В истории России были монархи как плохие так и хорошие. Некоторые, лишь кажутся плохими и были оболганы неблагодарными потомками. Но есть противоречивые фигуры, государственный вклад которых порой не так заметен, но на самом деле значителен. Иногда, если хорошо разобраться, эти правители вообще не те, кем кажутся на первый взгляд. В этой статье как раз пойдет речь об императрице, которая была историей незаслуженно недооценена и оболгана своими преемниками. Вспоминают о ней не часто и как правило в негативной форме. А зря.
Речь в статье пойдет об Анне Иоанновне - одной из четырех правительниц Российской империи. Анна Иоанновна родилась 28 января (7 февраля) 1693 года в семье царя Ивана (Иоанна) V Алексеевича и его супруги царицы Прасковьи Фёдоровны. Таким образом, она, в отличии от остальных трех императриц, была полностью русской. В то время как Екатерина II была полностью немкой, Екатерина I (Марта Скавронская) прибалтийской немкой, чье происхождение довольно туманно и даже не известно была ли она дворянского рода, а Елизавета Петровна была соответственно немкой наполовину.
С ранних лет царевне преподавали азбуку, арифметику, географию, танцы, французский и немецкий языки. По своим временам она могла бы считаться вполне образованным человеком.
В 17 летнем возрасте девушку выдали замуж за герцога Курляндского. Это был полностью политический брак затеянный Петром I. Однако замужество оказалось недолгим. Герцог Курляндский почти сразу умирает. С его смертью связан интересный слух. Якобы он поспорил с Пером I кто кого перепьет, выиграть спор не сумел, но количество выпитого привело к смерти.
Тем не менее Петр I все равно отправляет Анну в Курляндию где ей было выделено весьма скудное содержание. Там у Анны появляется фаворит. Это был Эрнст Иоганн Бирон. 28-летний курляндский дворянин Эрнст Бирон поступил на службу в канцелярию вдовствующей герцогини в 1718 году. То, что он был ее конюхом - полностью лживый слух распространенный недоброжелателями Анны по всей видимости уже после ее смерти.
После смерти Петра II Россия осталась без наследников мужского пола. Члены верховного тайного совета решают провозгласить императрицей Анну, но власть ее ограничить в пользу себя. Однако это продлилось недолго. Большое количество дворян не входящих в тайный совет были недовольны таким перераспределением власти и Анна быстро восстанавливает свои права с их помощью как самодержавная императрица. Она сразу же распускает верховный тайный совет и восстанавливает сенат.
Анну Иоанновну историки часто пытаются представить как вздорную онемеченную императрицу тратившую огромные деньги на балы и приемы. Однако современники о ней отзывались вовсе не так. Леди Джейн Рондо, супруга английского посланника при российском дворе, так описала Анну Иоанновну:
"Она почти моего росту, но несколько толще, со стройным станом, смуглым, весёлым и приятным лицом, чёрными волосами и голубыми глазами. В телодвижениях показывает какую-то торжественность, которая вас поразит при первом взгляде, но когда она говорит, на устах играет улыбка, которая чрезвычайно приятна. Она говорит много со всеми и с такою ласковостью, что кажется, будто вы говорите с кем-то равным. Впрочем, она ни на одну минуту не теряет достоинства монархини; кажется, что она очень милостива, и думаю, что её бы назвали приятною и тонкою женщиною, если б она была частным лицом. Сестра императрицы, герцогиня Мекленбургская, имеет нежное выражение лица, хорошее телосложение, волосы и глаза чёрные, но мала ростом, толста и не может назваться красавицею; нрава весёлого и одарена сатирическим взглядом. Обе сестры говорят только по-русски и могут понимать по-немецки."
Испанский дипломат герцог де Лириа оставил такое описание Анны:
"Императрица Анна… толста, смугловата, и лицо у неё более мужское, нежели женское. В обхождении она приятна, ласкова и чрезвычайно внимательна. Щедра до расточительности, любит пышность до чрезмерности, отчего двор её великолепием превосходит все прочие европейские. Она строго наблюдает повиновение к себе и желает знать все, что делается в её государстве; не забывает услуг, ей оказанных; но вместе с тем хорошо помнит и нанесённые ей оскорбления. Словом, я могу сказать, что она совершенная государыня, достойная долголетнего царствования."
Стоит отметить, что и другие императрицы тратили на приемы и балы из казны немалые суммы и Анна Иоанновна в этом от них совсем не отличается.
В период своего царствования Анна Иоанновна все время исправляет ошибки Петра I. В первую очередь - это восстановление флота. При Петре I корабли строились из сырого дерева и быстро пришли в негодность. Кроме того, в последние годы правления Петра I обслуживанию уже построенных и строительству новых кораблей не уделялось должного внимания. Плохо было и с подготовкой новых кадров.
Почти сразу с началом правления Анна издает указ: "О содержании галерного и корабельного флотов по регламентам и уставам", в котором "наикрепчайше подтверждалось Адмиралтейств-коллегии, чтобы корабельный и галерный флот содержаны были по уставам, регламентам и указам, не ослабевая и не уповая на нынешнее благополучное мирное время".
К этому времени было уже очевидно, что копировать принципы мореходства и строительства флота у голландцев как это делал Петр I было ошибкой. Будущее на морях было за Англией и именно оттуда приглашаются специалисты для постройки новых кораблей и подготовки их экипажей. В 1732 году под председательством вице-канцлера графа Андрея Остермана для реформы флота была учреждена Воинская морская комиссия, в состав которой вошли вице-адмирал граф Николай Головин, вице-адмирал Наум Сенявин, вице-адмирал Томас Сандерс, контр-адмирал Пётр Бредаль и контр-адмирал Василий Дмитриев-Мамонов.
