Пробираясь по остаткам дороги, где кто-то прежде пытался проехать на машине, видимо весной, в одном из мест я позволил себе немного расслабиться, отвлекся, и налетел правой гусеницей на камень. Удар был не сильным, так как я все-таки уже успел приобрести некоторые навыки езды на вездеходе, да и конструкцию я усилил явно достаточно для того, чтобы от него теперь ничего не отрывалось. Но все-таки, свесившись через борт, чтобы посмотреть, точно ли все в порядке, я услышал явственное шипение. Похоже, колесо было пробито.
Но ладно, это не помешает нам доехать еще немного до заброшенной деревни, в которую мы не смогли попасть зимой прямо так, на вездеходе. Тогда примерно от этого места нам пришлось идти пешком, а сейчас, когда о снегах не осталось и воспоминания, мы спокойно и не торопясь ехали туда, виляя между деревьев и аккуратно переползая через всевозможные жидкие места.
От зловредного камня увернуться не удалось, но это не беда. Сейчас мы доберемся до деревни, расположимся там на привал, и тогда я все починю. Заодно, пока мы едем, оно как раз успеет разбортироваться, чтобы облегчить мне жизнь. Наученный опытом предыдущих проколов, которые на вездеходе возникают совсем не так как на автомобиле, и представляют собой, скорее большие дыры на бортах покрышек, я имел с собой запасные камеры. Это очень удобно: вместо плясок с клеем и заплатами, в поврежденную шину достаточно просто засунуть эту камеру, накачать, и можно спокойно ехать дальше.
Лес закончился. Мы проехали через заболоченную поляну, куда никакие автомобили уже никогда не добирались, взобрались на крутой склон, я протиснулся между старых яблонь, ветки которых чиркнули по бортам машины, и мы оказались прямо возле развалин крайнего дома.
Тут я не стал даже останавливаться, а поехал дальше, туда где у очередного сруба с провалившейся крышей возвышалась добротная вышка нашего охотхозяйства.
Помнится, зимой она произвела на меня неизгладимое впечатление своей масштабностью — на ней, похоже, вообще можно жить и спасаться от зомби-апокалипсиса. Вон она, в паре сотен метров торчит из желтых прошлогодних трав, наша промежуточная цель.
Дело происходило километрах в 10 от нашего дома. Наконец, с приходом почти летней погоды, с завершением множества доработок вездехода, который был куплен еще в феврале, мы смогли отправиться в небольшой походик на пару дней.
Никаких конкретных целей мы себе не ставили и хотели просто попробовать, каково это, ездить на вездеходе далеко, а заодно опять разведать дороги, которых в наших окрестностях очень много.
И сейчас, сидя возле машины с чашечкой чая и печениной в другой руке я думал, что ездить на вездеходике, пожалуй, вполне можно. Правда, этот процесс получается довольно медленным и затратным по топливу. Сюда, например, мы добирались по ЛЭП, стараясь минуть большую дорогу, езда по которой на вездеходной технике превращается в сущее мучение. Вдоль ЛЭПа же машина едет очень медленно, жрет много, но зато это настоящее бездорожье, для преодоления которого она и предназначена.
Наталья тем временем ушла ходить по деревне чтобы пофотографировать здешние красоты.
Меня они особо не интересовали, так как еще зимой я убедился в том, что в трех хоть как-то сохранившихся домах ничего примечательного не осталось.
Но место тут было красивое и очень приятное, облюбованное нашими охотпользователями. Вот стоит у меня за спиной эта самая вышка, которую я упоминал прежде; вон, Наташка все ходит вокруг какой-то навороченной деревянной кормушки для животных.
Охотники, надо сказать, молодцы, ибо несмотря на активное использование таких мест, они сохраняют их в своем первозданном виде: гнилые срубы никто не трогают, а новые элементы инфраструктуры прекрасно вписываются в оригинальный ландшафт; никто не пропахивает здесь дорог, стремясь заехать сюда любой ценой на непредназначенной для этого технике, и находиться тут в итоге очень комфортно.
Я бы даже сказал, что мне ничто не напоминало о том, что эти места прямо сейчас используются для какой-то деятельности — я сидел посреди обычно заброшенной и забытой богом деревни. Было бы, кстати, интересно разузнать поподробнее про ее историю, так как все здесь выглядит очень старым.
Но да ладно. Наталья сейчас вернется, мы попьем чаю, и тогда мне нужно будет как-то исхитриться и засунуть камеру в пробитую покрышку, не снимая ее с диска. И тогда мы сможем продолжить наш путь, который, на самом деле, еще только начался.