Рано утром Митя встал от скрипа половиц. Продрав глаза, он увидел незнакомую женщину с сухим, чуть желтоватым, лицом и вошедшего следом за ней в комнату высокого смуглого паренька в черных брюках и полосатой рубашке.
– Здорово, родственничек! – воскликнул незнакомец.
Из-за печки выглянула Зоя с чугунком картошки.
– Вова, садись рядом с Митей. А ты, Зин, к окну.
Когда появились Анна и Альберт, Митя тихо, чтобы никто не слышал, спросил мать:
– Мам, кто это такой?
– Тети Зоин двоюродный племянник.
Зина говорила мало, но зато с достоинством, выбирая выражение для каждого предложения. Мите она показалась немного старомодной, из эпохи 70-х, годов, когда в школьные тетрадки вклеивали наклейки от фанерных спичечных коробков (серия «Башкирские праздники»).
Позавтракав, Митя и Вова вышли на улицу. На скамейке сидели Максим и Валерка. Левинсон с независимым видом, заложив руки за спину, стоял чуть поодаль.
Максим, несмотря на то, что был одного возраста с Митей, казался самым старшим в компании. Он сидел, вальяжно вытянув ноги. Даже Левинсона, недавно вернувшегося из армии, можно было принять за старшеклассника.
Вова тотчас завязал оживленный разговор об игровых приставках. От слов «джойстик», «гейм ове», Митя испытал маленькое потрясение. Затем Вова стал хвастаться успехами в спорте. В ход пошли бицепсы, трицепсы, стойки, кун-фу, коммандос и Брюс Ли.
Митя не был избалован просмотром голливудской видеопродукции и поэтому слушал с открытым ртом. Валерка не удержался от издевательского замечания:
– Вот варежку раззявил!
Митя стушевался, но Максим вдруг заступился за него.
– Будет моего соседа обижать.
Повисла неприятная пауза. Чтобы разрядить атмосферу, Левинсон предложить сходить искупаться на пруд.
Придя на место, они выбрали округлый склон на северной стороне. Вова снова оказался в центре внимания. Он неспеша раздевался и все болтал, демонстрируя гибкое худощавое тело. Речь пошла о мотоциклах, точнее говоря о перемещении штока в амортизаторе.
Купались долго, прыгая с тракторной покрышки на берегу, по два раза пересекая пруд, ныряя в глубоких местах. Больше всех резвился Максим. Он разбегался и, сверкая белыми, будто рыбьи брюха, ляжками, нырял вниз головой. Митя ограничился барахтаньем на мелководье. Но потом, охваченный зудом подражания, сунулся, где поглубже и сразу почувствовал, что проваливается. Он подумал, как будет глупо утонуть на глазах у Максима, и, что есть силы, заработал руками и ногами. Зацепив кончиками пальцев илистое дно, Митя облегченно перевел дух и уже спокойно добрался до берега.
Выбравшись на траву, парни стали сушить плавки. Когда речь зашла о гонках и симуляторах полета, Митя выпалил:
– А мы с Аленоной смотрели кино про то, как один пацан через домашний телефон проник в ЦРУшный компьютер и чуть не начал третью мировую войну!
Максим одобрительно кивнул.
– Ну ты и философ! – гнусно заржал Валерка.
* * *
Недалеко от пихтовой лесопосадки Митя встретил Аленону. Девушка брела в сторону заброшенного колхозного малинника. По ее лицу катились крупные слезы. Увидев Митю, Аленона поспешно отвернулась.
– Что случилось?
– А, так… с мачехой поцапалась.
Некоторое время они шли молча, потом перешли через заросший иван-чаем и рогозом овражек, выйдя к крутому глинисто-оранжевому склону. Он, словно покрытая жилами округлая поверхность огромного черепа, был изрезан мощными корнями старых дубов и сосен. Фиолетовые соцветия печеночницы траурным крепом обвивали слоны холма, струясь над пучками, похожего на ирокезы панков, пырея. Огромная сосна, от корней до макушки закованная в крупную красно-желтую, с зеленым проблеском, броню, напоминала обелиск. Ее узловатые толстые сучья оканчивались, будто подстриженными, полосами темно-зеленых игл. Росчерками необычных облаков, как на японской шелковой картине, они висели в синем небе.
– Прикинь, что сегодня случилось! – воскликнула, вдруг оживляясь, Аленона. Дорожки слез еще не успели просохнуть на ее лице, но глаза горели восторгом. – Приходит ко мне Игорь и говорит: «Давай меняться, ты мне кулон с жуком, а я тебе старинные бумаги, которые мой папа с Радием хотят внуку Кощеева за большие деньги продать». Ну я сразу такая: «А как насчет кортика?» Мне Игорь и отвечает: «Нет, кортик я тебе не отдам, только разве что показать могу, там еще надпись есть на клинке какая-то нерусскими буквами». Ну я такая дурочкой прикинулась: «Они у тебя с собой, кортик и бумаги?» Ну а он: «Насчет кортика я тебе уже сказал, а насчет бумаг – один листок я успел стащить, а другой спрятал за шкафом в правлении, пока папа курить ходил».
– Так он у него приемный сын… Помнишь, я тебе говорила, что нам от Ивана Петровича задание: до похода за уликами на берега Карана каким-то образом узнать, что за кортик и бумаги такие? Короче, Ватсон, нам нужно сперва на кортик взглянуть, перерисовать надпись, потом взять один лист старинной бумаги и залезть в правление колхоза через форточку, чтобы достать еще другой лист.
Митя, не обратив внимания на последние слова, уставился на Аленону.
– Это же преступление, через форточку залазить в учреждение!
Аленона беспечно улыбнулась.
– Сторожа там нет, сигнализацию сгрызли мыши. И вообще, после того как бухгалтерия переехала в Утяево, в правление остались только одни графики на стенах.
