Этот день я ждала долго. И вот, наконец-то, свобода, можно отправиться на море. Большей свободы мне и не надо.
Проблемы начались уже с 'что надеть'. Да, я понимаю: море, солнце, тепло. Но джинсы с толстовкой я приобрела только что. Сейчас весна, вдруг ветер подует, или мороз ударит.
Короче, не зря же я деньги потратила, и год я ждать не собираюсь, чтобы влезть в обновки. Решено. Облачившись по-весеннему, я нырнула в машину к мужу, который уже изнывал от нетерпения.
Первые сто метров — непередаваемое счастье с ветерком, мягко дующим из окна, и изумительным ярким пейзажем, которым полюбоваться можно только весной, и только на юге Италии.
На 101 метре у меня начала почесываться спина. Одновременно, я почувствовала неудобство на животе. Джинсы начинали меня превращать в гусеничку, разделяя мой живот на два брюшка.
За окном была невесенняя жара в 31 градус. Я заметила эту температуру на электронных часах, висящих над аптекой. Мой ум понимал создавшуюся ситуацию, но мое тело орало: “Давай пижаму”.
Мне становилось жарко, джинсы начали липнуть, а толстовка хорошо исполняла свое предназначение. Сидя рядом с мужем, я потихоньку расстегивала джинсы, почесываясь спиной о сидение. Полученное удовольствие сменялось на еще большее желание почесаться.
Конечно, мы не могли оставить дома нашего пса, поэтому на заднем сидении тоже происходила движуха.
Я ползала вверх и вниз по креслу, собака скакала и пыталась просунуть морду во все щели, что находила на заднем сидении машины. Муж почти спокойно вел машину, изредка поглядывая на нас с Нероном.
Все началось на переезде, который вдруг оказался закрыт. Образовалась в центре городка очередь из машин, ожидающих открытия шлагбаума.
Ветерок перестал задувать, жарища становилась невыносимой, я таяла в прямом смысле слова.
Мне, как человеку за время пандемии сросшегося с пижамой, становилось не то что не комфортно, а невыносимо. Продолжая юлить по спинке кресла: то поднимая, то опуская штанины, периодически помахивая толстовкой, я начала привлекать, нешуточно, внимание нашего пса.
Он воспринял эти мои странные маневры, как приглашение поиграть. Конечно, этот шерстяной мешок не смог придумать ничего лучшего, как пролезть в щель между мной и мужем.
Благоверный, почти молчаком, (про его молчаливость здесь) спихнул эту утепленную шкуру, которая лезла целоваться, на меня и высунулся в окно. Муженьку там, среди людей, было интересней, поэтому всё его внимание полностью поглотила машинно-людская очередь на переезде.
Я с псом елозила по сидению: то вниз, то вверх, то в одну сторону, то в другую, стараясь облегчить мои страдания. Чертова собака скользила вместе со мной: то вверх, то вниз, то в стороны.
Наконец, шлагбаум открылся. Все мотанули через переезд. Мой муж, очередной раз плюнув в кого-то, тоже ломанулся вперед. Проезжающие рядом машины притормаживали и крутили пальцем у виска, муж отвечал им сопутствующими жестами, иногда плюнув в окно, а иногда грозя кулаком, а иногда даже пробуя догнать и накостылять обидчикам.
Мы все-таки добрались до моря. Муж гневно выпал из машины и оглянулся, чтобы пригласить меня выйти. Видимо, то что он увидел, его потрясло сильно.
Я не знаю, что он там увидел, но я продолжала елозить по сидению, собака елозила вместе со мной, и мы дружно старались удовлетворить наши желания, я прочесаться насквозь, а собака усидеть на ползающей по сидению хозяйке.
Понравилась статья? Подписывайтесь на мой канал