Совершенно случайно задал себе вопрос о причинах захвата Иваном Грозным Казани, встретив в какой-то из важных и серьезных работ по XVI веку тезис о самой хитрой причине похода на Казань. Более того, я знаю людей, которые действительно считали, что взятие Казани и Астрахани не имело никаких иных причин, кроме как обоснование прав на титул. В самой крайней форме события 1552 и 1556 годов назывались "агрессией" Москвы против татар, которые "диндунафин". Эта точка зрения была любима (а может и сейчас уважаема) среди татарских националистов всех мастей.
Нам точно известно, что Иван Васильевич не был готов к мирному сосуществованию. И свою позицию он жестко продемонстрировал, практически сразу после венчания на царство, отправившись бить тогдашнего татарского царя - Сафа-Гирея. Для подобных мер у Ивана были все основания. Мало того, что от Крыма постоянно можно было ожидать удара по южным границам, так и еще лояльная не так уж давно Казань вышла из отцовской вотчины.
Кстати отец юного царя прошляпил казанский стол в 1520-х годах и с того времени там сидела крымская династия, предававшаяся набегам и междоусобной резне. Однако, несмотря на свои разногласия, Гиреи оставались реальной угрозой вплоть до 1550-х годов. Поход на Казань был необходим в любом варианте. И после долгих приготовлений, четырех лет набегов туда-сюда и четыре попытки спустя город был взят.
Банального восстановления русской власти в Казани после подавления антимосковских настроений (ну и что, что сепаратисты там уже 30 лет сидели без указки из Москвы) не произошло. Ивана отличала масштабная задумка о присоединении его вотчинных (по отцу и деду) территорий напрямую. Без посредников в лице татарских марионеток, которые могли восстать или пролюбить все полимеры.
Ни Иван III, ни сын его Василий царями не назывались, даже с учётом подчинения им "царей Казанских". И это при том, что у них в подчинении была целая куча мелких "царевичей", да и владельцы Касимова тоже именовались так. Вроде бы сейчас бытует мнение, что царский титул обоим великим князьям был не особенно и нужен - поэтому и никаких особых подвижек в идеологии не произошло до Ивана IV. Мне эта позиция нравится.
Сам же Иван - другое дело. Он не человек - машина! Но всё-таки царский титул принимался им в 1547 году в связи с внутренними событиями междуцарствия, а значит брать Казань для утверждения своей власти внутри государства - толку никакого. После многоходовочек митрополита Макария, а главным инициатором венчания был он, Иван и так был достаточно уверен в своем статусе. А даже если и не был - то это уже проблемы "царства террора", а не радужных деньков ранних 1550-х.
Да, в последствии в дипломатической переписке с Польшей Иван будет использовать факт взятия Казани и Астрахани как аргумент в пользу легитимности своего царского титула. Казалось бы, вполне себе повод. И грех велик, и задумка хороша.
Но практика показывает, что даже посольская служба не особо считалась с этими "достижениями". В списке доводов в пользу правомерного использования Иваном царского титула взятие "царств бесерменских" шло в самом конце. Сложившаяся до этого более-менее стройная линия доказательств с опорой на историю и идеологические мифы также оказалась нарушена. Захват неверных "царств" не прибавлял Ивану очков в глазах польских государей, а лишь доказывал, что своего царства у того нет - вот и приходится компенсировать чужими. И более того - мусульманскими!
Такие дела. Конечно, идеология штука важная. Да и идеи борьбы за православие в преддверии походов 1550-х годов сделали новый виток, раскрутив маховик агрессии... Но все же поход на Казань как способ поднять ЧСВ - это скорее следствие, нежели причина. Удачный поход было грех не использовать в построении своего образа за рубежом. Однако для "внутреннего рынка" были совсем другие инструменты - кнут, пряник, Степенная книга и икона "Церковь воинствующая". Она, кстати, очень впечатляет.
Автор - Илья Агафонов