Митя перевел дух, но облегчения не последовало. Мать с детства внушала ему трепетное отношение к государственной собственности.
– Может как-нибудь по-другому бумагу достанем?
Глаза Аленоны полыхнули черным огнем.
– Ой, я-то думала ты настоящий пацан, а ты такой же трус, как Игорь!
– Хорошо, – нахмурился Митя. – Когда?
– Завтра, рано утром, пока все спят. Но учти, я не пролезу в окно из-за того, что у меня бедра теперь широкими стали… а ты тощий, как раз пролезешь.
Митя покраснел.
– Я не тощий.
– Ну худой. Какая разница? Ну и я, в принципе, не толстая. Но понимаешь, я не могу же поручить это дело кому-нибудь другому. Например, Наде.
Разговор был прерван шумом приближающейся машины. Из-за пригорка выехал белый 412-й «Москвич» с характерными ракетообразными поворотниками и хромированным бампером.
Взгромоздившись на круглый лужок, «Москвич» остановился. Из машины вышел водитель – остролицый молодой мужчина в очках в роговой оправе и парусиновой кепке. Следом за ним – взрослая смуглокожая девушка в шляпе с широкими полями, молодая женщина и веснушчатый мальчик в коричневых шортах. Мужчина в очках сразу занялся автомобилем: начал протирать тряпочкой лобовое стекло. Потом он открыл багажник и стал доставать из него разнокалиберные емкости для ягод: три эмалированных ведра, стеклянные двухлитровые банки с самодельными тесемками.
Митя во все глаза смотрел на мальчика в шортах и взрослую девушку рядом с ним, и ему делалось немного не по себе. Мальчик был его точной копией – веснушчатый, с легко загорелой, как хлебная корочка, кожей. Что же касается смуглокожей девушки в шляпе, то она напомнила Мите тетю Шишкина в «Вите Малееве», одевавшуюся по модным журналам: в платья с огромными плечами-буфами и узкой юбкой с широким поясом, украшенным пряжкой в виде огромной тропической бабочки. Правда, у смуглокожей девушки волосы были длинные, но это, как и другие мелкие несообразности, только делало явившийся из мира грез персонаж еще более правдоподобным. Митя жмурил глаза, крутил головой, не веря в реальность происходящего. Он не заметил, как перед ними очутилась молодая женщина.
– Поро кече, йудыр-эрге! Тыште мёр уло? Але кюлеш умбаке кайаш?1
– Дыр изиш уло2, – ответила за оторопевшего молодого человека Аленона. – А дальше ягод нет.
Молодая женщина улыбнулась, мол, мы как-нибудь разберемся.
Пока горожане – это сразу стало ясно по огромной шляпе с зелеными лентами-подвязками, которую надела девушка – трудолюбиво, как муравьи по стеблю, ползали по влажному краю холмистой округлости, Митя лихорадочно запечатлевал в мозгу черты молодой женщины. Чем-то она была похожа на его мать. В голову Мите пришла странная мысль, что он герой какой-то книжки и эти, явившиеся из другого, реального, не вымышленного, мира, фантомы, есть настоящие персонажи жизненной драмы, а он только эпизод, продукт авторской фантазии.
Чем дальше уносился Митя в своих мечтах, тем более правдоподобной казалась ему эта нелепая мысль. Он задумался над тем, какие эпизоды каждодневной бытовой эпопеи автор сочтет скрыть от читателей, какие выдумает для оживления рутины. Несомненно, ему потребуются яркие персонажи, вроде почтальона Геры или жениха Светки Жаназара. Будет использовано все более или менее стоящее, в первую очередь, сплетни, характеристики персонажей, местные легенды, описания природы.
В стороне останутся чисто физиологические подробности, не выполняющие художественной или чисто эстетической функции, вроде перечисления количества посаженных заноз и оторванных заусениц. Чтобы заслужить одобрение критиков, автору придется хорошенько поработать над моралью. Каждая глава должна будет выражать какую-нибудь стержневую мысль и заканчиваться ответом на вопрос: правильно или неправильно поступили герои. Стержневые мысли придадут всей истории необходимую остроту и направят интерес читателя по верному пути.
Явление Раиса Габдрахмановича состоялось в тринадцать часов по местному времени. Точное время услужливо сообщило включенное на всю громкость автомобильное радио. Зелено-болотистый уазик вынырнул из глинистого подъема к Альгино, будто ком оторвавшихся со дна водорослей. Предколхоза – маленький, рыжий, с кривым лицом, – чуть ли не на ходу выпрыгнул из машины и начал кричать.
– Чего траву топчете?! Понаехали тут, городские! Чтобы через пять минут духу вашего здесь не было!
Мужчина интеллигентно промолчал. Молодая женщина ответила с невыразимым спокойствием:
– Мы скоро уедем.
Неизвестно, что бы ответил Раис Габдрахманович, если бы девушка не испортила все дело.
– Что это вы тут раскричались? Держиморда! Тут что, табличка, что это ваша земля? У нас в стране общественная собственность на землю, если вы еще не в курсе, гражданин помещик!
Предколхоза на мгновенье опешил. Было видно, что еще никто не разговаривал с ним в таком тоне в округе.
– Ты, ты… кто такая, пигалица?!
– Лика – моя младшая сестра, – возвысила голос женщина.
– Да тут у вас, погляжу, целая шайка… нет, банда. Короче, если вы не уберетесь через полчаса, я вызову милицию, будете в отделении лекции читать!
___________
[1] Добрый день, мальчики-девочки! Здесь ягоды есть? Или нужно дальше проехать? (мар.).
2 Немного есть (мар.).
Александр ИЛИКАЕВ
Продолжение следует…
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!