Начало тут:
Мой немецкий брат часть первая
Мой немецкий брат часть вторая
Мой немецкий брат часть третья
Утро следующего дня началось, как обычно, - Диминым набегом на местную маленькую хлебопекарню. Описывать завтрак не стоит, он был обилен и вкусен. На этот раз мы взяли с собой все наши вещи, поскольку жить нам предстояло два дня в другом месте, сложно сказать, что нам могло вдруг понадобиться. Мы спустились в подземный гараж на лифте и аккуратно поставили наши чемоданы в багажник. Оля села рядом с Димой на переднее сидение, а мы с Наташей расположились на заднем сидении пассажирами. Дима включил зажигание и мотор мягко приятно заурчал. До свидания, Кёльн, отдохни от нас пару дней!
Дима перебрался на противоположную сторону Рейна и погнал машину в сторону Бонна. Место, куда нам надо, он заранее ввёл в навигатор и бесстрастный голос из порнофильмов начал свою работу. Поскольку мы ехали всё время прямо, он, скорее всего, одобрял наши действия. Хотя, если бы ему что-то не понравилось, я бы не догадался по его голосу. Уж очень как-то он говорил монотонно.
Тем временем мы ехали мимо однопутной железной дороги, по которой с одинаковым промежутком времени пробегали в оба направления расписные электрички. Вскоре показались уютные домики, построенные явно не в двадцать первом веке, это и была деревушка Koningswinter, где в своё время была резиденция прусского короля, которую тот использовал в зимнее время. Такой Зимний дворец местного значения.
Однако попасть в этот городок оказалось не так-то просто, даже используя навигатор. Дима повернул не на ту дорогу, но вернуться назад сразу не получилось. Пришлось доехать до конца, где было место, чтобы развернуться. На этот раз Дима посоветовался с Олей, куда двигаться дальше. На меленьком перекрёстке, который раскинулся под широким шоссе, рядом с опорами, Оля дала правильную подсказку. И вот мы проезжаем по единственной длинной улице городка. Дома точно сошли с праздничных новогодних открыток, только без снега. Осталось найти место, куда поставить машину. Пока мы ехали вдоль улицы, припаркованных машин не было нигде. Как оказалось, всё это не просто так. Под трассой находился не только маленький перекрёсток со светофором, но и парковка. Раз парковка, значит, за деньги. Хотя, на мой взгляд, это была уже обираловка. Если парковка в центре города, построенная под землёй специально для таких целей имела право на оплату, то местная площадка напоминала мне советский кооператив «Калитка», когда перегораживали вход во двор и взимали с жильцов по три рубля за вход. Ничего не было сделано для того, чтобы машины стояли и ждали своих хозяев. Не было даже асфальта, не было разметок. Вместо крыши, - проезжая часть над головой, стен нет, только кусты ежевики, нет даже шлагбаума. Зато два автомата для оплаты. Были ли тут видеокамеры, не берусь сказать, я не вглядывался. Немцы, приученные к порядку, покорно оплачивали нахождение своих транспортных средств. Дима тоже не был в этом плане исключением. Но платить надо было после того, как собираешься с парковки выезжать.
Наташа радостно набросилась на ежевику. Собирать ягоды в лесу, её любимое занятие, если не считать шопинга по магазинам, где продаются сумки. Наташа набрала ягод, и угостила всех нас. Оля ей объяснила, что немцы не собирают дико растущие ягоды, а покупают их в магазине. Вот такое разделение труда. Кто-то выращивает ягоды для продажи, а кто-то покупает. Но вот есть прямо с куста, это моветон, пусть даже это и не немецкое слово.
