ЖИЗНЬ ЛЕСНОЙ РЕКИ. Сорок лет спустя

Дорога на Воймеж. Вначале она почти такая же, какой была сорок лет назад.

Невозможно войти в одну реку дважды и нельзя вернуться в прошлое. Не существует машины времени, но есть много способов перемещения в пространстве. Побывать в тех местах, где прошли лучшие твои годы, всё же можно даже через сорок лет.

Сорок лет назад мы с женой Ирой три года провели в небольшом поселке Карьково, раскинувшемся на высоком берегу Унжи. В то время я жил не только в нашем маленьком неказистом домике напротив школы. Я жил и в окрестных лесах, на берегах рек и озер, среди болот и горельников унженского левобережья. Проходя десятки километров по следам волков, медведей и других зверей, я каждый день узнавал что-то об их жизни, открывая тайный, неведомый мир нашей природы. Так жалко было пропустить хоть один миг из этого постоянно меняющегося калейдоскопа природных явлений и событий, поэтому всё свободное время я проводил в лесах, ночуя в избушках и землянках, а нередко и просто у лесного костерка. В лесу у меня были свои знакомые места, отдельные выдающиеся деревья и, конечно же, знакомые звери. На маленькой лесной речке Воймеж обитали известные мне европейские норки, черные хори, выдры и бобры.

Вспоминая то время, порой неудержимо хотелось пройти теми же дорогами, посидеть на берегу реки, выйти чуть заметной тропой к безлюдному озеру, до боли знакомому, словно замершему во времени. Желание приехать на Унжу, вновь увидеть простор и красоту её широкой долины, погрузиться в таинственный мир маленькой речки Воймеж, вдохнуть смолистый запах беломошных боров с каждым годом становилось всё сильнее. Поэтому так кстати оказалось приглашение на конференцию в заповедник " Кологривский лес" в июле 2019 года. После конференции мы с Ирой приехали в Карьково и по дороге, начинающейся прямо от автобусной остановки, я отправился на Каменный Воймеж.

Карьеры слева от дороги превратились в уютный заросший водной растительностью пруд. Когда-то на этом водоеме жила семья ондатр, но сейчас на берегах нет никаких следов их пребывания.

Вскоре после карьеров дорогу пересекает ЛЭП, просека которой зарастает густой молодой порослью берез и осин.

Далее дорога идет по сырому тёмному смешанному елово-берёзовому лесу, выросшему на месте вырубленных ельников. Обочины дороги уже зарастают густыми молодыми елочками, а значит скоро эту дорогу без следа поглотит лес.

В лесном сумраке ярким солнечным зайчиком метнулась крупная бабочка –большая лесная перламутровка, присевшая на секунду в траве у дороги.

Этот птичий домик на придорожной ели, из которого только что выпорхнула мухоловка-пеструшка, был повешен мной с учениками Усольской школы сорок лет назад и, надо полагать, все эти годы исправно служил десяткам поколений птиц. Приятно, как будто старого знакомого встретил.

Дорога, поднимавшаяся сначала вверх, на моренную гряду, наконец пошла вниз и вскоре я вышел к безымянной речке – левому притоку Каменного Воймежа.

Остатки моста, по которому проходила когда-то лесовозная техника. Здесь уже давно не ступала нога человека.

Вот в таких дуплистых осинах укрываются зимой норки и хорьки, устраивая в дуплах убежища и пряча в них продовольственные запасы. Но пока на песчаных отмелях я не вижу никаких звериных следов. Недавно прошёл дождь, все старые следы смыло, а свежих зверьки пока ещё не оставили.

По берегам реки пышная, почти тропическая растительность. Смородина, таволга, папоротник «страусово перо» образуют густые, непроходимые заросли. Плотной стеной стоят малина и крапива, местами их обвивают жесткие и колючие плети хмеля. Всё русло реки завалено стволами деревьев, принесенных весенним половодьем.

В пойме реки, среди таволги и крапивы встречается цветущий аконит. Бледно-фиолетовые колпачки его полупрозрачных цветов блестят на солнце, как ледяные сосульки.

Ну до чего же красивы эти первобытные джунгли в пойме маленькой лесной речки! По мере движения вниз по течению, река становится всё полноводнее, в неё со склонов долины впадают всё новые ручьи и родники.

Пышная растительность и скрытые ею завалы бревен не позволяют двигаться быстро. Иду со скоростью 1 км в час, о чем беспристрастно сообщает мой Garmin .

Комлевые части огромных елей, сохранившихся кое-где в долине Воймежа, обрастают мхом, по которому взбираются повыше, к свету, крохотные кислички.

Не могу удержаться и снимаю почти каждый поворот русла, и каждый кадр хорош по-своему, а все вместе они образуют неповторимый образ этой реки. Листайте.

Наконец-то и местные жители объявились. На иловатом песке следы двух зверей – небольшой молодой выдры, оставившей отпечаток круглых широких лап и рядом более мелкий след норки. Вот только скорее всего это следы не европейской, а американской норки, которая за прошедшие десятилетия вытеснила наш аборигенный вид. Но главное, что норки по-прежнему живут в долине Воймежа, а выдры всё также кочуют по малым рекам.

Вот почему Воймеж Каменный! Камни здесь повсюду. Они устилают дно, грудами лежат на берегах, образуют пороги и перекаты. Размывая моренную гряду и унося песок в Унжу, Воймеж обнажает валуны, эти обломки Скандинавских гор, принесенные когда-то ледником.

А под ногами, в травяном покрове, растут воронец, ветреница дубравная и копытень европейский – растения широколиственных лесов, спутники дуба и липы.

Молодые липы растут пока только в подлеске, но может когда-нибудь выйдут в первый ярус.

Вот и хозяин оставил свою метку, встав на задние лапы и содрав когтями еловую кору. А свой грязный бок почесал о комель той же ели. Разворошив позади этой ели муравейник и добыв горстку муравьиных яиц, отправился дальше. Как писал Николай Иванович Сладков – в настоящем лесу должен жить медведь. В этом лесу он точно живёт.

Этот маршрут по маленькой лесной речке замкнул круг длиной в сорок лет. Что и кого хотел я здесь встретить? Да конечно же, в первую очередь, самого себя, молодого, полного сил, опьяненного радостью бытия и восторгом от зачарованного таинственного мира, где кочуют по рекам выдры, пробираясь ночью от бочага к бочагу, где под смыкающимися листьями страусника проскальзывают гибкие маленькие норки, а по лесным тропам бесшумно бродят медведи, оставляя метки на стволах елей и пихт. Очарованный странник, пришедший на встречу с самим собой.

Здесь дорога, идущая от Плосково на Карьково пересекает Каменный Воймеж и выходит на поля. Через поля выхожу на шоссе. Вот и замкнулся круговой маршрут длиною в сорок лет…

Читайте другие материалы на эту тему на нашем канале:

ХОЗЯЙКА ЛЕДЯНОГО ЗАМКА. Первая глава из неопубликованной повести о южной тайге

Послесловие автора к повести ЖИЗНЬ ЛЕСНОЙ РЕКИ