"Первый раз я увидела Ю. П. Спегальского на реке Великой в лодке, которая перевозила псковичей на Завеличье у церкви Георгия со Взвоза. Он, вероятно, направлялся в Мирожский монастырь, где, по сведениям жителей, тогда жила его мама." Это из воспоминаний Натальи Николаевны Масленниковой, доктора исторических наук. Продолжим её описание Юрия Павловича:
Меня поразил его облик:
он был очень красив и необычен. Был одет в русское платье: полотняную рубаху крестьянского покроя и полотняные штаны. Русскому костюму он не изменял никогда. Иногда зимой он появлялся в музее в русской рубахе зеленого сукна с этнографической тонкой вышивкой.
Но у него была и необыкновенная прическа, которая теперь никого бы не удивила, но тогда такую прическу и бороду не носил никто, кроме Спегальского. Темно-русые густые волосы и такие же пышные брови выгорали и отрастали летом. И с ними контрастировала более темная прекрасная кудрявая не очень длинная борода с темно-рыжими крупными завитками у щек.
У него были серые очень серьезные глаза. Ему самому, наверное, казалось, что он похож на своих предков – русских мужиков и псковских ремесленников XVII века, а мне подумалось, что я вижу тургеневского героя, отправляющегося на охоту. В тот раз он был в высоких болотных сапогах. Потом мы много раз видели его в разных районах города и в окрестностях, где они вместе с женой, О. К. Аршакуни, писали этюды.
У него была коренастая мощная фигура микельанжеловской пластики, как бы высеченная из гранитной скалы. Его облик был скульптурен, одежда же придавала ему живописность, сходство с персонажами древнерусских фресок.
Несколько лет спустя
на Невском проспекте зимой я увидела мужика в полушубке, с красивыми яркими рукавицами за пазухой и подумала, что на такого человека хотел быть похожим Юрий Павлович. Когда мы поравнялись, оказалось, что это и был Спегальский, он тогда реставрировал здание Публичной библиотеки в Ленинграде.
Встречала я его и на Троицком (Кировском) мосту через Неву. Я понимала, что он только что спустился со шпиля колокольни Петропавловского собора и идет в институт археологии. Тогда он вместе с другими верхолазами и альпинистами работал на шпиле по его обследованию и реставрации. И весь город с замиранием сердца следил за смельчаками, возвращающими шпилю былую красоту.
Именно ему была поручена эта опасная работа, так как в начале Великой Отечественной войны он, реставратор, работал, по его словам "в качестве плотника и верхолаза по маскировке высотных точек города (куполов и шпилей)".
Он был сильным, бесстрашным, мужественным.
О первой встрече с Юрием Павловичем в блокадную зиму вспоминает Ольга Константиновна Аршакуни:
Сделав несколько шагов, я вдруг почувствовала дурноту. «Не дойти» - тоскливо мелькнуло в сознании. Площадь была пустынной, помощи ждать неоткуда. Сквозь пургу темнела громада собора. Его тяжелый силуэт медленно раскачивался и клонился то в одну, то в другую сторону. С трудом удерживая равновесие, я из последних сил сделала рывок. Палки выскользнули из рук, и, падая, я поняла: это конец. Мне не подняться. И в этот момент увидала над собой склоненное лицо моей покойной матери...
...Словно сквозь сон доносились обрывки фраз. – Помилуйте, куда привели такую? У нас нет мест! – Это говорила дородная женщина, вовсе не похожая на блокадницу.
Выяснилось, что для меня не хватает койки.
– Ее надо немедленно отправить в больницу.
– В таком состоянии и до больницы не довести!
Холодный пот, предвестник очередного обморока, начал покрывать лоб. А шум в палате все усиливался. Разгорелся спор.
И тогда человек, не принимавший участия в общем споре, молча поднялся с койки, что стояла в углу, и жестом указал на нее. В тот момент мне запомнились особенно его глаза — голубые, ясные, родниковой чистоты, какие бывают только у детей.
Я уткнулась в подушку, мысленно благословляя этого человека, сохранившего в безумном водовороте самое главное – сострадание, и тотчас провалилась в беспамятство...»
Позже они встретились, чтобы никогда больше не расставаться.
Ещё немного о Пскове и о Юрии Павловиче:
А о том, какой он специалист и преданный сын Пскова, у меня можно ещё почитать:
Спегальский Юрий Павлович. Помним ли его на самом деле?
Человеческий фактор это когда не по совести. К годовщине рождения Юрия Спегальского
О трагической судьбе Дома Печенко, "консервах" и архитектурных близнецах
Если покажется интересным, пожалуйста, давайте знать. Можно подписаться на канал. И подскажите, если что окажется не так или о чём еще надо будет написать. Спасибо.