Анна Павлова – нежная и страстная, бурная и умиротворенная, гениальная и неподражаемая. О ней много сказано, и у каждого она разная, для каждого – своя. Общим является одно – восхищение ее мастерством и характером, очарование таинством, которое она умела творить на сцене.
Прочертив своим загадочным арабеском рисунок собственного танца, она задала целое направление не только русскому, но и мировому балету. Балерина в течение всей жизни тщательно скрывала свое происхождение. Достоверно известно только то, что матерью Анны была прачка Любовь Федоровна Павлова.
По воспоминаниям знаменитой дочери, женщина, несмотря на скромные доходы, старалась радовать девочку и именно она отвела ее впервые в Мариинский театр на спектакль «Спящая красавица». С этого момента хрупкий болезненный ребенок стал буквально бредить балетом, утверждая, что обязательно будет танцевать и только главные партии. Она сдержала слово.
Павлова, окончив хореографическое училище, получила должность в Мариинском театре. Ей очень быстро стали доверять ведущие партии популярных тогда балетов: «Тщетная предосторожность», «Дочь фараона», «Корсар», «Эсмеральда» и другие. Знаменитый педагог в балетном мире того времени Энрико Чекетти утверждал, что он способен научить танцу, доведя до виртуозности каждое движение воспитанницы, но «только у Павловой есть то, чему может научить лишь Господь».
Знаменитый летящий арабеск Павловой, воздушность и свет ее образов дополнялись психологизмом, переходом из одного состояния в другое. Анна одухотворяла каждую роль.
Самые сложные технические элементы хореографии, использовавшиеся в ее танце, были нужны балерине не как трюк ради трюка, за исполнение которого безусловно сорвешь овации. Движение, согласное с музыкой и подчинявшее ее себе, выражало состояние души.