Следующей исправленной ошибкой Петра I было восстановление порта в Архангельске и создании верфи на Соломбале. Надо отметить, что за период 1731—1799 годов в Петербурге (с Кронштадтом) было построено 55 кораблей, а в Архангельске — 100.
Старания Анны Иоанновны не прошли даром. В разгоревшейся войне за "польское наследство" в котрой французы пытались посадить на престол Речи Посполитой своего ставленника - Станислава Лещинского сказалось превосходство русской армии и флота.
Французский флот был разбит в Гданьске (Данциг) сам город взят. Лещинский бежал. А королем Речи Посполитой стал пророссийски настроенный Август III.
Следующей исправленной ошибкой Петра I было возвращение Азова, утраченного Петром I во время неудачного Прутского похода.
Никогда до этого русские не добивались таких успехов в войне с Османской империей и вассальным ей Крымским ханством. В 1736 году войска под командованием Миниха взяли штурмом Перекоп и заняли столицу ханства Бахчисарай, закреплению успеха помешала лишь эпидемия вспыхнувшая в его армии. Летом 1736 года крепость Азов была успешно взята русскими. В 1737 году удалось взять крепость Очаков. В 1736—1738 годах было разгромлено Крымское ханство. В 1739 году русские войска разбили осман под Ставучанами и овладели крепостью Хотин.
По Белградскому мирному договору с Османской империей 1739 года Россия вернула себе Азов, часть Правобережной украины, а также Российской стали Большая и Малая Кабарда на Северном Кавказе, Россия получала право построить крепость на донском острове Черкасе, значительная территория к югу от Азова была признана демилитаризованной буферной зоной между двумя империями. Россия могла бы добиться больших уступок от османской империи если бы не Австрия, которая в который раз уже подвела Россию, после ряда поражений от турок заключившая с ними сепаратный мирный договор.
Впечатленный успехами России, Ломоносов даже написал вот такую оду:
Михаил Ломоносов
Ода на взятие Хотина (фрагмент)
Россия, коль счастлива ты
Под сильным Анниным покровом!
Какие видишь красоты
При сем торжествованьи новом!
Военных не страшися бед:
Бежит оттуду бранный вред,
Народ где Анну прославляет.
Пусть злобна зависть яд свой льёт,
Пусть свой язык, ярясь, грызёт;
То наша радость презирает.
Имевшая мало прав на престол, императрица очень ревниво относилась к тому, что говорили в народе о её правах. Правда, в делах об оскорблении величества постоянно фигурирует имя ее фаворита - Бирона, но в этих случаях оскорблённой является сама императрица, а не Бирон. И позже, при императрице Елизавете, секли кнутом и резали языки тем, кто говорил об отношениях Бирона к её предшественнице. В деле Волынского фигурировала жалоба Бирона, но она была очень незначительным фактом среди массы других обвинений. Некоторые лица при Анне были, несомненно, обязаны своим избавлением от опалы Бирону (например, Куракин).
Рассказы о страшном корыстолюбии Бирона основаны главным образом на голословном утверждении историка Болтина, который утверждал что якобы Бирон забрал себе недоимки на многие миллионы рублей, а государство вконец разорил. Точно так же не доказано и выставленное потом Татищевым обвинение, что якобы Бирон при помощи Шемберга эксплуатировал в свою пользу лучшие русские горные заводы и другие промыслы. Но имеются доказательства того, что он неоднократно отклонял от себя крупные денежные подарки, очень обычные для того времени. Из подарков государыни самым крупным были 500 тыс. рублей, пожалованные ему по случаю заключения мира с Турцией, из которых, однако, он получил только 100 тыс. рублей.
Деятельность Бирона при Анне Иоанновне и степень его влияния очень мало поддаются точному определению. Во всяком случае, мысль о его регентстве потом была выдвинута не немцами, а русскими вельможами (кабинет-министр князь А. М. Черкасский, генерал-прокурор князь Н. Ю. Трубецкой, князь Куракин, граф Головин, граф М. Головкин и в особенности Бестужев-Рюмин).
Все злоупотребления власти при Анне Иоанновне патриотические представители российского общества XIX века стали связывать с так называемым засильем немцев при русском дворе, назвав бироновщиной. Архивные материалы и исследования историков не подтверждают той роли Бирона в расхищении казны, казнях и репрессиях, какую ему приписали позднее литераторы в XIX веке. Вероятной причиной столь одиозного представления о правлении Анны Иоанновны как сумрачной эпохе засилья немцев в среде дворянских интеллигентских кругов помимо деятельности Тайной канцелярии сыграло и то, что в 1730—1740 годах правительство централизованно и очень жёстко следило за налоговыми поступлениями, применяя военно-полицейские меры вплоть до ареста дворян и помещиков, у которых имелись недоимки или же обнаруживалось расхищение собранных денег.
Стоит здесь же отметить, что фаворитизм был присущ и другим русским императрицам, особенно Екатерине II и засилье иностранцев при дворе достигло своего апофеоза именно при ней.
Анна Иоанновна скончалась на 48 году жизни от мочекаменной болезни, чувствуя что умирает она своим преемником Анна Иоанновна объявила Иоанна Антоновича - малолетнего сына внучки Ивана V Анны Леопольдовны утвердив Бирона регентом.