Выйдя с парковки, мы повернули направо. Метров чрез сто начинался крутой подъём. Подняться наверх можно было тремя способами: пешком; верхом на ослике; по железной дороге. Первый паровозик этой колеи стоял под стеклянным колпаком, о чём свидетельствовала табличка, стоящая рядом на специальной подставке. На осликах обычно наверх поднимали детей. Как раз в этот момент шли переговоры хозяина животных и руководителя детской группы. Мы выбрали свои ноги, во-первых, полезно ходить пешком, во-вторых, дешевле. Дорога была не очень широкая, то есть двум автомобилям тут было тяжело разъехаться, но зато асфальтированная. На третий день пребывания в Германии выяснилось, что такие обильные завтраки, обеды и ужины даром не прошли. Идти было тяжело. Дима и Оля, оба не склонные к полноте, ушли вперёд и, какое-то время, их не было видно из-за поворота. Однако дорога была одна и никуда от нас убежать они не смогли бы. За вторым поворотом нас обогнал караван вьючных животных. Дети весело болтали ногами, и было видно, что у них хорошее настроение. Оно стало ещё лучше, когда одному ослику захотелось пописать. Он остановился, и минуты полторы тщательно поливал асфальт из своего мини-шланга. Сомнений в том, что это был мальчик, не осталось ни у кого.
За следующим поворотом оказалась маленькая лесная пивная, устроенная под ветвями огромного дерева. Оказалась она очень кстати, потому что опять пошёл дождь. Мы укрылись за столиком, который закрывал большой целлофановый зонтик. Дима предложил чего-нибудь выпить. Однако он был за рулём, и пить алкоголь не мог. Поэтому пиво досталось только мне, Оля и Наташа взяли сок и воду.
Пока мы пережидали дождь под лесным навесом, внезапно, как из-под земли, раздался гудок паровоза и откуда-то из кустов появился он сам, таща в гору два вагона. Было ощущение, что он идёт из последних сил, ещё немного, и он покатится назад. Но нет! Он издал ещё один гудок, выпрямился во весь рост и скрылся за очередным поворотом. Дождь и содержимое бутылок закончились одновременно. Мы встали из-за стола и пошли дальше.
За поворотом оказалась маленькая станция. Паровоз стоял на месте и явно никуда не торопился. Наташа подошла посмотреть на рельсы.
- Теперь понятно, почему он так медленно двигается, это фуникулёр.
Действительно, между рельсами этой узкоколейки была проложена зубчатая рейка. А под днищем паровоза находилась шестерёнка, зубьями которой паровоз цеплялся, поднимаясь вверх по крутому склону. Всё это мне Наташа объяснила, пытаясь расшифровать цифры на знаке, который стоял рядом с остановкой первого вагона.
Остановка тут была не просто так. Как раз здесь был вход на территорию замка Драхенфельс. Сам замок до того момента, пока не дойдёшь до этой остановки, не виден из-за густого леса. Он окружает замок с двух сторон. И, поскольку замок стоит на холме, то его не видно и с трассы, которая расположена у подножия. Зато, если поднять повыше, то замок можно рассмотреть.
Паровозу надоело ждать любителей не ходить пешком, он свистнул, и нехотя потащился дальше. Мы тоже пошли выше. Там, по словам Димы, есть отличная смотровая площадка, откуда открывается великолепный вид на окрестности.
Минусом было лишь то, что закончился асфальт. Оказывается, он проложен только до крыльца замка. Пришлось идти по грунтовой поверхности, обильно смоченной после дождя. Делегация на осликах снова нас обогнала, ровно, как и Дима с Олей. Мы с Наташей шли чуть сзади, Наташе стало немного холодно, и я одолжил ей свою рубашку. Пройдя ещё где-то полкилометра, мы оказались на той площадке, откуда все желающие делают фотографии замка. Сама тропа вьётся вокруг горы и со стороны обрыва сделаны перила. Так вот, для обозрения замка сделано специальное углубление. Дима и Оля нас поджидали, чтобы нас тут сфотографировать. Пришлось немного подождать, пока утолят духовную жажду японцы, после чего нишу заняли мы. На фотографиях замок получился хорошо, его можно легко рассмотреть. Мы ему никак не мешаем.
До смотровой площадки подниматься было не так высоко, сколько тяжело. Пожалуй, это были самые трудные метры пути. Слева висела отвесная стеной скала, и, чтобы с неё не падали посторонние предметы на туристов, тропинка была огорожена прочной сеткой. С правой стороны перила закончились, сама тропинка немного разрослась вширь. Вот уже слышны голоса гуляющих наверху. Последние десять метров, наконец, преодолены и вот мы выходим на широкую бетонную площадку, наполненную светом, детьми, и их родителями.
