Часть 2 «Мира»
Когда Мира с мамой вернулись в Москву, отец их не встретил. В квартире не было его вещей, а на столе лежала записка: «Извини… Люблю другую… На развод подам сам... Прощай».
Мама запустила руки в пышно завитые волосы, села на пол и завыла как раненый зверь. Мира поняла, что прежний спокойный мир рухнул, а какой наступил – пока не понятно. А потом мама стала пить. Мира сначала уговаривала бросить, плакала. Та обещала, но через день у неё находились причины жалеть себя и оплакивать свою несчастную жизнь. Она напивалась ещё сильнее.
Мира теперь была предоставлена самой себе. Мать не интересовалась ею: ела ли она, как учится, поздно ли вернулась домой… Учиться стала плохо, грубила всем. Однажды, убираясь в квартире после нашествия собутыльников матери, Мира нашла пакет с ракушками. В тот день, когда рухнул прежний счастливый мир, бросила его где-то и забыла. Мира задумалась, сколько прошло лет? Тогда ей было девять. А сейчас тринадцать. Вечность.
Высыпала на стол и стала рассматривать ракушки, хранящие запах моря и свет солнца на своей поверхности. Вспомнилось беззаботное время, море и непьющая мама… Самая большая раковина была похожа на витой дом улитки.
Мира приложила её к уху и ничего не услышала. Но вспомнила смешного мальчика, даже его имя – Павлик. У него, наверное, мама не пьёт и отец не ушёл из семьи. Как давно это было – тысячу лет назад.
Мира собрала все ракушки в пакет и выкинула в мусорное ведро. Потом села на корточки, выудила большую раковину и отнесла в комнату. Пусть лежит на память, что когда-то, давно, в прошлой жизни всё было хорошо.
К матери приходили мужчины, пили, громко разговаривали. Мира убегала из дома, болталась по улицам с другими такими же подростками. Чтобы не отличаться от остальных, не выглядеть домашней девочкой, начала ярко краситься.
Она выросла высокой и симпатичной девушкой. Веснушки на носу появлялись только весной, потом на загорелой коже они становились незаметными. Тёмно-русые волосы на солнце выгорали и становились золотистыми.
Кое-как окончила школу. На деньги, что вытащила из кармана куртки матери, пока они с её ухажёром спали после выпитых литров водки, купила билет на поезд до Питера. Там море. Матери оставила записку, чтобы не искала.
Город ей понравился. А вот море… Тёмное, с крутыми волнами, оно казалось плотным и холодным, совсем непохожим на южное голубое, хотя оно и называлось Чёрным.
Нагулялась по городу так, что ноги гудели. Присела прямо на край тротуара возле уличных музыкантов. Двое парней играли на гитарах, третий - на флейте. Люди проходили мимо. Некоторые бросали в старую потрёпанную шляпу на асфальте монеты. Один парень приметил и не сводил с неё глаз. Улыбался, казалось, играл только для неё. Темнота сгущалась, нестерпимо хотелось есть.
Парень подошёл и пригласил её пойти с ними поужинать на заработанные деньги. На кафе денег не хватило, тогда они пошли к нему домой. Вместе жарили картошку под песни Высоцкого и Битлз. Было весело.
Пьющая мать и сбежавший отец – это так неинтересно, банально. Мира тут же придумала, что родители погибли в автомобильной аварии, а она решила уехать от грустных воспоминаний и поискать удачи на берегах Невы.
Она осталась ночевать у парня. Звали его Виктор. Уличные музыканты зарабатывали немного. Все они днём еще где-то работали. Виктор – развозил пиццу. Мира попросила и ей подыскать работу.
- Нет ничего проще. Летом всегда требуются официантки в уличные кафе или мойщицы посуды. Ты ведь ничего не умеешь больше.
Мире не понравился его пренебрежительный тон. Но обижаться в её положении глупо. Выбора нет. Нужно заработать, чтобы снять квартиру. Скорее всего, сама она что-либо лучше работы официанткой или дворником не найдёт.
- Да мне всё равно. Лишь бы деньги платили, — ответила Мира беззаботно.
На следующий день Виктор отвёл её в кафе, куда их иногда приглашали играть. Красивая девушка сразу привлекла внимание управляющего. Глаза его загорелись, а губы расплылись в слащавой улыбке.
- Зачем же мыть посуду такой хорошенькой девушке, — сказал сорока восьмилетний высокий мужчина с наметившимся животиком. – Таких грех прятать в моечной. Они должны клиентов привлекать. – Зоечка, возьми под своё крылышко, научи новенькую, как обслуживать клиентов красиво.
