Уезжать в другую страну всегда грустно. На родине ты неизбежно оставляешь книги, друзей, воспоминания… Я шла по городу, в котором прожила всю жизнь, и понимала, что каждый его уголок связан с моим прошлым. В этом парке я однажды красила ногти на ногах, так как по дороге на важную для меня вечеринку свежий педикюр смазался. На этой станции было моё первое свидание с мужем – он опоздал на полчаса, но я всё равно не ушла… Впрочем, ждала я не только мужа – недалеко от этого места однажды я целый час прождала свою лучшую подругу, которая из-за ливня попала в пробку. Это было в эру до сотовой связи, поэтому нам ничего не оставалось, как ждать или уходить. Я всегда ждала. Скорее всего, эта моя черта и мешала мне двигаться вперёд. Вот и сейчас я ждала, что моя подруга ответит на электронные письма, сообщения в контакте и всех возможных мессенджерах… Но она не отвечала. Уже десять лет как я ничего о ней не знаю. Если спросить, когда наша дружба дала трещину, то я, не задумываясь, отвечу – в то самое лето 2007 года…
Мою лучшую подругу звали Женя. Мы учились вместе на юридическом, и дружили с первого курса. Как и меня, родители отправили её на факультет в надежде на лучшее будущее. И так же, как и я, она абсолютно не знала кем она хочет быть. Довольно скоро мы поняли, что юриспруденция нас совсем не увлекает, но не решились пойти против воли родителей. Но, в отличие от меня, Женя и не думала делать вид, что собирается работать по профессии, и долгое вообще ничего не делала, благо родители были в состоянии и, главное, согласны её содержать.
Она жила в другом районе города, но часто навещала меня с дочкой, привозила ей красивые платьица и с удовольствием играла с малышкой. Мы, как и прежде, разговаривали обо всём, делясь самым сокровенным. Её единственным минусом, на мой взгляд, было то, что она была невероятно ревнивой, и не выносила любых моих приятельниц. Поэтому когда она приехала на следующий день после ливня, я ничего не стала рассказывать ей про свою новую знакомую, подозревая, что услышу в ответ недовольство и критику. К тому же на какое-то время я забыла обо всём – Женя приехала такая изменившаяся, что мне не терпелось её обо всём расспросить.
Свои длинные тёмные волосы она подстригла по плечи и обесцветила до медового блондина. Вместо привычных мешковатых джинсов и толстовки на ней было яркое приталенное платье с глубоким вырезом. И вообще – вся она выглядела иначе.
После дежурных приветствий и вручения новой игрушки Алисе, я наконец спросила:
- Рассказывай, с чего это вдруг ты так вырядилась. У тебя что, свидание?
Женя довольно улыбнулась и ответила:
- Да какое там – ничего не изменилось, ты знаешь.
Уже два года Женя встречалась с женатым мужчиной старше её на 15 лет. Он был достаточно известным музыкантом в нашем городе, поэтому все встречи с ним проходили тайно, они ни разу вместе нигде не бывали.
- Ну мало ли, - допустила я.
- Я на работу устроилась, - объявила Женя. – Не хотела тебе говорить, пока не прошла испытательный срок, вдруг бы не получилось.
- И что тогда, скрывала бы от меня? – обиделась я.
- Да ладно, не злись, - примирительно ответила она. – В смске всё не опишешь, хотела лично рассказать, а по телефону тебе вечно некогда –то Алиса, то муж твой, будь он неладен.
Женя не особо жаловала моего мужа и никогда этого не скрывала – считала его недалёким и скучным.
- Рассказывай тогда, не томи.
И Женя поведала мне подробно и в красках, как наша общая знакомая позвонила ей и предложила занять её место в одной фирме. Та знакомая поняла, что работа эта не для неё, но платили там очень хорошо – по нашим меркам просто сказочные деньги. Должность секретаря референта при директоре. Сначала Женя возмутилась – быть секретаршей ей совсем не снилось. Но знакомая её уговорила, сказав, что работа творческая и интересная, практически правая рука директора, с таким опытом потом можно хоть куда устроиться. И тут Женя поругалась в очередной раз со своим женатым возлюбленным, который заявил, что она бездельница и сидит на шее у родителей. В этих словах Жене послышался намёк на то, что устройся она на работу, может он и ушёл бы от жены к ней, а брать на себя роль папочки ему не светит. И Женя пошла на собеседование. Но накануне знакомая предупредила – у директора два требования насчёт помощницы: ум и женственность. С первым, по мнению обоих девушек, у Жени всё было в порядке, а вот над женственностью пришлось поработать. Так она преобразилась из девочки-подростка в эффектную молодую женщину. И этот образ ей очень шёл.
Мы проболтали весь день, и когда зазвонил домофон я напряглась, вспомнив, что Марина обещала занести вещи. А я ведь ни слова про неё не сказала подруге.
- Кто там ещё? – удивилась Женя.
- Понятия не имею, - соврала я.
Я спросила кто там, и с удивлением услышала, что это друг моего мужа Андрей. Нажав на кнопку, я пошла открывать входную дверь.
- Ну, кто там, - повторила Женя.
- Андрей, – растерянно ответила я. Понятия не имела, что он тут делал.
Увидев Женю, Андрей расплылся в улыбке – мою подругу он хорошо знал, раньше мы часто проводили время вчетвером, надеясь свести наших друзей. Правда, из этого ничего не получилось, но относились они друг к другу с теплотой.
- Женечка, как я рад тебя видеть. Ты потрясающе выглядишь, хахаля что ли отхватила? Чем занимаетесь, сплетничаете поди, да, нам, мужикам кости перемываете?
- Да, представь себе, - тем же тоном ответила Женя. – И ты знаешь, мы тебя не ждали.
- Ну чаем хоть напоите, а? Я и торт купил.
В руках у него действительно была коробка и какой-то пакет, но не из супермаркета, а из какого-то фирменного магазина.
Я взяла торт и пошла ставить чай. Они пока обменивались любезностями в комнате. Нам повезло, и Алиса ещё целый час спала, так что мы прекрасно провели время, вспоминая прошлое и обмениваясь новостями. Потом Женя засобиралась домой, и Андрею ничего не оставалось, как предложить её отвезти. На выходе он взял с пола пакет, который поставил в коридоре, и протянул его мне.
- Что это? – удивилась я.
- Потом посмотришь, - отмахнулся он.
Стоило мне закрыть за ними дверь, как проснулась Алиса, так что я только вечером заглянула в пакет. Там была пачка акварельной бумаги, пара холстов на подрамниках, набор пастели, акварельных и масляных красок, каких-то бутылочек и целый ворох кистей. У меня задрожали руки. Дело было не только в том, что всё это стоило неимоверных для меня денег, но и в том, что содержимое этого пакета словно сорвало замок с давно закрытой шкатулки, выпуская наружу неведомые мне чувства и желания…