Сергей Сорокин
Как-то в «Курилке» сайта Барнаульского ВВАУЛ, говоря о штурманах Ворошиловградского ВВАУШ, упомянули погибший в конце 1997 года при взлете на Ан-124 экипаж ВТА.
Штурманом в нём был заместитель главного штурмана ВТА полковник Иван Дмитриевич Сигарев.
Так получилось, что я был с ним хорошо знаком. Точнее сказать, приятельствовал, даже больше. Если б он не погиб, то, скорее всего и подружились бы по-настоящему, - все шло к тому.
Разговаривал с Иваном Дмитриевичем буквально за несколько дней до его последней командировки, даже об этой самой командировке был разговор вскользь. Мы все тогда получали более, чем скромно, да ещё и с задержками. Такие командировки давали возможность немного легально подзаработать. Летал на подобные подработки время от времени и главный штурман ВТА полковник Щипунов и Ваня. Не хамили, не забирали всю «халтуру» у «народа», пользуясь своим статусом, да и было много работы, собственно, в штабе ВТА.
Иван Дмитриевич был зам. главного штурмана ВТА. Я – «направленцем» на ВТА в Генштабе и часто приходилось взаимодействовать. Несколько раз были вместе в командировках (по "малому кругу": Чкаловская - Тверь-Смоленск-Таганрог), один раз в 1993 году "по большому": Чкаловская - Оренбург - Улан-Удэ – Укурей – Завитинск.
Командующий ВТА генерал-полковник В.В. Ефанов проводил КШУ с втад в составе трех полков: на Ан-12 в Улан-Удэ, Укурейского на Ил-76мд (командиром там был барнаульский выпускник - Фёдоров - очень толковый, шустрый, худой и НАДЁЖНЫЙ), 930 втап на Ан-12, базировавшегося в Завитинске).
Очень импонировала обстановка в штурманской службе ВТА: как с людьми работали, все перемещения: что рост, что академия, что замены - все учтено индивидуально, с человеком проговорено, всё - уважительно, с реальной, не показной заботой о человеке.
На этапе от Улан-Удэ до Укурея главштурман ВТА п-к Щипунов на укурейском Ил-76 делал контрольную проверку на 1 класс какому-то штурману этого полка. Тот слетал неплохо, а вот самолёт готовил не надлежаще уровню полёта с главным штурманом ВТА - тактическое стекло было с пыльцой, кабина штурманская не была «вылизана», что-то ещё.
Иван Дмитриевич его отвёл в сторонку и не ругал, не разносил, а…. стыдил, что меня несколько удивило. И было видно, что этому только что успешно проверенному было стыдно!
Потом ночной разговор в гостинице уже в ноябре «размороженного» легендарного Укурея, долгий, спокойный, неспешный. И приязнь взаимная, сама возникшая...
А потом было много разных работ, «созвонов»: то по Югославии, то по перевозке «гуманитарки», то по первой Чечне - всё первоначальное планирование, проработка "узких" мест с МИДом, Таможней, с операторами-сухопутчиками.
Жаль не то слово!
Царствие Небесное всем им, в том Руслане сгоревшим...
Предыдущая часть:
Продолжение: