Книга "Айседора Дункан. Мой муж Сергей Есенин", о которой я писала, в части мемуаров самой Дункан заканчивается ровно на том, как Дункан садится на корабль и плывет в советскую Россию. Такие, видимо, сильные оставил ей после себя Есенин впечатления, что она единственному мужу не посвятила ни строчки. Если бы не издательство АСТ, я бы так и жила в неведении, не обратив на это внимания. А теперь обратила.
А еще - что в Россию Дункан постоянно ехала от безысходности: то, оказавшись на мели и срочно отправляясь на заработки, то - отчаявшись открыть свою школу в каком-нибудь другом месте. В революционной России ее хорошо принимали: народ к искусству был не притязателен, достаточно, что Дункан заворачивалась в красную тунику и танцевала под Марсельезу.
Каковы были ее ученицы, можно судить по этому примеру
И вот
А еще я благодаря книжке, в которой меня обманули, посмотрела видео с Есениным, и меня как ударило: несколько его современников в в воспоминаниях указывалось, что он постоянно сам себя гладил, мог в разговоре гладить свою руку, бедра, в крайнем случае - лицо.
Вспоминаете, кто так делал? Лимонов! Сейчас это называется самостимуляция. Сначала было принято считать, что так ведут себя люди, в младенчестве недополучившие внимания и ласки. А потом пришли к выводу, что это черта эротоманов.
На обеих записях, дошедших до нас, где он виден с руками, он либо трогает руку Дункан, либо поглаживает себя по бедрам
Кстати, в Россию Дункан приехала с темным красными волосами. Точнее ее цвет был баклажановым. Баклажановый! Тогда это было очень необычно.
К концу их путешествия в Америку выглядела пара так
-------------------------------------------------------------------------------------------------