Зоечка – остроглазая девушка лет двадцати восьми - смерила миру презрительным взглядом. Но учила толково. Объяснила, как сделать так, чтобы клиенты оставляли большие чаевые, как не разбить посуду, как запоминать заказы… Уже через две недели Мира ловко лавировала с подносом между столиками, уворачиваясь от жадных рук клиентов.
Не то, чтобы такая жизнь ей нравилась, но чувствовала себя взрослой и самостоятельной. Однажды Виктор привёл домой девушку, сказав, что ей негде жить. По тому, как он смотрел на неё, Мира поняла, что стала здесь лишней. Она собрала свои вещи и ушла. Знакомых в Питере нет. Идти к друзьям Виктора и стать переходящим призом не хотела. С тяжёлой сумкой далеко не уйдёшь. Денег ещё не заработала на съёмную квартиру. И она вернулась в кафе.
Попросила начальницу смены разрешить ночевать в подсобке. Рассказала о погибших родителях и холодное сердце любовницы управляющего дрогнуло от сочувствия и жалости к бедной сироте. А сочинять Мира умела.
За ночлег начальница попросила отработать до закрытия кафе, одна их официанток внезапно заболела. Она согласилась. Лучше работать, чем слоняться по тёмным улицам чужого города и ночевать на вокзале.
От усталости глаза Миры провалились и стали казаться тёмными и бездонными омутами. Такой её увидел один из посетителей – пожилой лысоватый мужчина. Через день её вызвал к себе управляющий. С деловым видом он предложил ей работу – обслужить гостей на приёме у одного из клиентов кафе.
- Тебе ведь нужны деньги? Он хорошо заплатит, сможешь снять квартиру на полгода, ещё и на наряды останется. Мира была слишком неопытна, чтобы уловить скрытый подтекст предложения.
- Когда? – только и спросила она, стерев пальцами бисеринки пота, выступившие над верхней губой.
- Послезавтра. Гостей будет много, еду мы доставим, тебе нужно только сервировать стол и следить, чтобы у всех гостей были напитки.
К назначенному времени она пришла по адресу. Дверь открыл сам хозяин. Им оказался невысокий полный потный мужчина с лысиной. Она вспомнила, что недавно видела его в кафе.
Еще не поздно отказаться, убежать. «При гостях ничего не случится, а деньги нужны. Если что, всегда успею уйти», — думала Мира, осматривая дорогую обстановку дома. Хозяин открыл дверь в большую комнату, где в центре стоял накрытый на двоих стол.
- А разве я нужна? У вас уже все готово, — удивленно заметила Мира, стараясь унять тревожно забившееся сердце.
- Все собрались, только тебя и ждали. – Мужчина жестом пригласил войти. – Садись, пожалуйста. – Он отодвинул стул от стола.
- Извините, я думала, что…. Нам не положено пить на работе. – Лепетала она, пока мужчина наливал в бокалы щедрые порции вина.
- И работа будет, всё будет. Давай пока выпьем, – уговаривал он, глядя плотоядно.
Чтобы не обидеть хозяина Мира едва пригубила вина, поставила бокал на стол. Она заметила открытую дверь на балкон, раздуваемую сквозняком лёгкую прозрачную занавеску. Вспомнила, что поднималась на второй этаж…
Её руку накрыла потная горячая ладонь хозяина. Мире стало противно. Она вырвала руку и вскочила из-за стола, опрокинув с грохотом стул. Мужчина зло прищурил глаза, а потом улыбнулся.
- Что ж, так даже пикантнее. – Он стал обходить стол, приближаясь к ней.
Она бросилась в прихожую. Многочисленные замки не поддавались. Тогда Мира стала барабанить кулаками по намертво запертой двери и кричать: «Помогите!»
Из-за своего крика она не услышала его шагов. Голову вдруг пронзила боль, когда мужчина схватил её за волосы и развернул к себе. Из глаз брызнули слёзы и Мира подчинилась. Не отпуская её волосы, хозяин втащил Миру обратно в комнату и толкнул на диван.
- Подумаешь, цаца. Я дам тебе денег. Много, – говорил он, стоя над ней и тяжело дыша.
Мира решила сменить тактику. Она приподнялась на локтях и, стараясь говорить спокойнее, спросила:
- Как много? Покажите.
Мужчина отошёл к шкафу. Мира не стала ждать, когда он вернётся. Она выскочила на балкон и закричала, свесившись вниз:
- Помогите! Кто-нибудь, помогите-е-е!
Продолжение следует