С момента попадания в гарем падишаха славянской рабыне пришлось ломать стереотипы. Отчаяние сменилось желанием не только выжить, но и стать госпожой в османском «раю».
Не случайно показана первая влюбленность Александры и Луки. Девушка попадает в Топ капы со стереотипом «муж-семья-дети». Очень скоро выясняется, что муж будет не муж, и семья тоже очень похожа на традиционную.
Первый шаблон надорван - все не похоже на то, что Александра видела на родине. Любовь работает только в покоях Сулеймана, за их пределами сплошные капканы.
Став наложницей и даже завоевав любовь повелителя, Александра получает лишь отдельную комнату в общежитии. Признания как не было, так и нет, не будет его и после рождения Мехмеда и даже Михримах.
Семье султана Хюррем не нужна потому, что чужая. Им уже Махидевран успела стать своей. Славянскую нахалку многочлены династии отторгают, тем более, что и вела себя сначала, как ненормальная.
Парадокс, но и рабыни ее не принимают. Там работает зависть - была такая же как мы и вдруг выбилась в люди. Чем занимались рабыни весь день? Кости мыли друг другу и господам. Так было в любом господском доме или замке.
Первая попытка купить любовь рабынь была предпринята Хюррем уже Султан больше из любопытства. Она не сильно страдала от того, что кто-то ее не любит, тем более рабыни. Скорее это был пробный шар: «получится ли изменить отношение к себе за подарки».
Получилось, рабыни присмирели, уже не смотрели волком, Хюррем поняла, что ништяками и золотом можно покупать людей стадом.
Этот нехитрый способ работал и работает до сих пор, но любимой женщине падишаха пришлось доходить до всего самой.
Следующий шаг будет сделан более в отместку Махидевран, чем с забросом на будущее. Мать старшего наследника получила от повелителя золото на благие дела, но ограничилась строительством фонтанов и прочих декораций.
В характере Хюррем было заложено «догнать и обогнать» - она замахнулась на благотворительность в святых местах. Да так удачно замахнулась, что получила сначала свободу, а позже никах с повелителем.
И опять парадокс - с этого момента многодетная султанша становится неугодной населению. Бывшая рабыня покорила их падишаха, «заставила» нарушить традиции и жениться. Это не могло случиться без колдовства. С какой стати повелитель будет жениться? Заколдовали, моргнула третьим глазом, повела четвертым ухом и испортила целого падишаха.
На этот раз лично Хюррем опять не требовалась любовь народа, чихать она хотела на народ, как и на рабынь. У нее подрастали наследники, для которых необходимо было изменить мнение об их матери.
Пока повелитель развлекался с Фирузе, Хюррем все это обдумала и решила открыть свой вакф. За это хочется Фирузе премию выдать, султанша действовала еще и из соображений удивить супруга.
Она не воет в разлуке с ним, как это делала ее подружка Махидевран, а занимается себе благотворительностью. И чтоб никто не догадался, что еще и роет яму Фирузе.
Все сработало как нельзя лучше, тем более, что Хюррем очень мудро поступила, пригласив к себе жен османских чиновников.
Дамы убедились в ее привлекательности, а, главное, в желании творить добро не за их счет. Они будут числиться и принимать участие в том, что оплачивает супруга повелителя. Почему бы нет? Какая хорошая женщина, какая она симпатичная, нет ни третьего глаза ни хвоста.
Вакфом Хюррем приподняла не только себя, но и жен первых лиц империи - о них тоже заговорили, как о благодетельницах. Гениальный ход султанши.
В этой связи Махидевран Султан выглядела как «здравствуй, дерево». Она и приехав в Манису ничего там не сделала, потом в Амасии удивлялась просьбе Мустафы открыть вакф. Дополнительных очков своему шехзаде эта султанша не принесла. Если бы не старшинство Мустафы и не наставления Ибрагима, Хюррем растоптала бы его еще раньше.