую, но Настасе не было никого дела до султанши. Ибо она понимала — в этом крошечном комочке заключается ее будущее. Более того, даже загадала — будет жить Мехмед, будет жить и она. И чудо случилось! Малыш довольно быстро окреп и, благодаря стараниям заботливой родительницы, догнал в физическом развитии своих ровесников. А уж в умственном развитии и вовсе обогнал многих…
Хюррем не сомневалась — именно его Сулейман объявит своим наследником. Подтверждением тому было внезапное назначение Мехмеда в Манису. Доброжелатели донесли, как ее проклинала Махидевран, хотя видит Аллах, ее вины в этом не было. Султану надоели постоянные доклады о том, какой роскошный образ жизни ведет там Мустафа, сколько тратит денег и как ведет себя.
Санджак на глазах приходил в упадок. Об этом почему-то Махидевран, всеми силами желающая превзойти Хюррем, как-то забыла. Неужто в ее глупой голове даже на миг не возникало мысли, что сыну не следует такими темпами увеличивать потомство, а думать о благосостоянии вверенной ему территории!
Ясное дело, наследники империи нужны, но не в таком же количестве! Только успеваешь отправлять подарки в Амасью и поздравлять с рождением очередного младенца. Хюррем уже сбилась со счета, сколько детей произвел на свет Мустафа. Порой создавалось впечатление, что его главная задача заниматься детопроизводством, ну, чисто бык в деревенском стаде, захихикала она, представив надутого принца.
Недавно, к примеру, родилась очередная девочка, которую нарекли Нергис-шах. Хорошо, еще что опять девочка, иначе амбиции Махидевран раздулись бы не вероятных размеров. Как она гордилась, когда у нее родился первый внук, которого сам повелитель нарек своим именем. Хюррем едва не захлебнулась от злости. По сей день удивляется, как сумела сдержать чувства…
Ну ничего! Скоро у нее будут внуки. Шехзаде Мехмед, отправляясь с отцом в военный поход на остров Корфу, пообещал, что сделает ее бабушкой. Если подобное случиться, она будет очень счастлива..
Конец второй книги
Публикация по теме: Меч Османа, Книга вторая, часть 59
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке