Начало тут:
Мой немецкий брат часть первая
Мой немецкий брат часть вторая
Мой немецкий брат часть третья
Мой немецкий брат часть четвёртая
Тем временем стали появляться родственники с Наташиной стороны. Первым пришёл Борис, бывший Эммин муж. Когда-то он много пил, но как только они развелись, и он стал жить отдельно, то пить перестал. О причинах спрашивать не стоило, всё было понятно и без слов. Он был на пенсии, нигде не работал и всё своё свободное время, в основном, проводил возле компьютера, по которому смотрел канал Россия 24. По поводу нашего приезда он принарядился и выглядел так, словно пришёл на праздничное мероприятие. Наташа не успела его обо всём расспросить, как приехали Лена и Саша.
Лена, насколько я понял, была Наташиной двоюродной сестрой, а Саша – её муж. Оба они были в отличном настроении и было видно, как они по Наташе соскучились. Говорила в основном Наташа, она любит любую тему переводить на разговор о ней самой. Вот кто мог посоревноваться с Наташей количеством времени, потраченным на разговоры, так это Эмма, но Эмма в этот момент молчала, а Лена говорила мало. Но в главном они сошлись, - нам просто необходимо посмотреть, как они живут. Что касается Саши, то он был рад, что появился парень, с кем он может вместе попить пиво, и похвастаться своей машиной. Осталось только дождаться Каролины, чтобы мы могли поместиться все. Каролина подъехала минут через двадцать. Это была красивая, немного полноватая девчонка с озорной улыбкой и громким звонким смехом. Её мама, Лена, уезжала из России беременной. Каролина родилась в Германии и в Росси считается полноправной немкой. А вот власти Германии придерживаются иного мнения и дали Каролине двойное гражданство, причём у родителей подданство только Германии. Саму Каролину это нисколько не беспокоит, она хорошо говорит по-русски, с небольшим акцентом, но вот читать и писать не умеет. Родители не научили, а в школе русский язык не изучают.
Закончив первичные разговоры при встрече, мы высыпали на улицу. Саша посадил меня рядом с собой и резко рванул с места. Ему так хотелось быстрее добраться домой, поставить машину и глотнуть новый сорт пива, что он совершенно забыл, что женщины дорогу домой помнят несколько хуже. Пришлось ему по телефону объяснять, как правильно до дома доехать.
Сам Вупперталь образовался путём слияния шести городов, стоящих по берегам реки. Река Вуппер течёт в долине, а справа и слева, немного в отдалении лежат если не горы, то большие холмы. Эмма живёт на берегу, из её окна слышен шум воды, а вот Саша и Лена живут на холме, довольно высоко. Поэтому проехав по широким улицам равнины, Саша повел машину по петляющему полотну наверх. Назвать этот участок дороги серпантином будет слишком громко сказано, но очень было похоже. Саша вёл свою машину быстро, по-спортивному, словно хотел уйти от погони. Про марку машины мне сказать нечего, я её не запомнил. Иномарка, и всё. Говоря о местных обычаях, Саша упомянул о том, что местные жители, так же, как и в России, здесь имеют дачные участки. Пожалуй, это было первое Сашино выражение, на которое я отреагировал с удивлением. А поскольку мы как раз проезжали это место, то Саша, не раздумывая, припарковался у обочины, и предложил мне выйти и убедиться в его правоте. Я вышел.
Мы находились практически на вершине холма, может быть ещё метров десять оставалось. Дорога была скрыта деревьями и кустарниками, но был участок, метров сто, откуда открывался вид на долину, в которой уютно расположился город Вупперталь. Реки не было видно, но по тому, как причудливо расположены дома, становилась понятным протяжённость русла. Отчётливо были видны холмы на другом берегу, видны строения, как жилые постройки, так и промышленные производства. Саша указал мне на одно из них.
- Вот туда мне надо приехать завтра в 5 часов утра, вывозить мусор. Я тебе покажу свою машину, ты увидишь, какая она красивая, - сказал он, явно гордясь своей работой.
В этот момент до нас добрался женский экипаж. За рулём сидела Каролина. Она водила машину по-мужски, в отличие от Лены, которая не любила быстрой езды, и редко когда выбиралась за пределы первого ряда. Все вышли и стали обозревать окрестности.
Дачные участки, про которые мне говорил Саша, располагались на этом холме, как раз под тем местом, где мы остановились. Если подойти к самому краю дороги, то можно было увидеть небольшие наделы земли, от 6 до 10 соток, на которых стояли времянки. Если бы я не знал, что нахожусь на территории Германии, то легко мог принять эту территорию за Ленинградскую область. Саша меня уверял, что такие участки держат не только бывшие эмигранты, но и коренные немцы.
Однако пиво в холодильнике ждать больше не могло, и мы первыми тронулись с места. Нам ещё предстояло заправиться. Поскольку Саше надо было встать в 4 утра, а потом доехать на своей машине до машины рабочей, то тратить время на эту операцию утром он не хотел. Заправка оказалась маленькой, всего одна колонка, но этого для местного контингента было достаточно. Да и места заправка занимала немного, очередь могла себе позволить растянуться всего на две машины.
По дороге до дома Саша мне поведал грустную историю. Оказывается, этот дом, в котором они жили, продал им один местный жулик, с которым они теперь судятся. Жулик этот проделал косметический ремонт вместо капитального, а поскольку речь шла пусть о подвальном, но жилом помещении, то со временем проблема стала очень актуальной. Был нарушен температурный режим, а данные, которые были указаны при покупке дома, были сфальсифицированы. Это подтвердила независимая экспертиза, которую наняли Лена и Саша. Было уже два судебных заседания. Первое вынесло решение в их пользу, второе, по апелляции, в сторону жулика. Вот теперь они ждали решение третьего заседания, а пока они не могли дом ни продать, ни ремонтировать. В общем, узнать, что жулики бывают и среди истинных арийцев, почему-то было приятно. Словом, не мы одни такие умные.
Саша не сразу подвёз меня к дому, а сделал вираж по окрестным улицам. Это была настоящая Германия, где на улицах стоит такая тишина, что стук сердца слышан наравне с тиканьем часов. Дома одно - и двухэтажные, у каждого дома заезд для автомобиля, тут же гараж и сад с той стороны дома, что не виден с улицы. Больше одной машины увидеть сразу - это нонсенс. Это местный спальный район, кроме заправки я не увидел ничего из сферы обслуживания. Ни магазина, на аптеки, ни кафе. Это всё есть, но центре, а здесь люди только отдыхают или просто живут.
Пока мы делали крюк, женщины уже ходили по дому. Саша не поставил машину в гараж, а припарковался возле дома. Он объяснил это тем, что всё равно машину никто не угонит, он её даже на сигнализацию не оставляет, а каждый раз открывать и закрывать ворота, ну зачем время столько тратить. Не успел я удивиться такому решению проблемы, как мы уже стояли возле холодильника и Саша протягивал мне только что открытую бутылочку тёмного пива.
- Это новый сорт, Андрей, - говорил мне Саша, улыбаясь во весь рот, - сколько тут живу, каждый раз приходя в магазин, открываю для себя новое название. Я уже со счёта сбился, сколько их тут.
Пиво было приятным на вкус. Бархатное, оно приятно утоляло жажду тёплого дня, который постепенно начинал перетекать в вечер. А Саша проводил для меня экскурсию по дому. Из соседних комнат раздавались женские голоса, там тоже шла экскурсия. Но дом, казавшийся с виду не таким уж и большим, позволил нам не встретиться во время просмотра. Первым делом Саша показал мне подвальное помещение, из-за которого они судились. Тут было чисто, но очень сильно пахло сыростью.
- Чувствуешь, - Саша сильно втянул в себя ноздрями воздух, - вот тут у нас жила Каролина, пока была школьницей, а сейчас тут и двух минут тяжело выдержать.
Действительно, разница в температуре была ощутимой. Можно было подумать, что раньше тут располагался холодильник, до чего было тут прохладно. Саша повёл меня дальше в комнату, которую можно было назвать гостиной. В ней стоял большой телевизор, мягкий диван, кресла, один шкаф и журнальный столик. На стене висела гитара.
- Это кто у вас музицирует? - протянул я руку с пивом в сторону инструмента.
- Я когда-то играл, да теперь вот лень стало, - виновато ответил Саша, и повёл меня дальше. Любое помещение в доме имело два выхода, что делало их проходными. При желании можно было играть в пятнашки или прятки, если немцы знают о существовании таких игр. За гостиной была кухня, но что в ней находилось, совершенно не застряло у меня в голове, а за кухней спальня. Там, как я и думал, напротив двуспальной кровати, на стене висел ещё один большой телевизор. Сейчас редко какая спальня обходится без вечернего киносеанса.
Где-то тут рядом находились и хозяйственные помещения: прачечная, гладильня, туалет. Их, кстати, тоже было два. В гараже, который Саша не использовал по назначению, был склад для садовых инструментов, а сам сад находился с противоположной от улицы стороны дома. Но его показать мне он не успел. Послышался Наташин голос, который звал меня на улицу. Саша нехотя подвёл меня к выходу.
- Жаль, что ты сейчас уедешь. У меня ещё пиво есть, другого сорта.
- Не переживай, увидимся ещё.
- Подожди, я же тебе фото своё не показал, и Саша метнулся внутрь дома.
На улице Наташа стояла рядом с Леной, Эммой и Каролиной. Они обсуждали планы на завтра. Было решено, что с утра придёт Лена и покажет нам старый Вупперталь. Точнее, несколько маленьких городков, из которых Вупперталь и состоит. Днём приедет Каролина и отвезёт нас в Дюссельдорф. В этот момент подошёл Саша и протянул мне фотографии.
Там он стоял, одетый в специальный комбинезон для мусорщиков, рядом с машиной, окрашенной в тот же зелёный цвет. Внешне машина была похоже на те, которые в Питере использует Водоканал.
- Вот – гордо сказал он, это я на работе. Мне надо рано утром забирать мусор с предприятий, потому что после 12 часов движение для грузового транспорта запрещено. Накануне мне выдают маршрут, чтобы я смог заранее знать, куда мне заезжать. Вот завтра мне надо быть на концерне Байер.
- Так ведь Байер же в Леверкузене находится, - вспомнил я название футбольного клуба.
- Основной завод да, но тут его филиал есть и не только у нас. Его фабрик много где раскидано.
- Ну всё, парни, поехали, - скомандовала Эмма, - нас сейчас Каролина довезёт до швебека, мы по нему до дома доедем. Прокатитесь, вам понравится.
Мы с Сашей пожали друг другу руки, и я сел на переднее сидение рядом с Каролиной. Та привычно хохотнула, и мы поехали на конечную остановку Schwebebahna, или как говорила Эмма, швебека.
Schwebebahn – это подвесная железная дорога, выполняющая функции метро, но проложенная не под землёй, а над ней. Почти вся трасса тянется над водами реки Вуппер, и только пара последних километров проходит вдоль одной из улиц города. Вагоны сделаны из прочного, но лёгкого металла, их всего два в сцепке, и во время движения их слегка покачивает. Держится эта конструкция на металлических опорах, которые используются при строительстве железнодорожных мостов. Сами вагоны висят на высоте не ниже второго этажа, а ещё выше этажом расположен рельс, по которому они катятся. Здесь аккуратно уложены электрические кабели. Всю эту картину мы рассмотрели позже, из окна квартиры Бориса, а пока Каролина подвезла нас на конечную остановку. Эмма живёт на другом конце пути на предпоследней станции и специально для нас с Наташей нам показали это чудо техники. С Каролиной мы попрощались до завтра, а Эмма повела нас на станцию.
Подняться на неё можно было пешком или на лифте. Мы поднялись пешком. Поезд уже ждал нас. Машинист ходил воле своей будочки и неторопливо курил. «Швебек» ходит строго по расписанию. На каждой станции горит табло. Но там показывают не время прибытия, а сколько минут осталось, причём не на ближайший поезд, а сразу на два. А рядом горит общее время. Поскольку станции находятся высоко над землёй, то между платформами проложен специальный настил на тот случай, если кто-нибудь упадёт, или что-нибудь случайно уронят.
Когда до отправления осталось меньше минуты, машинист вошёл в свою кабинку, и закрыл дверь. Пол ногами немного двигался, вообще раскачать вагон ничего не стоило. Мы сели на одноместные сиденья слева по ходу движения. Платить за проезд нам не надо было. По крайней мере, так нам объяснила Эмма. Её пенсионный проездной годился для провоза нескольких человек.
Время стоянки закончилось, и наш состав тронулся с места. У меня возникло ощущение нереальности происходившего. Мы плыли по воздуху вдоль улицы. Под нами проезжали машины, они останавливались на перекрёстках, а мы двигались над ними, не замечая их движения. Ровно, как и люди не замечали нас. Мы во все глаза смотрели на идущих по тротуару горожан, а они не обращали на нас никакого внимания. Мне стало даже как-то обидно. Но вот улица закончилась, и мы повернули на 90 градусов налево. Декорации сразу изменились. Исчезло движение людей и транспорта. Теперь под нами бежал бурный неглубокий поток, затянутый в некоторых местах в гранит. Поскольку река текла довольно причудливо, то и трасса воздушного трамвая причудливо повторяло русло реки. Остановки были через каждый километр. Пассажиров было мало, вагон не был заполнен наполовину.
Самый протяжённый участок был, когда трасса проходила по территории концерна Байер. По оба берега реки находились цеха по производству медикаментов, и они соединялись в нескольких местах пешеходными мостиками. На всей территории сияла чистота, паллеты стояли аккуратными стопками. По ним можно было проверять линию отвеса. Именно отсюда завтра рано утром Саша будет забирать мусор.
Эмма предложила выйти в центре города возле железнодорожного вокзала. Перед вокзалом шла очередная стройка. Вроде бы тут собирались расширять улицу и построить паркинг. А пока попасть на вокзал можно было по подземному переходу. Но мы пошли не туда, а в противоположную сторону. Тут мы обратили внимание на здание, на котором находились часы, показывающее время в разных крупных городах. Это было время Лондона, Нью-Йорка, Москвы, Токио, Мельбурна. Как оказалось, в этом здании находится Европейский Институт Международных Экономических Отношений.
Мы недолго побродили по центру города, сказалась усталость, накопленная за день. Захотелось прилечь и отдохнуть. Мы вернулись на остановку «швебека». Табло показало, что до нашего трамвая осталось 6 минут, а до следующего 13. Видимо, между трамваями не было точного временного отрезка. За время нашего ожидания в противоположную сторону успели пройти два состава.
Трамвай подошёл, когда на табло время вышло. Пассажиров уже было много и нам пришлось стоять во время поездки. В Европе не принято уступать места женщинам и детям. Вот на пешеходном переходе пропустят, а место уступить, - никогда. Так что Эмма по этому поводу не сказала ни слова. Впрочем, с каждой остановкой количество пассажиров уменьшалось и скоро Наташа и Эмма присели рядом. Я сел через две остановки сразу за машинистом. Пульт управления у него был такой же, как и в трамвае. Вся разница в том, что колёса были не внизу, а на крыше, и рельс было не две, а одна. Скорость была довольно приличной. Амплитуда при раскачивании была не слишком большой, чтобы могли столкнуться встречные трамваи. Красивая картина была перед глазами по ходу движения. Словно ты летишь по воздуху над рекой. Мы двигались против течения. Вот рыбак стоит в реке по колено в воде и ловит рыбу. На нас он не обращает никакого внимания. Вот мы проносимся над большой площадью, где сходятся несколько улиц, машины стоят смирно перед светофорами, а нам нет до них никакого дела. Нам всегда зелёный свет. Красивый вид транспорта Schwebebahn, но почему-то находится только в Вуппертале.
Эмма живёт на предпоследней остановке, но мы доехали до конечной. Оттуда прогулялись пешком. Днём мы как раз тут проезжали на машине. Эмма обещала завтра сводить сюда Наташу по магазинам, туда, где продают обувь и одежду. А пока она готова была нас угостить ужином. На столе появилась сковородка с мясом и котлетами, сыр, масло, хлеб, варенье, вода и арбуз. Эмма безумно любила арбузы и каждый день съедала по полосатому средней величины. После такого обильного ужина мгновенно захотелось спать. Эмма попрощалась с нами и ушла ночевать к Борису. Спать на балконе Эммы было решительно невозможно, поэтому я устроился на диване, на который мог поместиться только по диагонали, а Наташа устроилась в Эммином алькове. Перед сном мы ещё немного делились впечатлениями, полученными за день. Однако природу никому ещё не удалось обмануть, и мы уснули.
Продолжение тут: Мой немецкий брат часть шестая