Солнце разгулялось вовсю. О дожде ничего не напоминало. В основном народ толпился возле парапета, откуда открывалась панорама на окрестности, и возле двух палаток, в которых продавали сосиски и напитки. Чуть дальше находился большой белый павильон, который оказался вокзалом. За ним прятался паровоз, который отдыхал после тяжёлого подъёма. Мы немного покрутились вокруг, осмотрелись, и подошли к парапету.
Вид с площадки был потрясающий. Здесь было не так высоко, как в Испании, где вниз было страшно смотреть. Там была природа, не тронутая человеком. А тут открывался вид на землю, которую человек обработал и приукрасил. Тонкие жилки дорог, по которым с одинаковой скоростью двигались автомобили. Железная дорога в поле нашего зрения была одна, но и она смотрелась очень живописно. Деревни смотрелись иллюстрациями из детских сказок, настолько они были красиво расписаны. Был виден Бонн, бывшая столица ФРГ. И повсюду было чистое небо, несмотря на то, что были видны высокие трубы промышленных производств, ни из одной из них не поднимался клубок дыма. Мы стояли и смотрели молча. Я открыл для себя, что Германия не такая уж и равнинная страна.
Дима сказал, что отсюда, с площадки, есть тропа ещё выше, там находится ещё одно памятное строение, но никакого желания туда подниматься у нас уже не было. Во-первых, мы прилично устали, во-вторых, нам пора было двигаться в Вупперталь, чтобы Дима и Оля успели отдохнуть от нас за эти три дня. Но перед уходом мы решили попробовать немецких сосисок. Их жарили на плите на ваших глазах и поливали по просьбе покупателя или кетчупом, или горчицей. С обоих сторон румяные поджаренные бока были зажаты мягкой тёплой булочкой. Стоило такое безобразие 2 с половиной евро.
Нам хватило две штуки на четырёх. Вкус настоящего мяса трудно спутать, но чтобы его было столько в сосиске? Оля сказала, что такие сосиски продаются в ближайшем супермаркете, и что купить их не проблема. Мы планировали купить домой что-нибудь из еды, но это надо было делать в последний день перед отлётом. Неизвестно, сколько ещё подарков и сувениров у нас к тому времени окажется.
Спуск оказался быстрее, как нам показалось. Любая дорога обратно кажется короче, но тут всё совпало, и мы шли быстрее и останавливаться уже не стали нигде. Дима отлучился, чтобы оплатить наше время на парковке, после чего Наташа позвонила крёстной, чтобы та назвала точный адрес, куда нам надо приехать. Эмма сначала выдала подробную информацию о том, что у неё приготовлено на обед, после чего назвала улицу, которую навигатор категорически отказывался находить. Дима пробовал менять гласные буквы, но ничего не получилось. Наташа набрала Эмму ещё раз, и попросила повторить название улицы. Та произнесла то же самое, но уже по слогам. Мы предложили ей найти квитанцию с указанием адреса, чтобы она прочитала его правильно. Эмма сказала, что и так всё хорошо помнит, что это у нас техника неправильная. Минут пять Дима комбинировал с навигатором, пытаясь всё-таки найти нужную нам улицу, но тот посылал нас в другие города. Трубку взяла Оля и ещё раз дозвонилась до Эммы. Голосом профессионального психолога она уговорила Эмму спуститься на улицу и прочитать её название по буквам. Эмма заворчала, но угроза, что иначе мы не приедем, на неё подействовала. Через две минуты она продиктовала название, которое навигатор сразу нашёл. Жить двадцать лет на улице, не зная её названия, это для русского человека за границей нормально. В Эмме Адольфовне Биттнер ничего не было немецкого, несмотря на свою национальность. А вот Димка, плоть от плоти русский, подходил для жизни в Германии идеально.
Мы тронулись с места. Дима ни разу в Вуппертале не был, но знал, что навигатор нас приведёт куда надо. Равнодушный голос сообщал нам, какое наше положение на дороге и куда нам двигаться дальше. Зелёная стрелка на табло показывала нам дорогу, да собственно и без неё всё читалось на указателях. Они были аккуратно расставлены не только после каждой маленькой развилки, но и были подвешены над трассой. Так что, куда нам ехать, было понятно и так. Про саму дорогу говорить особо нечего. Пейзаж тот же, что и между Кёльном и Дюссельдорфом, и всё тот же ровный поток машин. Мы сидели молча, только навигатор радовал нас своим присутствием.
Вупперталь начался неожиданно, как и положено немецкому городу, с таблички. Металлический голос нам это подтвердил на тот случай, если мы не поняли. Через сто метров появился съезд с трассы, куда Дима и повернул. Дома появились как бы нехотя, они словно стеснялись своего внешнего вида. А между тем, они были опрятные и аккуратные, после российской действительности радовали глаз. Постепенно они встали в плотный ряд, выросли на этаж, и вот мы уже катим по улицам города. Голос звучит всё чаще, стрелка на экране петляет по узким улочкам Вупперталя, как вдруг Дима останавливается перед забором. Очередной городской долгострой перегородил нам дорогу.
- Вот чёрт, - злился Дима, наш дом, судя по карте, как раз за этим мостом.
Присмотревшись внимательно, мы разглядели сквозь щели в заборе то, о чём говорил Дима. Шёл ремонт моста и через реку, и через железнодорожные пути. Информация о ремонте навигатору никто не сообщил, иначе бы он нас сюда не завёл. Однако лавров Сусанина ему не досталось.
- Попробуем объехать, - произнёс Дима сквозь зубы и повёл машину вдоль забора направо. Навигатор возмущался немного для приличия, но после того, как Дима повернул налево на ближайшем перекрёстке, успокоился, и снова стал вести нас зелёной стрелкой прямо к цели. Через пятьдесят метров за первым поворотом был следующий, и вот мы едем в обратном направлении. Навигатор радуется вместе с нами. Последний поворот, на это раз уже в тупик, так как там ведутся работы, и вот он дом. На нём висит табличка с названием улицы. Действительно, разве можно название улицы за 20 лет выучить? Да никогда.
Первым делом Наташа стала звонить крёстной, что мы приехали и стоим возле её дома. Откуда она появилась, лично я не заметил. Мы с Димой доставали из багажника наши вещи. Эмма обнималась с Наташей, когда мы закрыли машину. Дима и Оля хотели поздороваться и тут же откланяться, но попали под такой напор приглашения войти на пару минут, что сдались. От машины до дома идти полминуты, но за это время Эмма завербовала моих родственников, что они обязательно с нами отобедают. Специально для нас она приготовила окрошку.
Эмма живёт в доме, который отдан под социальное жильё. Тут живут эмигранты и пенсионеры. Всё так же, как и у Димы с Олей. Только они уже вложились в строительство новой квартиры и ждут окончания стройки. А вот Биттнеры никуда из этого жилья не уйдут. В этом доме живут Эмма, её муж Борис, и сын Игорь. Она в одном подъезде на втором этаже, они через подъезд, на 7 и 8 соответственно. Эмма тут же стала звонить им, что мы приехали. Борис, сказал, что придёт, Игорь по каким-то причинам не смог быть. Зато должны были быть позже Лена, Саша и Каролина.
Квартира у Эммы однокомнатная, но в ней много мебели, стен не видно, и оттого тесно. На просторной лоджии растут овощи. Прямо под окном течёт быстрая река Вуппель. От неё и пошло название города.
Квас в Германии не продаётся, а делать окрошку с пивом Эмме не приходило в голову, поэтому она приготовила её на кефире. Размер тарелок был стандартный, немецкий. Мне она ещё налила добавки, так как я свою порцию съел быстрее всех. Спорить мне не хотелось, а окрошка была вкусная.
Потом последовала сковородка мяса с жареной картошкой. Эмма была убеждена, что мы в России голодаем, а Дима накормить нас никак не мог, потому что она с ним была не знакома. Постичь логику людей, работавших высоко над землёй, мне, очевидно, не дано, поэтому я оставил всё это без комментариев.
Дима и Оля, после того, как обед закончился, наконец, смогли вырваться на свободу, и поехали домой отдыхать от родственников. Два дня им должно было хватить.
Продолжение тут: Мой немецкий брат часть пятая